Российская Сибирь напоминает о полной изоляции и беспощадных зимах, — и тем необычнее видеть там рост национального самосознания, пишет Quartz. Она занимает 13 миллионов квадратных километров (это 77% площади России), но население у нее 40 миллионов человек, что делает эти земли одними из самых редконаселенных на Земле.
Впервые Россия вторглась в Сибирь в 16-17 веках, после того как Сибирский каганат – существенная часть империи монголов – превратился из централизованного политического образования в ассоциацию вассальных государств, которые не могли успешно противостоять европейцам. В последующие века сибирские крестьяне отвергали крепостное право, так что российский анархист 19 века Петр Кропоткин даже отмечал «чувство превосходства сибиряков перед русскими крестьянами».
С течением времени у жителей Сибири – в том числе и русских – развилось собственное чувство идентичности. По мнению автора Quartz, оно похоже на дух приграничья, свойственный американским пионерам. Но по-настоящему оно начало расти после публикации книги российского исследователя Николая Ядринцева «Сибирь как колония» — в ней ученый заявлял, что царская Россия эксплуатирует природные богатства Сибири через несправедливые меры по регулированию торговли и сбора прибыли. Так, до 1913 года сибирское зерно удорожалось на 30%, чтобы не составлять конкуренцию зерну из европейской части России на внутреннем и внешнем рынках, поясняет издание.
Напряженность между Москвой и Сибирью видна и в наши дни. В 2012 году, например, Томская область отослала в Москву 130 миллиардов рублей налогами, а обратно получила лишь 10,3 миллиарда; для удовлетворения своих нужд региону пришлось брать кредиты у коммерческих банков. Также с 2004 года Владимир Путин проводил реформы по централизации, которые дали правительству больше власти над выбором губернаторов, из-за чего чиновники превратились в «рупор федеральной политики» и стали вызывать враждебность против Москвы, описывает сайт.
Интересным автор находит и то, что «сибирское национальное движение» особенно сильно среди этнических русских региона, в то время как коренные народы скорее привязаны к своим городам и деревням. Согласно одному опросу, из 286,839 представителей титульной национальности Бурятии лишь 42 бурята назвали себя «сибиряками». Зато это ощущение присуще крупным городам и интеллектуальным центрам – Новосибирску, Томску, Омску и Иркутску. В октябре 2011 года в Новосибирске прошел крупный митинг под лозунгом «Хватит кормить Москву!» — там требовали перемен в схемах перераспределения налогов, чтобы Сибири доставалось больше прибыли от энергоносителей.
Инициатива не удалась, но событие это всерьез потрясло Москву, считает Quartz. В августе 2014 года власти запретили «Марш за федерализацию Сибири» в Новосибирске, арестовала ряд его организаторов и воспрепятствовала распространению информации в местных СМИ. Владимир Путин в процессе «подыграл распространенным среди российских националистов страхам об аннексии Сибири внешними силами»: «Значит, отхапать у Мексики Техас – это справедливо, а то, что мы на своей собственной земле делаем – это несправедливо?»
По мнению автора статьи, от разговоров о политических заговорах, внешних врагах и «пятой колонне» не очень много толку. «Если положение останется таким же и сибиряки будут чувствовать себя эксплуатируемыми центральными властями, то Российская Федерация, возможно, столкнется с серьезным политическим кризисом», — заключает Quartz.
Фото: Reuters
Could surging Siberian nationalism break up Russia?
The American travel writer and humorist, Ian Frazier, once remarked that “Siberia is so big, it’s almost more an idea than a place.” Indeed, the “idea” of Siberia is important, and since the publication of Frazier’s 2010 opus, Travels in Siberia, the region has seen an uptick in nationalism, which has significant implications for the Russian Federation.....
