Поехал вахтовиком на Ямал: 120 дней в тундре, полмиллиона на руки: почему я больше туда не вернусь

В жизни бывают моменты, когда деньги пахнут не деньгами, а отчаянием. 2020-й год был щедр на такие моменты. Работы нет, кредиты висят, а в ленте соцсетей пестрят объявления: «Вахта на Ямале, зарплата от 200 тысяч». Звучит как сказка. Подумаешь, тундра, подумаешь, далеко. Зато потом — полмиллиона в кармане за четыре месяца. Спойлер: сказка оказалась с плохим концом. Или хорошим, смотря как посмотреть.

Я собрал рюкзак, прошел медкомиссию и улетел. Думал, что еду за длинным рублем. А оказалось — за опытом, который не купишь ни за какие деньги. И сейчас, сидя в теплой квартире, я точно знаю: поехал вахтовиком на Ямал один раз, но больше туда не вернусь. Ни за какие коврижки.

Весна 2020: дорога в никуда

Тогда казалось, что выбора нет. Турфирма, где я работал, накрылась медным тазом вместе с туризмом. Деньги таяли быстрее мороженого в духовке. И тут это объявление: «Разнорабочие на газовое месторождение. Вахта 60 дней. От 200 тысяч». Опыт не нужен, жилье, питание, перелет — за счет компании. Рай для банкрота.

Через неделю я уже трясся в вертолете над бескрайней зеленой тундрой. Сверху было даже красиво: пятна мха, голубые озера. Но когда вертолет пошел на посадку, красивое сменилось осознанием: вокруг на сотни километров — ничего. Только вагончики, трубы и вышки. И ты здесь на 60 дней. Обратной дороги нет. Только вертолет, который прилетит через два месяца.

Вагончик тронется — тундра останется

Жилой модуль — это громко сказано. Обычный вагончик 3 на 9, внутри восемь двухъярусных кроватей. Восемь мужиков в одном помещении. Запах, поверьте, стоит специфический. Но к этому привыкаешь. Не привыкаешь к главному — к отсутствию личного пространства. Ты не можешь побыть один ни минуты. Туалет общий, душ общий, столовая общая.

График — зверский: 12 часов работы, каждый день, без выходных. 60 дней подряд. Ты встаешь, идешь на мороз (или в комары), горбатишься, приходишь, ешь, спишь. И так по кругу. Время здесь течет по своим законам. День кажется неделей, неделя — месяцем.

Полярный день: бессонница и комары

Первая вахта выпала на лето. Июнь, июль, август. На Ямале в это время солнце не садится вообще. Светло круглые сутки. Поначалу прикольно, а через неделю начинаешь сходить с ума. Спать невозможно. Шторы не помогают, организм не понимает, когда ночь. Раздражительность, вечная усталость.

Но солнце — это цветочки. Ягодки — это комары. Я думал, что знаю, что такое комары. Я ошибался. Там они забивают нос, уши, лезут в глаза. Они жужжат так, что не слышно собеседника. Они кусают через джинсы и куртки. Без специальной сетки на голове на улицу не выйти. Но и сетка не спасает: они находят щели. Весь день ты машешь руками, чешешься и материшься. Мошка и гнус довершают картину.

Мужики пили антигистаминные горстями, мазались репеллентами, которые текли ручьями вместе с потом. Ад.

Зима: темнота и минус 40

После первой вахты я поклялся, что летом больше не поеду. Но деньги кончились быстро. Я потратил 220 тысяч за месяц. На что? Сам не понял. Просто хотел компенсировать те два месяца ада: рестораны, подарки, новые вещи. Когда позвонили и предложили зимнюю вахту за 250 тысяч, я согласился. Глупец.

Зимой на Ямале — минус 40. Это не просто холодно. Это когда воздух обжигает легкие, а металл примерзает к голой коже насмерть. Одеваешь на себя все: термобелье, флис, комбинезон, пуховик, унты, балаклаву. В этом костюме ты как космонавт, двигаться тяжело, но если раздеться — умрешь.

И темнота. Полярная ночь. Солнца нет вообще. Только серые сумерки пару часов в середине дня. Организм ломается окончательно: депрессия, апатия, сонливость. Ты забываешь, какой он — дневной свет.

В такую ночь к нам в вагон-городок пришел белый медведь. Ходил между вагончиками, искал еду. Нас не выпускали, пугали ракетами. Два часа мы сидели по модулям и слушали объявления по громкой связи. Выходить на улицу без охраны запретили.

Цена вопроса

За две вахты я заработал почти 500 тысяч рублей. Подъемные, премии, северные. На руки — хорошая сумма. Ради чего? Чтобы на второй вахте в Новый год позвонить домой по спутниковой связи, услышать голоса детей, а потом сидеть одному в вагончике и смотреть на серые стены?

Я понял, что пропускаю жизнь. Пока я тут, в тундре, «горбачусь» на газовое месторождение, моя семья живет без меня. Дети растут, жена стареет, а я не рядом. Я просто добытчик, который привозит деньги и снова исчезает.

Вокруг меня были разные люди. Профессионалы, которым реально нравится вахта. Маргиналы, которые спускали всё до копейки за неделю после возвращения. И такие же семейные мужики, как я, которые застряли в этом круговороте денег и изоляции. Многие ездят годами. Говорят, «Север затягивает». Или деньгами, или чувством собственной важности.

Но меня не затянуло. Когда после второй вахты мне позвонили и предложили поехать снова, уже за 300 тысяч, я отказался.

Я нашел работу в городе за 55 тысяч рублей. В четыре раза меньше. Но я каждый вечер прихожу домой. Я вижу, как дети делают уроки. Я сплю в своей кровати. Я ем нормальную еду. И Новый год я встречаю не в вагончике с восемью мужиками, а за столом с семьей.

Полмиллиона за 120 дней в тундре — это много. Но еще больше я понял, что свобода, семья и возможность дышать обычным воздухом стоят дороже. Можно заработать кучу денег, но потерять себя. Так что нет, спасибо, Ямал. Было интересно, но это свидание точно не повторится.