Голубятни будущего: архитекторы по-прежнему ищут свой идеал

Сергей Зеленцов

На прошлой неделе завершилась XXXI выставка-форум «АРХ МОСКВА». Гостиный двор на четыре дня стал местом, где профессиональное сообщество спорило о главном: что есть «Идеал» в архитектуре? Тема, предложенная куратором этого года Тимуром Башкаевым, оказалась одновременно и вдохновляющей, и опасной, потому что врать про идеал глупо: он либо есть в вашем проекте, либо вы пришли хвастаться тем, чего у вас нет. Таких, к счастью, на выставке замечено не было.

Крупный план

Центральным экспонатом, безусловно, стал макет «Москвы 2060» из экспозиции самого Тимура Башкаева. И это не очередная техноутопия из стекла и смарт-панелей — в его идеальном городе малоэтажная застройка не воюет с советскими микрорайонами, а элитные кварталы не пытаются отгородиться заборами от «неидеальной» реальности. Это — попытка не сносить и перестраивать, а достраивать смыслы.

Спецпроект «Мастера» под кураторством Василия Бычкова и Ильи Мукосея эту мысль только усилил. Ведущие архитектурные бюро показывали проекты, где они «максимально приблизились к собственному идеалу». И в этих отчетах не было победного марша роботов и «умного» бетона — там была рефлексия.

Отдельно хочется отметить стенд архитектурного бюро «Крупный план» (KPLN). Их подход — через ошибки и юмор к «архитектурному дзену» — выглядел самым честным манифестом. В зоне, разработанной бюро, посетителям предлагали… отпустить архитектурные грехи. В этой шутке — горькая правда профессии: путь к идеалу лежит через неудачные версии, снесенные заборы и честное признание собственных провалов. А инсталляция «Неуловимость», сравнивающая архитектурный идеал с солнечным зайчиком, который живет на поверхности секунды, отрезвляет окончательно. Архитектура на этой выставке вдруг перестала быть про квадратные метры — она стала про попытку поймать свет.

Птицы как невидимые горожане

Но был на «АРХ МОСКВЕ» один проект, который заставил посетителей пересобрать собственное представление об идеальной среде, — конкурс сити-голубятен, организованный Фондом защиты городских животных. На первый взгляд, голубятни остались в прошлом веке. Однако именно здесь случился самый честный разговор об идеале — без привычного антропоцентрического высокомерия.

На конкурс поступило 135 проектов от студентов и молодых архитекторов со всей России. И речь шла не о том, как «решить проблему голубей» — сетками, шипами, отпугивателями, — а о том, как спроектировать для птиц дом — типовой, встраиваемый в городскую ткань, биофильный и при этом эстетически осмысленный. Победители — Анна Коростелёва (I место), Василиса Полехина и Владислав Лобко (II место), Анастасия Гаврикова (III место) — показали проекты, которые не стыдно поставить рядом с хорошей архитектурой.

Почему это важно? Идеальный город, о котором так много говорили на выставке, не может быть идеальным только для людей. Как точно заметила директор «АРХ МОСКВЫ» Анна Фурс, мы научились проектировать для стариков, для подростков, для «незаметных» групп населения. Но город населяют миллионы существ, которые не только незаметны, но и безмолвны; им гораздо сложнее приспособиться к быстро растущему мегаполису.

Исследователь и преподаватель МАРШ Марат Невлютов на деловой сессии произнес фразу, которая должна стать эпиграфом к любому разговору об устойчивой архитектуре: «Голуби — это тоже горожане». Он обратил внимание, что эта птица является фигурой крайне маргинализированной, и это роднит ее не только с другими нечеловеческими видами, но и с мигрантами, бездомными, детьми — группами, чьи ценности расходятся с объявленными доминирующими. Проектирование голубятни в таком случае становится не утилитарной задачей, а этическим жестом признания Другого.

Конкурс не ограничился раздачей призов. Лучшие проекты войдут в Каталог типовых биофильных решений для городской среды — реальный инструмент для архитекторов, девелоперов и муниципалитетов. Как справедливо отметила Марина Силкина из МАРХИ, для тиражирования нужны не столько типовые проекты, сколько типовые функциональные схемы и методические рекомендации: размер летков, количество ячеек, технологии кормления. Без этого даже самая красивая голубятня останется арт-объектом, а не работающей инфраструктурой. Конкурс показал: молодые архитекторы готовы к такой комплексной работе — думать про ориентацию, климат, материалы, долговечность и обслуживание, а не только про форму.

В этом, наверное, главный итог «АРХ МОСКВЫ»: идеал начинается с внимания к тем, кого мы привыкли не замечать, — с голубя на карнизе, с попытки построить для него дом — не потому, что это выгодно, а потому, что он здесь живет.

Новый куратор — и никакой архитектуры?

Организаторы под занавес создали интригу, достойную хорошего детектива. Куратором «АРХ МОСКВЫ 2027» станет Елизавета Лихачёва — искусствовед, историк архитектуры, бывший директор Музея архитектуры имени Щусева и ГМИИ имени Пушкина. Это назначение — само по себе событие. Но еще интереснее ее первое заявление, сделанное на пресс-конференции: на выставке в следующем году не будет архитектуры как таковой.

И все. Никакой расшифровки. Елизавета Лихачёва не стала раскрывать замысел экспозиции, предоставив нам возможность ровно год строить догадки. Выставка без архитектуры — что это будет? Разговор о контексте? Об артефактах? О людях? О голубях? Увидим в следующем году.

Пока же, оглядываясь на прошедшие четыре дня, можно сказать одно: «АРХ МОСКВА 2026» удалась именно тем, что не дала единственного ответа на вопрос «Что есть идеал?». Она показала, что идеалов много и что архитекторы ищут свой. И что идеальный город немыслим без голубятни во дворе. Ждем 2027 год. Говорят, там будет совсем другая история.