Результаты оказались скромные: на один выезд – одна щучка. После майских праздников, правда, нам улыбнулась удача. На Козловской запруде приманку схватила щука почти на два кило, да и та сошла с двойника на берегу: я едва успел выбросить ее подальше от воды.

Мои рыбацкие победы после этого случая закончились. Фатально не везло! Я метался по всем выверенным многолетним опытом местам, но возвращался без улова. Зато супруга «отрывалась» по полной. На удочку прямо с берега она устанавливала каждый раз личные рекорды.

Как-то мы с женой рыбачили в устье Синей реки. Расположились на покрытом зазеленевшем весенней травой мысу. Люда увлеченно упражнялась с удочкой то в Синей, то в Великой, с большим удовольствием вылавливая очередную рыбку, приговаривала: «Смотри, какой живец хороший!» Меня это раздражало, я тоскливо поглядывал на поплавки своих снастей, так ни разу и не утонувших от поклевок хищников второй день подряд. А по всей Великой шла жереховая охота: громкие удары этих мощных рыбин заставляли от неожиданности вздрагивать.

Я пытался анализировать приметы, чтобы определить закономерности щучьего клева. Сетовал на низкий уровень воды в реке, на поднимавшуюся с каждым днем все выше подводную растительность. Потом вспоминал прошлые рыбалки на живца. В мыслях просил Николая Чудотворца сотворить хоть одну стоящую поклевку. И выпросил... «Молчавшая» второй выходной снасть с насаженной на двойник небольшой плотвичкой сработала. Сначала раздался громкий всплеск, похожий на жереховую атаку, а затем пенопластовый поплавок исчез под водой. Не веря своим глазам, я торопливо взял в руки удилище. 
Выбрал на катушку свободную часть прочной плетенки с тонким стальным поводком и сделал паузу секунд на тридцать. Поплавок не всплывал. Нить, слегка подрагивая, сместилась против течения на метр.

Жена, переключив внимание на меня, не выдержала: «Ну, и чего ты ждешь? Подсекай, а то наколется и уйдет!» Я тут же подсек. Плетенка натянулась струной. «Тяжело идет!» – выдохнул я, подкручивая леску. Людмила бросилась к машине за подсаком. «Не надо, снасть прочная!» – отправил я ей вдогонку. «У тебя удилище в дугу согнулось!» – заволновалась жена.

В это время щука, как настоящий цирковой акробат, взмыла вверх на полметра и затрясла головой, пытаясь освободиться от двойника. «Ох, какая большая!» – запричитала супруга. Хищница устремилась против течения в Великую. Мне это было совсем ни к чему – там крутой берег и взять рыбу трудно. Я, с усилием подматывая нить на катушку, перенаправил ее в Синюю. Она подчинилась и шла довольно спокойно. Навскидку я оценил вес – килограммов 5-6 будет.

Вдруг я уткнулся взглядом в рогульку с нашим садком и начал осмысливать, как вывести ее мимо этого препятствия и второй своей живцовой удочки, установленной рядом. Скорость вываживания я замедлил и дал слабину. Хищница отвернула у самого берега (мы ее отчетливо видели) и, мгновенно открыв пасть и тряся головой, выполнила вторую «свечу». Двойник от такой нагрузки вылетел из ее пасти, как пробка из бутылки шампанского.

Мы опешили. Жена, находясь еще под впечатлением увиденного, взволнованно выдохнула: «Что, сошла?!» «Угу-у... – пролепетал я ей в ответ. – Похоже, у нас акция «поймал-отпустил», – продолжил я совсем нелепо. «Почему у тебя катушка такая? Что за снасть? Почему подсачек не взял?» – посыпались вопросы как из пулемета. «Снасть прочная, выдержала, а в подсачек такая большая не поместилась бы», – сказал я, оправдываясь.

Жена еще немного «поучила» меня и пошла ловить живцов. Я тут же отправил свежую наживку в место поклевки «прыгуньи», но она так и осталась невостребованной никаким хищником..