«Патриоты Нижнего» уже не раз писали об уникальном театре слабослышащих детей «Пиано». На прошлой неделе, 9 июля, руководитель театра Владимир Чикишев получил благотворительную премию «Феникс» «За вклад в развитие благотворительности и добровольчества в Нижегородской области» (полный список всех дипломантов и лауреатов премии – на стр. 18). Владимир Чикишев делится педагогическими секретами, которые он открыл, работая со слабослышащими детьми. Руководитель театра и школы-интерната рассказывает, почему дети становятся злыми и обиженными на весь мир, как воспитать в ребёнке доброту и развить талант. Театр «Пиано» – лауреат многочисленных премий Работа не за премии – Вы лауреат многих премий. В том числе в апреле вы получили престижную российскую национальную премию «Арлекин» в номинации «За великое служение театру для детей». – Сразу вспоминается словосочетание: мы работаем не за премии. Факт признания специалистов, мастеров театра, такой уважаемой театральной премии, конечно, это очень важно. Сама награда, фигурка – это танцующий, несущий радость и свет персонаж. Это образ радости, который близок детям. – Владимир Николаевич, вы работаете с необычными детьми. И если поставить себя на их место, это дети, которые, наверное, чувствуют себя чем-то обделёнными. Как вы находите с ними общий язык? Может быть, есть какой-то секрет? На чём вы строите эту педагогику? – На самом деле я никогда не думаю, чем обделены или чего не хватает этим детям. Да, дети особенные, так же как и все остальные дети. Мы в работе с ними опираемся исключительно на позитивное, конструктивное понимание ситуации. Да, у них есть ограничения, в данном случае в слухе. Дети не слышат, как поют соловьи, как шумит дождь, но у них прекрасное видение мира и цепкое внимание – они замечают множество деталей. Даже жестовый язык – это же нужно видеть, соединять, это такие иероглифы, совершенно особый язык, контакт с миром, требующий от них предельного внимания. Они очень чуткие. Последние годы власти активно помогают школе-интернату – Любые дети всегда испытывают какие-то обиды. Какой вы можете дать совет родителям с вашим опытом, если они чувствует что-то подобное? – Дайте ему что-нибудь делать – конструктивное, созидательное. Нужно научить ребёнка мастерству. Это может быть любая форма высказывания: композиция, конструктор, живопись, музыка, если говорить о слышащих детях. Но не мешайте ребёнку делать это самостоятельно. Вспомните Маленького принца: нарисовал слона в удаве, тут же за спиной оказался взрослый человек, который сделал замечание. «Что за шляпа!?» – сказал взрослый, и пропал художник. Поэтому не надо мешать, надо знать меру, потому что взрослые иногда уж очень активны, очень заботливы, им хочется быть внимательными, у них есть комплекс вины перед детьми, так как они постоянно заняты. Но если вспомнить – в жизни каждого взрослого были периоды, когда он оставался один. Великое счастье остаться где-нибудь у бабушки в деревне, да ещё где-нибудь на чердаке, когда никто не мешал, когда можно было пообщаться с пространством и решить множество вопросов, не прибегая к помощи взрослых. Чикишев 25 лет является режиссёром «Пиано» и четыре года – директором школы-интерната Концентрация любви – Когда бываешь в вашей школе, дети создают удивительное доброжелательное отношение. Это от того, что они не слышат большую часть злобы, которая происходит во внешнем мире, или это от театра? – Конечно, хорошо, что они не слышат этой злобы, мусора. Но они много и хорошего не слышат. При этом, если говорить о том количестве агрессии, которое есть в мире, они прекрасно это видят. Иногда даже от близких людей, потому что мы не всегда контролируем свои эмоции, мимику. Даже резкие интонации наших жестов они сразу воспринимают. Педагог зашёл резко в кабинет, а они уже прочитали, что он раздражён, и напряглись. Но их доброжелательность – от любви вокруг. Вот сколько им взрослые передали этой любви, столько в них и есть, это закон. Можно назвать это технологией «от сердца к сердцу». Другое дело, как эту любовь потом перевести в какую-то форму, это очень важно, ведь она не может быть сама по себе. И вот здесь уже другая история, здесь от взрослого требуется не только большое сердце, нужно ещё и умение, понимание психологии этих детей, понимание их особенностей, понимание даже сезонных изменений, потому что весной они одни, зимой другие, летом третьи… Всё надо про них знать, если мы хотим что-то в них поменять, подкорректировать. И если нам удаётся даже с этими особенными детьми что-то сделать, это говорит о том, что вообще с любым, тем более здоровым, ребёнком можно работать. Владимир Чикишев умеет общаться с особыми детьми – У вас к вашим воспитанникам нет какого-то снисходительного отношения? Может быть, меньше требований, или наоборот? – Мы не так давно вернулись из похода – сплавлялись по Керженцу с «Командой Горький». С нами было ещё около тридцати трудных подростков из Бора, которые очень бережно относились к нашим детям. Это была удивительная история трёхдневного похода, проживания и взаимодействия. И были вопросы, и были попытки пожалеть. Но наши дети и мы сами быстро дали понять, что не надо лишней опеки. При этом слабослышащие и обычные дети прекрасно друг друга понимают, сразу находят общий язык. Это, кстати, великолепнейший способ воспитания трудных подростков – чтобы они о ком-то заботились. То же самое происходит с нашими детьми: вместо того чтобы жалеть, надо сделать так, чтобы они помогали кому-то. А театр – это всегда работа, очень высокотехнологичная деятельность с множеством деталей. У нас же много выступлений в детских больницах, в сложных отделениях. Видно, как меняется выражение глаз мам, как они начинают улыбаться, как от напряжённо-серых лица вдруг начинают светлеть. Наши-то дети всё это прекрасно видят, потом задают вопросы, задумываются. – Вы слышащий человек, у вас слышащие дети. Почему вы решили мало того что работать с неслышащими детьми, но и быть не просто приходящим режиссёром, а директором интерната? – У меня слышащая дочь и сын, которые выросли в театре «Пиано», и это прекрасно. Конечно, для меня как для молодого родителя было важно, чтобы мои дети росли в игре с этими особыми детьми, в общении, во взаимодействии с ними. Чтобы они вместе создавали театр, и помогали друг другу, и дополняли друг друга. Для таких особенных детей всегда есть необходимость в проводнике, в человеке, который будет коммуникатором. И это не просто проводник, это человек помогающий, а значит, в какой-то степени лидер, некий образец. Учитывая мотивирующую составляющую в жизни наших детей, это всегда очень важно, это счастье для них, если есть такой слышащий, активный человек. Театр в этом смысле – это не просто некая фабрика по производству спектаклей, это педагогическая история, соединяющая буквально миры, людей разных, взрослых и детей. В наших залах на спектаклях очень разные зрители: это и дети с бабушками, дедушками, это люди здоровые и не очень. Уходят они со спектаклей во многом зарядившись оптимизмом, солнцем, которые дети дарят со сцены. Это уже профессия – накопить радость, да ещё и поделиться. Что касается моего директорства, это вообще отдельная тема, я долго готовился к нему. Я был двадцать пять лет режиссёром театра и занимался театральной историей в школе-интернате. Только четыре года я директор школы и занимаюсь творческой средой во всей школе. Театр здесь, конечно же, главное инициативное звено. Мы занимаемся не только содержательными программами воспитания и обучения, мы ещё и занимаемся внешним переустройством школы, хозяйственной деятельностью. – Мы хотим вам пожелать, чтобы у вас хватило здоровья воспитать ещё не одно поколение детей, потому что вы им как отец родной. – Я хочу сказать в завершение, что один в поле не воин. Мы с супругой Мариной, которая также работает в театре, могли сделать очень многое вдвоём, но театр – это очень серьёзная тема, неслучайно греки придумали театр как лекарство для города. Маленький театр может быть лекарством для большого города, но это при условии, если большое количество людей возьмутся за руки, прикоснутся, посмотрят, подскажут, помогут. Тридцатилетняя история «Пиано» – это история огромного количества людей, мы просто соединили их в какую-то одну мелодию. Театр – это дорогое высокотехнологичное дело, требующее очень многих сердец! Сергей КОСТЕНКО Светлана КИБАЛИНА
