Интересы рязанцев в сфере ЖКХ представляет крановщица
Почтальон и крановщица
— Ольга Алексеевна, вы коренная рязанка?
— Я родилась летом 1951 года в Удмуртии, в городе Глазове. По национальности удмуртка, очень люблю свой народ. После школы окончила госуниверситет имени Жданова в Иркутске, получила профессию юриста.
— Как прошло ваше детство?
— В 1958 году отец увез всю нашу семью на строительство Братской ГЭС. Там прошли мои школьные годы, там я начала работать. Отец был рабочим, многое умел, владел сварочным делом, плотничал, а мама заведовала продовольственным магазином. В нашей семье было двое детей, у меня есть сестра.
— Какое самое яркое впечатление осталось от Братска?
— Наверное, перекрытие реки Ангары во время запуска ГЭС. Помню, все мы стояли на берегу и смотрели, как поднимается вода. Луга, леса — все было в воде. Потом мы с папой ездили на рыбалку и ловили, как мне тогда казалось, очень больших и красивых рыб. Еще с удовольствием вспоминаю семейные поездки в лес за ягодами, грибами. Иркутская область — прекрасный край, лесной, таежный.
— Когда перекрыли Ангару, под водой, наверное, оказались и населенные пункты?
— Всех жителей заблаговременно вывезли, предоставили новое жилье, так что пострадавших не было. Город Братск большой, растянут вдоль Ангары, места хватило всем. В те годы только начиналось многоэтажное строительство, а сегодня на Братском море стоит современный город.
— Как вы оказались в Рязани?
— После распада Советского Союза многое изменилось, люди стали уезжать. Отец умер и похоронен в Братске, мама еще до распада СССР воспользовалась государственной программой переселения жителей Севера и уехала жить на Украину, сестра вышла замуж за рязанца. Когда Украина и Россия стали отдельными государствами, мама и я переехали в Рязань, к сестре. Так мы оказались в центре России.
— Ольга Алексеевна, что повлияло на выбор специальности? Ведь тридцать лет назад профессия юриста не была столь популярной, как сегодня.
— Я всегда очень трепетно относилась и отношусь к справедливости. Кстати, до того как получить профессию юриста, мне пришлось много чем заниматься. В числе прочего я окончила народный университет по направлению правоведения.
— То есть юрист — это не единственная ваша профессия?
— Моя первая попытка поступить на юридическое отделение в госуниверситет сразу после школы успехом не увенчалась. Пришлось идти работать. Я стала трудиться почтальоном. Надо сказать, на почте я освоила многие специальности, была оператором выдачи-приема посылок, телеграфистом. А потом судьба занесла меня в Севастополь, где я прожила пять лет.
— Как это случилось?
— Мы с подругой решили поехать в отпуск на море. Были на Кавказе, потом сели на пароход и доехали до Ялты, а потом и до Севастополя. Вы не поверите, но после того, как мне не удалось поступить в университет, я размечталась стать... крановщиком.
— Почему?
— В Братске в то время велось массовое строительство, а крановщиков башенных кранов в Иркутской области не готовили, такие специалисты были в дефиците. К тому же профессия эта представлялась многим в романтическом свете: высота, красота! Оказавшись в Севастополе, я вдруг увидела объявление о приглашении молодежи на соответствующее обучение в профессиональное техническое училище имени Юрия Гагарина. Мечта моя сбылась, я выучилась на крановщика и несколько лет проработала в севастопольском торговом порту. Кстати, скоро я поеду в Севастополь, там живет моя подруга, и теперь, после долгих лет разлуки, мы встретимся вновь. Многие мои коллеги по порту до сих пор там живут. Могла бы остаться и я, но по семейным обстоятельствам мне пришлось вернуться в Братск.
— Приобретенная профессия пригодилась?
— А как же! После Севастополя работала крановщицей на братском заводе железобетонных изделий.
На пути к Фемиде
— Как же вы вернулись к первоначальной мечте стать юристом?
— Хочу отметить, что общественное движение, которое разворачивается в современной России, — это не изобретение сегодняшнего дня, а возрождение старых традиций. В пору моей работы на ЖБИ в Братске активно развивался институт общественных помощников прокурора. Узнав об этом, я пришла в прокуратуру и изъявила желание стать таким помощником.
— То есть путь к профессии начался не с теории, а с практики?
— Общественных прокуроров в те годы боялись чуть ли не больше, чем государственных! Мы получали от прокурора задание с подробным описанием наших действий и шли проверять, в частности, продовольственные магазины на «усушку» и «утруску». Например, упакованные макароны через несколько дней теряют в весе за счет испарения влаги, поэтому их нужно перевешивать и продавать по актуальному весу. Не все это делали. Такой же проверке подвергались конфеты, другие продовольственные товары. Кроме того, общественные прокуроры проверяли на предприятиях трудовую дисциплину, защищали права сотрудников.
— У вас была очень насыщенная жизнь!
— Да, жить было очень интересно. Кроме основной работы, «прокурорской», я возглавляла комсомольскую ячейку на заводе. Мы ходили в туристические походы, выпускали газету, помогали неблагополучным семьям, организовывали общественную работу среди осужденной молодежи (вокруг Братска много исправительных колоний).
— Когда же вы вернулись к учебе?
— Прокурор, видимо, видя мои старания и, наверное, некоторые способности, дал рекомендацию к поступлению в университет. На тот момент мне было уже 27 лет, и начинать все заново было страшновато. В течение года я занималась на подготовительных курсах, выдержала вступительные экзамены и стала студенткой.
— Как удавалось совмещать работу и учебу?
— От работы пришлось отказаться. Училась очно, получала стипендию, насколько могли, помогали родители, которые поддержали этот новый поворот в моей судьбе. Училась хорошо, но не отлично. Много времени занимала общественная работа. В институте я организовывала студенческие строительные отряды.
— Где удалось побывать со стройотрядами?
— Например, на острове Шикотан. Это камчатские острова. Дальше – океан и Америка. А с другой стороны острова в хорошую, ясную погоду видно Японию. Весь Шикотан можно обойти пешком. Наш отряд состоял более чем из трех тысяч человек с Алтая, Иркутска, Новосибирска, Дальнего Востока. Там мы обрабатывали сайру. Это очень нежная рыба: если ночью ее выловили, то утром сайру необходимо почистить и отправить на рыбзавод.
— Случались ли с вами необычные приключения?
— На Шикотане я впервые увидела землетрясение. Мы уже собирались уезжать на большую землю, и вдруг начало трясти. Земля под ногами ходила, страшно! Но всех успели вывезти с острова авиацией, никто не погиб.
— Как поменялась ваша трудовая деятельность после окончания университета?
— По окончании вуза меня выбрали народной судьей. Мой возраст и опыт этому способствовали. Судейской работой я занималась в течение последующих пяти лет. После декретного отпуска работала в администрации Братска, в управлении имущества, как раз в период массовой приватизации. А затем оказалась в Рязани.
— И тоже в администрации?
— Сначала в администрации, а потом в Министерстве юстиции. Это была очень интересная работа. Мы приводили местное законодательство в соответствие с федеральным. Нам удалось вывести Рязанскую область в лидеры по Центральному федеральному округу и в десятку лучших по России. Каждый закон «причесали». После реорганизации министерства оказалась в Росреестре, контролировала работу нотариусов, ЗАГСов.
— А теперь в сфере вашего профессионального внимания оказалось законодательство жилищно-коммунального хозяйства…
— Юридическая практика получилась обширной. Многое пригодилось.
— А в жизни знания и опыт оказались востребованными?
— Моя профессия — это общение с людьми. А это и есть жизнь, многогранная, во всех ее проявлениях.
Главное — твердость характера
— Ольга Алексеевна, что вы считаете стержнем в своей жизни и главным в людях?
— Стержнем — безусловно, нашу маму. Ей сегодня 88 лет, она до сих пор нас с сестрой, что называется, «строит». А еще нашу семью. Мы дружно живем, поддерживаем друг друга. Для меня это главное. В людях же ценю твердость духа, оптимизм, способность не унывать ни при каких обстоятельствах.
— Чем любите заниматься в свободное от работы время?
— Люблю возиться в огороде. У нас есть дом в Требухино, там мы все летом и живем. Кстати, в детстве у нас не было дачи. Тогда сажать огороды было не принято. Но перед нашим домом в Братске был небольшой палисадник, где мама с папой всегда выращивали немного укропчика, помидорчиков, малины. Кстати, умудрялись делать это на красной глине. А сейчас я все это вспоминаю и с удовольствием занимаюсь садоводством и огородничеством.
— Ольга Алексеевна, о чем мечтаете, чего ждете от жизни?
— Знаете, как в песне: все, что можно пожелать, все давно уже сбылось. Мечтаю, чтобы мама прожила подольше, чтобы внучка выросла и встала на ноги, чтобы здоровье не подкачало, чтобы сестра всегда была рядом. А все остальное у меня есть.
Светлана Максимова