Мы начинаем строить инвестиционные лифты, но помогать нужно тому, кто в этой помощи нуждается и может ее «переварить», - сообщил Министр экономического развития России в своем докладе на ВДНХ 7 февраля.
- Сейчас существует целый кластер средних и средне-крупных компаний несырьевого сектора, у которых есть понятная ниша на мировых рынках – она есть, она осязаема. Но надо дать им возможность подготовить свое производство предэкспортной подготовки, сократить логистические затраты и дать им возможность в странах, в которых существует рынок для их продукции, создать сервисные центры, пункты обслуживания, снабжения запчастями и так далее. Вот это то, что мы сейчас начинаем делать.
Российский фонд прямых инвестиций. Мы ему выделили специальную квоту, может не очень большую – 15 млрд. рублей, - на поддержку таких инвестиционных лифтов. Пока мы имеем не очень много заявок. Вчера рассматривали и три первых мы приняли, а значит, будем готовы рассмотреть большее количество заявок и работать с этим.
Оказывается, логистическая задача: для того, чтобы КАМАЗ во Вьетнаме продать, мы должны потратить на перевозку сейчас 5,5 тысяч долларов. И сразу теряем преимущество, которое имеем на стадии производства. Необходимо «спрямление» этих потоков – поэтому свободный порт Владивосток, банк Транссиб – снижение издержек, увеличение скорости перевозок, система упрощения таможенного администрирования, специальная субсидия на перевозку этой продукции. Тоже самое по созданию сервисов, секторов обслуживания и выдачи гарантий на них. Вот этот экспортный потенциал.
У нас есть «дорожная карта» экспорта, там написано 6% роста несырьевого экспорта в год. Это очень мало. Карта создавалась в условиях, когда рубль был переоценен, издержки были высоки. При нынешних условиях мы должны иметь гораздо больший рост экспорта. При чем, прежде всего, это высокотехнологичный экспорт, экспорт продукции с высокой степенью переработки, встраивание в глобальные цепочки добавленной стоимости. Потому что, если мы просто выходим со своим товаром на другие рынки, то это очень непростая задача: рынки поделены, ставятся различные заградительные барьеры, мы работаем через создание системы преференциальных торговых соглашений, пытаемся использовать потенциал ВТО. Но еще лучше, если наши партнеры будут делать тоже самое, если мы встроимся в единые цепочки глобальной стоимости и будем с этим работать.
Смотрите, какое изменение колоссальное. Экспорт сельского хозяйства. Мы страна - импортер продовольствия – стали страной - чистым экспортёром продовольствия. Это за несколько лет произошло. И сейчас мы должны делать следующий шаг. Мы были экспортером первого передела – зерна, прежде всего, и продуктов животноводства, сейчас второй передел. Сейчас мы открываем китайский рынок, японский, корейский для нашей мясной продукции – рынок совершенно безграничный. Удалось достичь соответствующих договоренностей. Будем поддерживать наш бизнес, чтобы выходить с продукцией более высокого передела. И так по всем направлениям.
Не буду специально говорить о малом и среднем бизнесе. Понятно, что более гибкого механизма не существует в природе.
Поэтому тот набор мер, о котором мы всегда говорили - это иная система контроля и надзора. Контроль и надзор никак не фискальный орган, задача которого собрать штрафы. Мы неоднократно эту тематику обсуждали и соответствующий пункт в Плане деятельности Правительства есть. Мы теперь переходим к контролю и надзору, как к консультирующему, который должен, прежде всего, помочь бизнесу разобраться. Многие делают ошибки просто потому, что сложные регулятивные схемы и в них без посторонней помощи не разберёшься. Поэтому должен быть консультационный надзор.
Второе – риск-ориентированный надзор. То есть мы определяем профиль риска и там, где он есть, нужны проверки, а где его нет - не нужны. Принято решение по индивидуальным предприятиям и надеюсь, что это распространится на предприятия малого бизнеса в целом: если ты в течении предшествующих трех лет не совершал принципиальных нарушений, таких как отзывы лицензий и так далее, то в планах проверок тебя быть не может. Мы хотим ввести количественное ограничение на общее число проверок, потому что плановые научились более-менее ограничивать, теперь внеплановые мы тоже должны, просто общий предел. Есть реестр полной проверочной деятельности, по этому реестру мы сможем видеть, какой орган работает в соответствии с ним и, какой орган не работает в соответствии с ним.
Этот механизм - освобождение от избыточного бремени, не только фискального, но и регулятивного, которое начинается с малого и среднего бизнеса, все-таки распространен более широко, механизм, который связывает воедино интерес МСБ и крупного бизнеса.
Мы квоты выделили по 44 и 293 законам. Это очень большие деньги. Госзаказ - 7,5 трлн. рублей - 15% квоты - это 1 трлн. с лишним. Заказ компаний с государственным участием - 23 трлн. рублей и 10% квота - это огромные деньги. Надо выстроить систему общего интереса так, чтобы компания была уверена, что поставщик даст продукцию необходимого качества, будет поддерживать его в течение времени, обеспечивая стабильность. Здесь была бы гарантия того, что будет обеспечена соответствующая квота. И это основание для того, чтобы банки кредитовали, потому что сейчас мы бьемся с банками по кредитованию МСБ, даем им соответствующую гарантию Корпорации. А наилучшей гарантией, конечно же, является обеспеченный финансовый план, у которого есть понятный результат, понятная отдача.
И, конечно же, работа с тарифами. Та ситуация, при которой издержки снижаются, должна продолжаться и дальше. Очень серьезная работа происходит в компании РЖД. Они взяли консультанта, первый этап работы - 3 месяца. Мы начали с сентября прошлого года и порядка 100 млрд. рублей снижение издержек и операционных, и capex по капитальным затратам и так далее. И это то, что позволит компаниям исполнять свои задачи по качественной и быстрой перевозке грузов, не увеличивая нагрузку на товаропроизводителей и грузоотправителей.
Подробнее с докладом, в котором дана оценка
событий в экономике России последних 2 лет
и их последствий, можно познакомиться
на официальном сайте
Министерства экономического развития РФ
