Почему России так больно за Украину?
Нити
Украинский конфликт — отнюдь не первый в долгой череде гражданских конфликтов, которые раздирают современный нам мир.
До этого, в 2000-х годах, была Ливия и была Сирия. В 1990-е годы были и более близкие к России: Югославия, Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия и Нагорный Карабах.
Почему же украинская война столь всколыхнула российское общество, и почему в украинском конфликте нельзя "проснуться одним утром и просто о нём забыть"?
Всё дело в том, что Украина гораздо теснее привязана к России, нежели Абхазия, Южная Осетия, Югославия или — тем более — Ливия и Сирия.
Украина не просто "соседняя страна" — соседей у России масса, в том числе, как ни парадоксально, и США (Чукотка и Аляска, если кто забыл), но вот такого близкого народа, как народ Украины, у России в мире больше нет.
Тысячи незримых нитей: родственники, друзья и знакомые, сослуживцы и одноклассники — связывают Россию и Украину между собой. Россия и Украина всего лишь 24 года изображают "отдельные государства", на деле продолжая оставаться гораздо более связанными общностями, чем, например, говорящие на одном языке и имеющие на флаге один и тот же "Юнион Джек" Великобритания и Австралия.
Любой удар по Украине — это и удар по России. Через эти самые незримые нити, которые начинают вибрировать, когда горят кордоны "Беркута" в Киеве или рвутся снаряды тяжёлых гаубиц на улицах Донецка. Нити звенят, когда погибают дети в Горловке или же мирные жители в Мариуполе, когда брат идёт на брата, а сын — на отца.
Те, кто поджёг в январе прошлого года первые коктейли Молотова на улице Грушевского, прекрасно знали, куда они хотели попасть, — жгли не бойцов внутренних войск или офицеров "Беркута" — пытались поджечь всю Россию. Потому что знали, что невозможно творить беззаконие на Украине, не задев при этом Россию.
И сейчас украинскую карту продолжают пытаться разыграть со всей жестокостью и цинизмом. Ни Евросоюз, ни, тем более, США — не связаны с Украиной настолько, насколько связана с нею Россия. Для Соединённых Штатов судьба Украины — не более, чем просчитанный сюжет запрограммированной эскалации конфликта, в результате которого в центре Европы должна возникнуть реинкарнация худших режимов латиноамериканского типа, с бутафорской демократией и ничтожными правами простых людей, либо же, при неудаче такого сценария — просто хаотизирующаяся территория по лекалам "чёрной" Африки, с клановыми войнами и анархией на низовом уровне.
Для США современные граждане Украины — не более чем расходный материал. А для России, для русского народа — это родственники, друзья, одноклассники, сослуживцы, знакомые. Все те, чьи страдания мы не можем просто воспринимать, как "страшную картинку" по телевизору. Для российского общества вопрос Украины — это вопрос того, сможет ли Россия когда-либо смотреть в глаза именно своей совести и ответить на тот самый извечный неудобный вопрос: "А что мог сделать я тогда? И поступил ли я тогда по совести?"
Именно российское общество, русский народ — не позволяют современной российской власти действовать на Украине из сугубо прагматических соображений. После 1991 года россиянам последовательно и целенаправленно рассказывали о том, что "Украина — отдельная страна, вас там нет", точно так же, как и гражданам Украины вбивали в головы то, что с Россией их не связывает ничего, кроме векового угнетения, рабства и позора.
Но — личные впечатления никак не поменяешь: невозможно объяснить, что твой одноклассник из Новосибирска — нелюдь и "монголо-кацап", а твоя бабушка из Киева — нерусь и "хохлушка".
Попытки выстроить отдельные квартиры из России и Украины постоянно упирались в то, что в "советской коммуналке" по-прежнему были общая кухня, санузел и даже спальня. Всё, что удалось сделать, — это построить отдельный "чёрный вход" из коммуналки, который с претензией на величие назвали "многовековой украинской государственностью". Ну а современная Россия решила немного обновить общую гостиную, развесив по стенам красивые лозунги о "суверенной демократии" и "энергетической сверхдержаве".
Сегодня концепция державности России проходит испытание на Украине. Через "чёрный ход" украинской, отдельной от России государственности в историческое российское пространство протащили враждебные России и чуждые всему русскому идеи.
Семена зла, посеянные на украинской почве, взошли ужасными всходами. В этом и состоит вся чудовищность украинской ситуации: России невозможно "спрятаться" от Украины, невозможно от неё отгородиться и сказать "я в домике".
На нашей кухне, в нашей спальне — те, для кого разрушение является кодексом чести, а предательство — нормой жизни. К власти в Киеве пришли люди, которые смогли за год пробежаться от вооружённого переворота в столице до фактически оформляющегося сейчас, на наших глазах, развала страны. И, если российская элита и может в силу обязательного современного политеса по-прежнему именовать киевский режим "наши партнёры", то мы от этих условностей освобождены.
Каждый из нас вполне может составить свою личную картину происходящего, просто позвонив десятку своих знакомых на Украине — просто дёрнув за те ниточки, которые связывают каждого жителя большой России с теми людьми, которые остались на Украине. Нити не врут, они говорят своей вибрацией о том, что происходит на самом деле, — Украина погибает, своей гибелью увлекая за собой миллионы судеб и тысячи жизней.
Каждая напряжённая нить — тревога, каждая оборванная — трагедия.
Россия скорбит по Киеву — и по Одессе, по Горловке — и по Волновахе, по Донецку — и по Мариуполю. По Мариуполю — скорбит оба раза. И в мае 2014-го, и в январе 2015-го.
Кукловод, который стравливает Украину с Россией, прекрасно знает об этих нитях. Реакцию России можно легко просчитать, а кровь можно просто запрограммировать, продолжая накачивать киевский режим деньгами, советниками и вооружениями.
Украина является слишком удобным рычагом для давления на Россию, чтобы его просто выбросить из-за того, что он "погнулся" или "сломался". Его лучше починить, подлатать, снова накачать пропагандой — и опять бросить в бой, дёргая Россию за те самые личные связи, которые не позволят ей просто взять и остановить эту войну.
Как уйти от этого безумного, изматывающего сюжета?
Не надо испытывать иллюзий: пока "чёрный ход" украинской государственности в российско-украинскую коммунальную квартиру существует — им будут пользоваться все кому не лень, попадая везде, куда им надо — и на общую кухню, и в спальню — и даже в отремонтированную гостиную с лозунгом об "экономической сверхдержаве". Можно построить трубопровод вокруг Украины, но как отказаться от своей родной бабки в Киеве?
Можно сказать: "Да пусть уезжают с Украины!". Но — уедут не все, а участь оставшихся все уже видят на примере Донбасса. Проблему напряжённых или разорванных нитей это не снимет: в похожей ситуации Франция потом десятилетиями решала проблему своих французских беженцев из Алжира — и смогла решить её только для их потомков.
У России сегодня нет десятилетий в запасе. Украина может хаотизироваться или же скатиться к открытой диктатуре уже в ближайшем будущем. Если ситуацию и можно ещё поправить, после потерянной четверти века "незалежности" и года гражданского конфликта — то это можно сделать лишь быстро и решительно.
В противном случае число разорванных связей в какой-то момент станет критическим — и потом уже Украину и в самом деле надо будет возвращать назад десятилетиями.
Единственным разумным способом, как и раньше, является спасение всех тех, кого ещё можно спасти — и ликвидация в той или иной мере того самого "чёрного хода", который создали в стенах многовекового совместного проживание, единой исторической судьбы, экономики и культуры.
Только тогда, когда в Киеве будут окончательно обрезаны другие, тайные канаты, которые за последние четверть века привязали марионетку "украинской элиты" к совершенно чуждым для России и Украины силам (пусть и граничащим с российской Чукоткой) — миллионы и миллионы других нитей смогут спокойно жить дальше.
Звонить к бабушке в спокойный Киев, приезжать на каникулы к тёте в ленивую летнюю Одессу, вместе купаться в море на берегах "нашего, именно нашего" Крыма, встречаться со своими старыми однокашниками из Харькова в красивой и в такой родной для всех Москве…
Газета Завтра