"Пьяный без вина" - не клише, а диагноз
Звучит описание этого диагноза просто великолепно – возможность почувствовать себя пьяным, не выпив при этом ни капли. Шарль Бодлер вряд ли согласился бы с самим существованием подобного заболевания.
Однако, приблизительно один из 60 человек страдает синдромом «автопивоварни», и, поговорив с ним, вы будете поражены симптомами этого заболевания.
Это заболевание, известное также как «синдром бродящего кишечника», вызывается дрожжевыми грибками, содержащимися в микрофлоре тонкого кишечника: они перерабатывают сахар, превращая его в этанол, что и ведет к опьянению. Впервые этот синдром был выявлен в ходе японского исследования, в которое были вовлечены люди с хроническими грибковыми инфекциями. Согласно материалам исследования, у всех участников выявлены нарушения в работе ферментов печени, из-за чего алкоголь не полностью выводился из организма.
Наличие грибковых организмов в тонком кишечнике – нормальное явление, они есть у всех. Так же нормой является вырабатывание небольшого количества алкоголя в процессе переваривания пищи, богатой углеводами и сахаром. Но у пациентов, принимавших участие в японском эксперименте превышенное количество дрожжевых грибков в организме (из-за инфекции) сочеталось с недостаточной работой ферментов печени и постоянным потреблением большого количества углеводов, что и приводило к замедленной переработке алкоголя и, следовательно – к повышенной его концентрации. И вуаля – вы пьяны!
Люди, страдающие синдромом бродящего кишечника, рассказывали, что до выявления у них диагноза им часто приходилось доказывать окружающим, что они – не «тайные» алкоголики.
Британец Ник Хэсс, страдающим синдромом «автопивоварни» рассказал каналу BBC, что до того, как ему поставили диагноз, его жена начинала искать по дому заначки с выпивкой, заметив характерные симптомы, которые включали головную боль, боли в желудке и даже рвоту. Мэтью Хогг признался каналу Vice, что его болезнь сопровождалась снижением уровня интеллектуальной активности и эмоциональными расстройствами. Без каких либо причин он мог утром проснуться с похмельем, и был совершенно нетрудоспособен весь день.
Как вы уже догадались, жить и работать с постоянной угрозой внезапного опьянения не очень-то просто. Людям, страдающим этим заболеванием необходимо придерживаться особой диеты, чтобы не допустить возможности внезапной алкогольной интоксикации: сократить потребление злаковых культур и углеводов. Макароны, выпечка и прочие продукты содержание рафинированные углеводы – первое, чего следует опасаться. Также можно принимать противогрибковые препараты. Больным следует больше налегать на мясо, орехи и семечки – так называемая палеолитическая диета. И это не просто выбор – это самая настоящая необходимость.
На жизнь Хогга синдром оказывал огромное влияние. «Однажды состояние «опьянения» буквально застигло меня врасплох, – рассказывает Хогг канал «Vice», – я находился в школе и точно знал, что ничего не пил, и никаких проблем не должно было быть. Мне пришлось бросить спорт, потому что я чувствовал себя как выжатый лимон даже после небольшой пробежки. Утром было очень тяжело вставать. Я был не только напуган, потому что не знал, что со мной происходит, но и крайне подавлен и зол на самого себя – я будто бы делал все в пол силы, хотя чувствовал себя при этом абсолютно вымотанным. Синдром повлиял и на мои отношения с окружающими – я испытывал одиночество и все больше отдалялся от друзей, потому как у меня не было ни сил, ни желания участвовать в чем-либо».
Сейчас болезнь проявляет себя редко. Такие профессионалы как Барбара Кордэлл – старшая медсестра и научный директор Колледжа Панола (Panola College) в Техасе говорят, что потребуются дальнейшие исследования, чтобы найти лекарство от этого недуга. Корделл занимается лечением больных с синдромом бродящего кишечника и является соавтором научного доклада о заболевании. Она также считает, что ставить под сомнение существование диагноза как такового – недопустимо. «В конце концов, – делится она с каналом «BBC», – я просто хочу, чтобы врачи, услышав от пациента о подобных симптомах, мыслили шире и отнеслись к пациенту со всей серьезностью».