"Образ Путина трансформируется от брутального мачо к отцу нации и даже патриарху"

Прошла пятнадцатая "Прямая линия" с президентом, которая продемонстрировала, как трансформировался образ Путина – сегодня он пытался показать себя ближе к народу, одним из всех, "таким же, как все". Неслучайно были заданы вопросы и про внуков – Путин, как уже успели сделать вывод эксперты, осваивает новую роль "патриарха" и "отца нации". Но никак не царя. В этой парадигме плохих бояр нет, разве что где-то в регионах. Федеральная власть неприкасаема, а вот если есть проблемы, то это губернаторы недорабатывают. Итоги общения Путина с народом в интервью Накануне.RU подвел политолог, руководитель "Политической экспертной группы" Константин Калачев.

Вопрос: Прошла "Прямая линия", хотелось бы услышать Ваше мнение – что для себя почерпнули, как Вам заданные вопросы, какие ответы особо можно отметить?

Константин Калачев: Отметить стоит то, что образ президента трансформируется – в этот раз было меньше "мачизма", брутальности, больше было взвешенности, спокойствия, уверенности. Но это понятно, собственно говоря, президент не молодеет, поэтому образ проходит трансформацию от "брутального мачо" к "отцу нации". Сегодня он уже выглядит, как "патриарх". Неслучайно в который раз прозвучал вопрос о его внуках.

Вопрос: Да, и еще он "свет всегда выключает дома", показывает, что знает, как простые люди живут. Имиджевый ребрендинг?

Константин Калачев: Да, Путин сознательно проводит линию собственной десакрализации, показывая, что он один из многих, такой же, как все. Но при этом он – человек, обладающий уникальными знаниями, опытом. На царя он был совсем не похож. Отвечая на вопрос Оливера Стоуна, он был похож на умудренного жизнью человека, который в принципе всем уже и все доказал, он обременен уникальными знаниями вообще и знаниями страны в первую очередь. Президент уделил большое внимание внешней политике, безусловно.

Но все же "Прямая линия" – это, прежде всего, народная повестка, а в народной повестке главная тема – уровень жизни граждан. Поэтому президент много внимания уделил вопросу о доходах населения, проблеме борьбы с бедностью, теме переселения из аварийного и ветхого жилья, не только реновации. В принципе, прошла такая "консервативная" "Прямая линия", без каких-либо сенсаций, головы сегодня не полетели.

Вопрос: Хотя складывается такое ощущение, что усиливается давление на губернаторов, прокурорские проверки теперь в Забайкалье и Ставрополье. С чем связано – с выборами? Негатив связывается в первую очередь с региональной властью?

Константин Калачев: Давление на них усиливается, но головы не полетели. Делать ставку на популизм Путин не готов. Поэтому даже ситуация с Иркутском, где респондент сказал, что губернатор прилетел на вертолете, не была принята. Хотя отдельным руководителям будет уделено особое внимание, и стоит мобилизоваться и в Ставропольском крае, и Самарской области, и поездка в Ижевск анонсирована.

Вопрос: Президент показал, что большого беспокойства по ситуации в экономике нет? Так ли это?

Константин Калачев: Да, ситуация улучшается, а все проблемы связаны с деятельностью региональных и местных властей, собственно говоря, на них стрелки и переводятся. Недорабатывают местные власти, региональные власти. Но в то же время никакой жесткости сегодня, обычной для Путина, продемонстрировано не было.

Вопрос: Президент удивился, что профильные больницы в регионах закрывают. Это ведь оптимизация медицины, федеральная программа, но как в регионах она реализуется – не всегда в курсе, видимо?

Константин Калачев: Ну, вероятно, так, несмотря на то, что программа федеральная. Что касается медицины, опять-таки, это все в русле того, что программа федеральная – хорошая, а если есть какие-то проблемы, то это вина руководителей на местах. Это такая стройная концепция: "федеральный власти стараются, работают, а региональные власти – недорабатывают".

Вопрос: Показалось, что главный фокус жесткости остается на международной политике?

Константин Калачев: Международная политика – увлечение президента, Владимир Владимирович увлечен внешней политикой, потому и говорил о ней с живым интересом. Особенно это было заметно по тому, что вся "Прямая линия" была не слишком эмоциональная в этом году. Эмоции оправданы тем, что многие вызовы и угрозы обусловлены недопониманием между Россией и Западом. Потому был разговор и об импортозамещении, и о развитии хозяйства, и о развитии производства огурцов и помидоров.

Вопрос: Проблемы протестов нет в повестке? Почему? Нет проблемы?

Константин Калачев: Ну, про оппозицию вопрос был – о том, что надо не спекулировать на проблемах, а предлагать решения. Но о протестах, действительно, речь не шла. На самом деле, просто [организаторы] решили не поднимать цитируемость Навального и не поднимать ажиотаж вокруг этих акций. Здесь умолчание – лучшая реакция.

Вопрос: Про Медведева – тоже ни слова. "Спасибо" Навальному? А вообще, какие-то выводы о перестановках и рейтинге руководителей высшего уровня можно сделать?

Константин Калачев: Допустим, Чемезов сегодня получил дополнительные баллы. Понятно, что некоторые губернаторы почувствовали себя не совсем уютно. Хотя тот же Воробьев, можно сказать, пошел вверх, потому что, когда речь шла о свалке в Балашихе, претензий к губернатору не было, то есть они не были озвучены прямо. Проблемы надо решать, но они не были персонифицированы. Собянин сохранил позиции, чего нельзя сказать про его окружение – было сказано, чтобы его окружение подтягивалось за ним, относилось бы к реновации так же, как сам Собянин. Недорабатывают они по информационной поддержке проекта, проваливают диалог с москвичами. Неуютно себя чувствует Меркушкин, Миклушевский. Но не сказать, что прямо тучи над кем-то сгустились. "Плюс" можно записать сегодня еще и Нибиуллиной, и Центробанку, потому что разговор о борьбе с инфляцией – это на самом деле ее тема.

Вопрос: Что касается выборов, до этого ничего не сообщалось, но после "Прямой линии" понятно, что на выборы Путин планирует идти сам. О преемнике не думает? Кого оставит Путин после себя – это, пожалуй, единственная "претензия" россиян именно к федеральной власти, судя по эфиру?

Константин Калачев: Некоторые комментаторы отметили, что он ушел от ответа, сказав, что российский народ должен выбирать преемника. Но с моей точки зрения, вопрос о его участии решен, просто он держит паузу. А если взял паузу – держи, сколько сможешь. Он показывает, что своим участием в выборах он не озабочен, а работает над текущими вопросами. Из "Прямой линии" также стало ясно, что никаких прорывов нас не ждет, перемены – враг стабильности. Все будет развиваться эволюционным путем, хотя заметно, что президент увлечен новыми темами, например, "цифровой экономикой".

Вопрос: Вы считаете, что это была малоэмоциональная "Прямая линия", она много потеряла от этого?

Константин Калачев: Конечно, "психотерапевтический эффект" "Прямых линий" снижается, невозможно 15 мероприятий провести на тех же эмоциях и подъеме. Но остается стабильность. Стабильность остается высшей ценностью и ответом на любые вызовы и на любые вопросы.