Нефть - как наркотик
Владислав Иноземцев, д. э. н., профессор НИУ ВШЭ
Российский экспорт сократился на треть, но доля нефти, нефтепродуктов, газа и угля по-прежнему превышает в нём 63%. Не секрет, что именно поступления от реализации нефти и газа формируют значительную часть доходов федерального бюджета: 45% в 1-м полугодии 2015 г. и около 40% по прогнозным параметрам бюджета-2016, хотя при нынешних ценах доля может упасть и до 30%. Правительство уже заговорило об «обрезании» бюджета на 10%.
Многие годы чиновники говорили, что нашей стране пора преодолеть зависимость от экспорта нефти, «слезть» с пресловутой «нефтяной иглы». Президент Владимир Путин подчёркивал это в 10 из 12 своих Посланий Федеральному собранию. «Только изменив структуру экономики, - говорил он всего месяц назад, - мы сможем решать масштабные задачи в сфере безопасности и социальном развитии, создавать современные рабочие места и повышать качество и уровень жизни миллионов наших людей». Почему же ничего не меняется?
Ответ прост: ничего не менять - самая простая стратегия. Поговорка «От добра добра не ищут» вполне применима к нашей политике. Если одна отрасль даёт огромные доходы, зачем нужны другие? В 2000- 2013 гг. цены на нефть устойчиво росли. В 1999 г. Россия добыла 304,8 млн т нефти, которая стоила по тогдашним ценам всего $41 млрд. В 2005-2008 гг. рост добычи и цен ежегодно добавлял к этой сумме $223 млрд, а в 2011-2013 гг. - $394 млрд. На первом этапе даже президент перестал интересоваться диверсификацией экономики, объявив Россию «энергетической сверхдержавой». Потом власти занимались мегапроектами типа Сочи и Владивостока, и было не до перемен. Единственная попытка изменить вектор была предпринята в кризис 2008-2009 гг., который всех напугал и заставил задуматься о новой стратегии. Однако цены снова стабилизировались, и такой «звоночек» не стал сигналом тревоги. Как выяснилось, зря.
Кроме того, очевидно, что крупнейшие нефтяные госкомпании обладали и обладают огромными лоббистскими возможностями. Им всегда удавалось убеждать Кремль в том, что ставку делать нужно только на них. Естественно, никакая иная отрасль не платила столько налогов в бюджет и не имела такого влияния, как газовики и нефтяники. И все программы реформ «ложились под сукно».
Сегодня, с одной стороны, государству нужны дополнительные доходы, чтобы наполнить бюджет. И получить их можно, лишь наращивая добычу и экспорт энергоносителей. Поэтому, хотя многие говорят, что дешёвая нефть заставит экономику меняться, это далеко не очевидно. Не до реформ - быть бы живу. С другой стороны, ограничено сотрудничество с иностранными партнёрами. А какая отрасль промышленности развивалась в РФ в 2000-е быстрее всего? Автомобильная - за счёт внешних инвестиций. Многие другие росли за счёт импортного оборудования, например, связь и Интернет. Но не во время санкций мечтать об инвестициях, не в период дорогого доллара - о закупках технологий. Поэтому «слезть» с «иглы нефтянки» сейчас тяжелее, чем со шприца с наркотой. Остаётся только надеяться, что после года-двух низких цен наметится коррекция и тогда, пережив испуг (если он будет достаточно сильным), страна предпримет более осмысленные и решительные действия по изменению структуры экономики.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции