Официальная Анкара: Турция не имеет никакого отношения к конфликту в «Нагорном Карабахе»
В общем-то, даже здесь душевное участие Анкары в отношениях с Баку можно было бы рассматривать как знаки типичного добрососедства, обычного дипломатического диалога двух стран и не подозревать во всем этом связи с нынешним карабахским конфликтом. Но тогда в ходе всех этих «дружественных» встреч турецкой стороне не стоило бы затрагивать столь болезненный карабахский вопрос и всякий раз подтверждать свое полное согласие в нем с азербайджанской стороной.
А Баку, как известно, на протяжении всех многих лет со времени прекращения острой фазы Карабахского конфликта (в 1994 г.) провозглашает свое неизменное намерение вернуть определенные территории непризнанной Нагорно-Карабахской республики под свою юрисдикцию.
Нужно обладать совершенно незамутненным наивным сознанием, чтобы допустить ту мысль, что руководство Азербайджана готово воплотить это намерение в жизнь мирным путем. Просто потому, что у Баку не найдется никаких сколько-нибудь убедительных аргументов, для того чтобы уговорить армян добровольно покинуть занятые территории. Которые они защищали и отвоевали ценой многих сотен жизней. Какой человек на Кавказе поверит лукавым посулам убийц и запросто отдаст земли, окропленные их кровью своих предков?
Единственно, чем власти Азербайджана могут подкрепить свои ура-патриотические (даже националистические) устремления, так это силой оружия. Неспроста риторика военного руководства этой каспийской страны особенно в последнее время пресыщена лозунгами милитаристского реваншизма. В азербайджанских СМИ говорится буквально следующее: «мы освободим наши территории, мы решим карабахский вопрос, мы вернем свои земли». И это на фоне учений азербайджанской армии, на фоне воинственных заявлений верховного главнокомандующего Вооруженными силами Азербайджана.
Теперь можно задаться вопросом. Почему замороженный давний (более двадцати лет) азербайджано-армянский конфликт разгорелся с новой силой именно сейчас? Когда, на минуточку, в Сирии в значительной степени благодаря российским усилиям запущен мирный процесс по урегулированию пятилетней гражданской войны. Не усматривается ли здесь замысел «султана» спровоцировать Россию на участие и в этом кавказском конфликте. Тогда у Анкары может появиться существенный аргумент объявить нашу страну «агрессором», который ввязывается во все любые маломальские междоусобицы с целью утвердить на конфликтных территориях свою гегемонию.
Если туркам удастся разыграть эту провокативную карту и призвать, таким образом, все международное сообщество осудить нашу страну, у Эрдогана повится слабый шанс повернуть-таки потерянный было контроль над ситуацией в Сирии.
Все это, как говорится, «на тоненького», но зная размашистые имперские повадки «Реджепа Первого», зная заигрывание его с крымскими татарами и Киевом, зная, в конце концов, четкую антироссийски настроенную позицию, такой его интерес отрицать крайне сложно.
Между тем, нельзя отрицать и спонтанность, эмоциональность и определенную стратегическую его недальновидность. Поскольку, если России удастся исключительно дипломатическими методами (а в силе нашей дипломатии, думаю, сомневаться не приходится) призвать стороны к прекращению конфликта, это будет еще одна наша лишняя победа. Для Эрдогана, в особенности, недопустимо лишняя…
Игорь И