Дауншифтеры — о тревоге, дорогом Таиланде и возвращении в Россию
Временная эмиграция в Таиланд, Гоа или на Бали ещё год назад была для многих россиян привычным делом. После роста курсов валют, массовых сокращений ситуация изменилась: горожане прощались с тёплыми и когда-то дешёвыми азиатскими берегами, покупали билет в один конец и улетали в родные Челябинск, Москву, Санкт-Петербург и Тольятти.
The Village собрал истории людей, которые пожили в солнечных краях, но почему-то решили вернуться домой.
Дмитрий Поляков, специалист по компьютерным сетям
Основное время зимовки я проводил в Таиланде, хотя и жил и во многих других странах Юго-Восточной Азии. Тратил накопленные средства, а когда они заканчивались, уезжал на заработки: я выполняю контрактные работы по компьютерным сетям в Северной Америке. Во время кризиса жизнь без всякой причины подорожала на 20 %: Таиланд и Вьетнам искусственно привязывают свои валюты к американскому доллару, который в этом году на фоне остальных валют мира поднялся процентов на двадцать. Мои накопления и заработки были в другой валюте. При этом рубль, просев процентов на пятьдесят, даже при условии незначительного увеличения цен, обеспечил более дешёвое проживание в России, чем в Таиланде. Это сказывается не только на жилье, но и на питании.
Многие мои знакомые уехали из Азии. Причина та же: необоснованная привязка национальной валюты к растущему американскому доллару. Для людей с накоплениями (например, в евро) страна стала заметно дороже. Те, кто остался, работают там же, в Таиланде: одни нелегально — в туристическом бизнесе, другие — легально: в госпиталях, переводчиками, учителями иностранных языков. Теперь в Таиланде выгодно не отдыхать, а работать, к сожалению.
Ангелина Скалдутская, отельный гид
Мы с мужеми восемь лет работали в разных странах отельными гидами. Это те люди, про которых обычно пишут «встретил, рассказал и час впаривал экскурсии». Мы познакомились в Хургаде в 2011 году, когда вместе работали в Pegas Touristik. Спустя два года уже с маленьким ребёнком мы переехали на Пхукет. В январе 2015-го сократили сначала меня, а потом и мужа. Обычно сокращают новеньких, которым ещё не успели оформить разрешение на работу. Конечно, увольнения были связаны с падением рубля и падением туристического потока.
Но это было не единственным поводом уехать. Мой муж — украинец из Крыма.
К тому времени у него закончилась виза и страницы в паспорте, а в украинском посольстве новые паспорта не выдают. Причём так было и до присоединения: объясняли это тем, что нет бланков. Мы спаслись только бумажкой от консула, в которой разрешалось ставить печати на страницах «Дети» и «Особые отметки». Кстати, мы обращались и в российское консульство: они выдают гражданам Крыма с украинскими паспортами новые российские паспорта, но это занимает пять-шесть месяцев. Так что надо было возвращаться. К тому времени я была уже на седьмом месяце беременности, а рожать в Таиланде совсем не хотелось. Либо дома, в России, либо в Хургаду к врачу, у которой рожала первую дочь.
Мы переехали на родину мужа, в Керчь. Сейчас занимаемся документами, делаем ремонт в квартире. Муж в итоге получил российский паспорт, а я недавно родила дочь Лею.
Алена Чорнобай, PR-директор онлайн-школы Profile
Потеря почти половины дохода на конвертации валют заставила обратить внимание на другие недостатки райского острова Бали. Нестабильный и медленный интернет, суровый и хаотичный трафик, относительно доступная, но всё равно проблемная медицина и прочее. Кризис — а он не первый на моей памяти — прежде всего сказывается на уверенности в завтрашнем дне, нагнетает атмосферу тревожности, заставляет минимизировать риски. Сказать, что он резко ударил по нам именно в финансовом плане, — в общем-то, покривить душой, поскольку при некотором перераспределении средств и изменении привычек мы вполне могли бы остаться.
Что сделал тот, кто остался? Перебрался в бюджетное жильё. Сменил арендный мотоцикл или автомобиль на простенький скутер предыдущего поколения. Изучил ассортимент уличных рынков и узнал, как включить плиту и приготовить что-то. Равновесие восстановилось, ведь в тёплых странах есть и свои статьи экономии: например, не нужно покупать дорогостоящую зимнюю и демисезонную одежду и обувь. Для женщин очевидна экономия на всяких дамских штучках, вроде парфюма и аптечной люксовой косметики, помогающей им в московской жизни бороться со стрессом. Но, разумеется, самые дальновидные из оставшихся просто пересмотрели свою занятость, клиентский пул, подход к заказам и сумели компенсировать потери новой активностью.
Мы уехали. Во-первых, из-за ощущения тревожности за завтрашний день; во-вторых, из-за возможных непредвиденных обстоятельств, разрешение которых потребует теперь в два раза больше денег; в-третьих, пожалуй, потому, что в смутные времена важно быть с родными и близкими и на месте понимать, что происходит с ними в условиях этого информационного прессинга со стороны всевозможных СМИ.