Но ты выгрызала торпеду и снова пила за Победу

На днях в издательстве «Воймега», специализирующемся на современной поэзии, вышло наиболее полное собрание стихотворных и прозаических текстов Дениса Новикова «Река – облака». Издание снабжено достаточно подробными примечаниями, благодаря которым можно узнать много нового о творчестве Новикова. Например, о том, что первая публикация Новикова состоялась в газете «Литературная Россия» в 1985 году (№ 3 от 18 января): в разделе сатиры и юмора «Ревизор» было опубликовано стихотворение «Защитительные строфы». В дальнейшем Новиков стал участником поэтической группы «Альманах» вместе с Приговым, Гандлевским, Кибировым, Рубинштейном и т.д. Потом были недолгие годы жизни в Лондоне и возвращение в Россию. Поначалу казалось, что удача всецело на стороне поэта, в 1995 году в Нью-Йорке вышел сборник «Окно в январе» с достаточно комплиментарным послесловием самого Иосифа Бродского. В дальнейшем ещё два сборника Новикова «Караоке» и «Самопал» вышли в Пушкинском фонде. Однако презентация «Самопала» в сентябре 1999 года оказалась последним публичным выступлением Новикова, после этого наступила пятилетка молчания (последняя публикация в «Знамени» вышла в апреле 2000 года), закончившаяся загадочной смертью Новикова в последний день уходящего 2004 года.

Однако несмотря на принадлежность к либеральной тусовке, своим для либералов Новиков так и не стал. Понять, почему так случилось, помогает его творчество, в особенности эссе, написанные для радио «Свобода». Произошедшее со страной в «лихие девяностые» Новиков в отличие от своих «подельников» считал личной катастрофой.

Вот как Новиков описывает кровавый октябрь 1993 года: «Новости Би-Би-Си. Расстрел Белого дома. Сижу, обхватив голову руками, «как грустна наша Россия» бормочу. Вручение правительственных наград Грачёву и Ерину – за успешно проведённую боевую операцию. Президент смотрит в глаза, жмёт руку со значением, целует генералов. На поцелуях я сломался. Побежал, разрываясь на части, в «Ближний» – «Дальний» – «Вику» (названия винных лавок. – Г.Ш.). Выбыл из жизни на две недели» («Раздача, или Цитатник распадающегося сознания»). Сравните, как разительно отличаются переживания Новикова от реакции подписантов расстрельного «Письма 42-х», призывавших к расправе над противниками Ельцина. Не удивительно, что данное эссе не попало в эфир, как не попало в него и эссе «Русское», содержащее, к примеру, такие пассажи: «Но мы-то свои люди и знаем, что никакой отдельной Украины не существует».

Не прижился Новиков и в Великобритании, менталитет не тот, не смог жить в стране, где «люди живут по средствам. Помывка два раза в неделю всей семьей в одной воде. Добро бы ванны не было… Россия заплатила братскими могилами за то, чтобы в ней не было братских ванн». Это из эссе Deprofundis («Из глубины»).

Да и в стихах Новиков не скрывал искренней, неподдельной любви к Родине, его стихотворение «Россия» стало образцом патриотической лирики и включается в различные антологии:

Ты белые руки сложила крестом,

лицо до бровей под зелёным хрустом,

ни плата тебе, ни косынки –

бейсбольная кепка в посылке.

Износится кепка – пришлют паранджу,

за так, по-соседски. И что я скажу,

как сын, устыдившийся срама:

«Ну вот и приехали, мама».

Сергей Гандлевский в своём эссе «Советский Гамлет» оставил к этому стихотворению следующий комментарий: «В стихах Новикова наглядна дорациональная природа поэзии – его Муза вообще не грешит умом. Будучи развёрнутыми в строчку, эти строфы для просвещённого сознания мгновенно превращаются в набор банальностей с душком». Хотя я бы скорее отнёс слова про «набор банальностей с душком» к самому эссе Гандлевского. Ну не могут простить светила либеральной поэзии искренней любви к Родине, поскольку, наверное, сами любить не умеют. Впрочем, это уже диагноз. А стихи Новикова будут читать, поскольку он писал не о временном, как Гандлевский, а о вечном.

Григорий ШУВАЛОВ