ЕС заворачивает «Северный поток-2» ради Украины
Несмотря на эксцессы с несанкционированным отбором газа и регулярными демаршами по поводу закачки «голубого топлива» в ПХГ в необходимом для стабильного транзита объёме, г-н Каньете убеждён, что Украина продолжает оставаться надёжным партнером. Видимо, даже надёжнее и ответственнее Германии, к территории которой планируется подвести ещё две ветки «Северного потока».
По словам Каньете, ЕК готова содействовать заключению нового транзитного соглашения между Россией и Украиной, действующее, напомним, истекает в 2019 году. «Северный поток-2», по мнению еврокомиссара, не станет для ЕС новым источником поставок газа, но повысит возможности России по его поставкам в страны сообщества. Достаточно спорный тезис, учитывая, что речь идёт всего лишь о замене одного маршрута на альтернативный, а не о строительстве дополнительного. Нормам т.н. Третьего энергопакета «поток» противоречить не может. Поскольку он проходит по дну Балтийского моря, а операторами наземной части «трубы» выступает консорциум, в который входит целый ряд европейских компаний.
«У России появится преобладающая способность поставок в Европу, и произойдет уменьшение маршрутов от трех до двух. К тому же под угрозой окажется снабжение Польши. Сокращение маршрутов, конечно, не улучшит безопасность снабжения», — озвучил не менее спорное утверждение еврокомиссар.
Впрочем, истинная подоплека сказанного, разумеется, не имеет никакого отношения к повышению энергетической безопасности Европы, о которой по должности обязан заботиться г-н Каньете. На что, в частности указывает интервью главы украинского «Нафтогаза» Андрея Коболева авторитетному американскому изданию The Wall Street Journal. В нём чиновник назвал реализацию «Северного потока-2», ни много ни мало, попыткой «разрушить украинское государство». По его словам, новая труба «убьет» украинский газовый транзит в Европу. «С помощью таких ударов Российская Федерация пытается убедить, что Украина, как государство, падет», - сетует Андрей Кобелев. Видимо, не вполне отдавая себе отчёт в том, что своими доводами откровенно дискредитирует 42-миллионное население страны, «становым хребтом» экономики которой, как выясняется, выступает транзитный газопровод.
По мнению гендиректора Института национальной энергетики Сергея Правосудова, брюссельские бюрократы с подачи США развивают старый тезис о том, что Россия якобы «пытается задушить Европу в «энергетических объятиях».
— Разумеется, это звучит абсолютно нелепо, учитывая, что наша доля на газовом рынке ЕС немногим превышает 30%. О каком монополизме может идти речь? Честно говоря, не понимаю, с какой стати член Еврокомиссии по энергетике упоминает Польшу. Да, власти этой страны громко возмущаются в связи с попытками России построить обходной маршрут мимо Украины. Только вот сама Польша получает газ через территорию Белоруссии по трубопроводу «Ямал-Европа».
— Может быть, позиция Мигеля Ариаса Каньете связана с тем, что Испания сама не закупает российский газ?
— Самое главное, что Еврокомиссия под давлением США всегда была настроена против любых проектов с российским участием. Поскольку американцы в период сланцевого бума сами имели большие виды на европейский рынок. Плюс стремление насолить России.
При этом основную ответственность за энергообеспечение несут не коммунарные органы, а правительства стран. Несмотря на этот факт, еврокомиссарам хотелось бы более активно «рулить» этим процессом.
— Отсюда идея создать в Европе некий единый орган, который занимался бы закупками газа?
— В том числе. Лоббисты Вашингтона наиболее активны в Еврокомиссии. В реализации «Северного потока-2″ многое будет зависеть от крупных стран, которым нужен российский газ. Это Германия, Франция, Италия. Хотят они ради евроатлантической лояльности связываться с таким проблемным транзитёром как Украина или нет. Помимо „Газпрома" в состав акционеров второй очереди „Северного потока" вошли крупнейшие корпорации „E.ON", „Shell", „BASF","Wintershall», «OMV», «ENGIE». Для них отказ от проекта означает потерю многомиллиардных прибылей.
— Удастся ли США и ЕС сохранить транзитный статус Украины к 1 января 2020 года, когда истекает срок действия соглашения?
— Этого никто не знает. Неизвестно, сохранится, вообще, Украина к этому времени как единое государство. Если да, то минимальные объёмы прокачки (для Словакии или Венгрии), допускаю, оставят.
Очевидно, что Брюсселю и американцам выгодно, когда мы помогаем наполнять украинский бюджет транзитными платежами. В противном случае экономику «незалежной» пришлось бы субсидировать. Второй момент — это геополитическая игра американцев, которые пытаются держать между Россией и Европой «пламя огня». Так проще продавить Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство, которое ставит ЕС в зависимое положение от американских и транснациональных корпораций.
— В условиях низкого углеводородного рынка конкуренция обостряется?
— Вследствие падения цен на энергоносители, растёт их потребление. Понятно, что будет отскок, и нужно быть готовым к нему в плане наличия разведанных месторождений и инфраструктуры.
К сожалению, транзитный договор с Украиной заключен так, что мы должны доставить топливо до границ с ЕС. Соответственно, незаконный отбор, воровство и так далее ложатся на наши плечи. К тому же есть влиятельные внешние игроки (США), которые, вообще, не приобретают российский газ, но они заинтересованы в том, чтобы создавать нам проблемы с помощью Украины и других сателлитов в Восточной Европе.
Все эти стенания об «энергетической дубинке» Москвы не выдерживают ни малейшей критики. Потому что по контракту цены на газ зависят от состояния мирового рынка нефти. Даже если судить по отчётности «Нафтогаза», то нетрудно убедиться в том, что европейский реверс обходится Киеву дороже прямых поставок из России, от которых отказываются по чисто политическим соображениям.
Директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин согласен с тем, что доводы представителя Еврокомиссии выглядят неубедительно и, скорее, предназначены для заокеанских ушей.
— Главное, нужно понимать — строительство ещё двух веток «Северного потока» не приводит к росту поставок газа из России в Европу. Просто вместо Украины появляется обходной маршрут. «Газпром» как имел 30−31% долю на европейском рынке, так и будет иметь.
— Если бы чиновники ЕС так заботились об энергобезопасности стран Южной Европы, они бы не заблокировали «Южный поток»…
— Этот проект был политически слабее. Потому что Болгарии или Румынии трудно конкурировать с Германией. И, вообще, это странные с логистической точки зрения, рассуждения. Сейчас в Европе создаётся единая газотранспортная инфраструктура. Так что нет никаких проблем с тем, чтобы перекачать нужные объёмы газа в любом направлении.
Безусловно, в случае реализации проекта «Северный поток-2» Германия станет самым крупным газовым хабом Европы. Только на российских поставщиков будет приходиться 20% его мощности. Не думаю, что европейские бюрократы будут выступать против главной экономики, которая исправно пополняет европейскую копилку.
— Конкуренция на газовом рынке ЕС растёт?
— С одной стороны, «сланцевая революция» отменяется. К тому же СПГ обычно стоит дороже трубопроводного газа. Но в последний год цены на трубопроводный газ и СПГ сравнялись. В условиях падения рынка многие СПГ-игроки вынуждены балансировать на грани доходности. Доля «Газпрома» весьма устойчива — компания пытается гибко работать с потребителями. И уже часть контрактов отвязана от «нефтяной корзины» и привязана к спотовым ценам.
— Насколько Китай оправдал себя в качестве альтернативного направления для диверсификации газовых поставок?
— Рынком сбыта для проекта «Ямал СПГ» будет, в том числе, Китай. Что касается газопроводов, то в последнее время раздаются призывы пересмотреть формулу привязки цены к «нефтяной корзине». Стоимость «чёрного золота» резко упала. Пока «Сила Сибири» только строится, делать это нужно сейчас (источниковая база — Чаяндинское месторождение, рынок сбыта — восточные провинции КНР).
Что касается «Силы Сибири-2» (газ пойдёт из Западной Сибири в Синьцзян-Уйгурский автономный район на западе Китая), то этот проект находится в подвешенном состоянии. Китайцы хотят низкую цену, чтобы с помощью «трубы» из России сбивать цену на СПГ.
Соответственно, Москве было бы неразумно отказываться от европейского направления, чтобы держать наших китайских друзей в хорошем конкурентном тонусе. В любом случае в ближайшие годы никакие поставки газа в Китай не заменят нам европейское направление как по физическим объёмам, так и по маржинальности (доходности).