Мир на кончиках пальцев. Как пензенец протаптывает дорожку к своему счастью
Я наблюдала за руками массажиста и не могла поверить, что он слепой. Его ловкие пальцы словно моделировали тело пациента, безошибочно находя его «болевые» точки. И как-то само-собой вспомнилось где-то прочитанное утверждение, что лучшие в мире массажисты - это незрячие люди, потому что у них прекрасно развита мелкая моторика.
Коварные плафоны
У Андрея Мещерякова еще нет большого опыта, но уже есть свой круг пациентов, которые доверяют только ему. И есть огромное желание преодолеть очередное испытание, подброшенное судьбой. Тихонечко, наощупь он протаптывает дорожку к своему счастью.
Сделать крутой вираж на некогда размеренном жизненном пути мужчину заставила неуверенность в завтрашнем дне. Не так давно, поняв, что в один прекрасный момент он может оказаться без работы, Андрей решил выучиться на массажиста: благо его пальцы чувствуют гораздо больше, чем пальцы зрячего человека. До этого он трудился и на знаменитом «Восходе», где работали инвалиды по зрению, и даже на ЗИФе, одном из флагманов пензенской промышленности, но тоже с печальным завершением своей истории.
«Пациентов у меня пока не так много, как хотелось бы. Практикую только с ребятами из знаменитого «Квартала Луи» - тоже инвалидами, - рассказывает Андрей. - Обычные люди с настороженностью относятся к незрячему массажисту, и я их очень хорошо понимаю».
Понимает, потому что сам когда-то был зрячим и на 90% воспринимал мир исключительно благодаря красочной картинке. Крепкий карапуз играл со сверстниками, а когда подрос - пошел в обычную школу: своими ножками, видел своими любопытными глазками. И тут как гром среди ясного неба: когда в классе включали плафоны со светом, клеточки в школьной тетрадке предательски превращались в большое белоснежное облако, под которым нельзя было ничего разглядеть. При дневном свете таких проблем не было.
«Но врачи все равно были вынуждены отправить меня учиться в специализированную школу для слепых и слабовидящих детей в Моршанск. Там я жил в интернате, - вспоминает мой собеседник. - Наверное, все-таки родителям было тяжелее, чем мне. Мне, наоборот, проще. Да и с ребятами я сдружился.
В Моршанске, помимо школьной программы, нас обучали бытовым навыкам - как могли адаптировали к жизни. Грубо говоря, нитку в иголку вставить и бутерброды нарезать. А вот к будущей профессии нас не готовили. Просто потому, что у нас не было особого выбора: после интерната ребята либо уезжали в Кисловодск учиться на массажиста, либо шли трудиться на предприятия Всероссийского общества слепых».
От велозавода до «Восхода»
Впрочем, поработал на таком производстве и Мещеряков. В 1987 году на пензенском предприятии для слепых «Восход» он клепал сумки для инструментов на велосипеды, которые выпуская знаменитый ЗИФ. А в 1990-м перешел на велозавод. Стал работать упаковщиком.
«Там наших человек 40 трудилось, - вспоминает Андрей. - В 1997 году я оттуда уволился. Просто пошли сокращения, а у меня на иждивении было три человека - жена и двое детишек. Правда, меня увольнять отказались. Но из всех незрячих я бы остался на предприятии один. Не хотелось быть «белой» вороной, поэтому решил вернуться на «Восход», где следующие несколько лет собирал деревянные лотки для хлебозаводов».
Обычно из зоны комфорта люди выходят, когда в их жизни происходят глубокие потрясения. Наш герой - не исключение. В 2011 году он окончательно перестал видеть и стал ходить с белой тростью-ориентиром. «Мне было неловко, я стеснялся, - признается мужчина. - Иногда из-за этого происходили курьезные ситуации. Например, чтобы куда-нибудь дойти, я шел за людьми, словно за маячками. Когда они останавливались - я тоже останавливался. Женщины, естественно пугались».
Через несколько лет еще одна неприятность - развод с женой после 25 лет брака. «Так получилось», - пожимает он плечами.
Но депрессия и затворнический образ жизни - это не для Андрея. Оказавшись на очередном жизненном перекрестке, он решил поступить в Ульяновский фармацевтический колледж. Пригодился советский аттестат, оказывается оценки в нем приравниваются к результатам ЕГЭ. Удалось даже поступить на бюджет очного отделения.
«Получали медицинское образование, - гордо констатирует Андрей. - Учили и сестринскому делу, и латыни, и анатомии, и хирургии, и акушерству. И, конечно, массажу: классическому, лечебному, китайскому».
Все решила генетика
Программа обучения включала в себя и практические навыки, которые нужно было получать на практике в стационаре.
«Мне достался четырехмесячный малыш, - вспоминает массажист. - Было страшно, ведь он такой маленький и хрупкий, а я ничего не вижу. Но ничего, справился. Его мама меня даже поблагодарила.
Но таких тяжелых патологий, с которыми мне довелось столкнуться в Квартале Луи, на практике не было».
Это сейчас мужчина нашел себе здесь работу. А сначала поиски были безуспешными. В центре занятости сразу предупредили: что-то подобрать вряд ли получится. И только благодаря знакомым получилось устроиться в «Квартал Луи».
«Мои проблемы со зрением, как выяснилось, спровоцированы на генетическом уровне. Такое же заболевание у моей двоюродной сестры. Она отучилась на массажиста восемь лет назад. Звала меня с собой, но я отказался: дочь была еще школьницей, да и в семье было все хорошо.
А сейчас хочется и общения, и реализации, и гармонии».
И с этим не поспоришь.
P.S.: По статистике, число инвалидов в России превышает 13 млн человек. Однакo, трудоустроены из них не более 10%. Остальные пока не имеют такой возможности.