Он удивил даже Моуринью. Путь легенды "Ростова"
Теперь уже можно не бояться громких слов: 35-летний Калачёв, делающий голевую передачу в матче с «МЮ», — настоящая легенда «Ростова».
На российской карте появился город, где мужики исполняют даже самые удивительные футбольные мечты. Курбан Бердыев поднимает «Ростов» из борьбы за выживание в Лигу чемпионов, вратарь Никита Медведев спустя год после матчей за ижевский «Зенит» выходит против «Манчестер Юнайтед», Александр Бухаров забывает про покер и играет, будто на дворе 2009-й, а Тимофей Калачёв становится человеком, которого Жозе Моуринью персонально пробует закрыть. Хитрый португалец приставил Дейли Блинда, тот бегал за Калачёвым по пятам, не давал продохнуть, когда мяч уходил на фланг, а Калачёв всё равно нашёл способ доставить мяч в штрафную — ушёл в глубину и сделал свою традиционную подачу, только не в голову, как обычно, а в грудь Александру Бухарову.
Потом Блинд достал Калачёва, Тимофей взъелся — с годами такое случается реже, карточек стало меньше, но всё равно кровь порой закипает — послал куда подальше Жозе Моуринью, попросил «заткнуться и тренировать», Жозе в ответ попросил заткнуться и играть. После матча тренер подошёл к Калачёву, тепло обнял, будто не было обмена колкостями, извинился, принял извинения Тимофея и что-то шепнул на ухо. Отмотайте машину времени на два года назад и представьте, как Моуринью радуется отсутствию в составе соперника Тимофея Калачёва. Не очень получается, да?
Сейчас Калачёв — один из главных ветеранов нашего чемпионата, за 11 сезонов успевший исколесить Россию вдоль и поперёк, но лидер «Ростова» полюбил наши края, ещё когда Россия и Белоруссия были в составе одной страны. Каждые летние каникулы семья Калачёвых садилась в поезд до Ленинграда, где встретились его родители, оттуда — 700 километров до посёлка Хвойное, где жили бабушка с дедушкой. Там Тимофея ждала традиционная детская романтика — необъятные зелёные леса, рыбалка, походы за ягодами и грибами с дедом, охота с дядями, чьи дома были увешаны оленьими рогами, грядки с огурцами и картошкой, игра в футбол босиком.
А в Могилёве, где Калачёв проводил своё детство, вместо зелёной травы приходилось играть на резине — поле было уложено чёрными квадратами, которые летом воняли, а осенью покрывались лужами. «Не помню даже, чтобы в детстве когда-то тренировался на нормальном поле», — вспоминал Калачёв. В настоящую футбольную секцию он попал очень поздно — не то в 9, не то в 10 лет, — пошёл вместе с братом Димой за компанию, когда устал колотить по люстре и маминой вазе. Спустя годы они вместе вхолостую съездили на просмотр в лужниковское «Торпедо», а тогда они были худшими на тренировках в спорткомплексе «Химволокно», принадлежавшем заводу, где работал глава семейства.
Дмитрий Калачёв попал в большой футбол раньше брата — не удивительно, он на три года старше Тимофея, — уже в 16 лет чувствовал себя взрослым, покупал на свои деньги музыкальный центр, и младший тянулся к нему. Ещё в детстве они задирали друг друга, старший давал младшему подзатыльник, дать отпор не получалось, заканчивалось слезами. Спустя годы спорили на ящик шампанского, кто больше забьёт за сезон, и персонально играли друг против друга. Тот спор Тимофей выиграл — в первый взрослый сезон вышел со скамейки за «Вейно-Днепр» из второй белорусской лиги, забил раз, потом ещё, и так пять матчей кряду.
Калачёв наслаждался игрой против мужиков и не обращал внимания на смешные условия: зарплаты в клубе хватало лишь на карманные расходы, выпить коктейль или съесть мороженое, иногда деньги вовсе не выплачивали. «Когда клуб не мог выплатить деньги, предлагали взять натурой — огурцами, помидорами», — вспоминал Калачёв. На матчи ездили в обычном городском автобусе, держась за поручни. После такой школы попадание в основу могилёвского «Днепра» было перемещением в другую вселенную — на первой тренировке Калачёв смотрел на товарищей по команде как на кумиров детства.
В 2003-м Калачёв перешёл в солигорский «Шахтёр», в голове сразу просчитал, что после сезона уедет из чемпионата Белоруссии, и попал вместе с женой в съёмную квартиру за 50 долларов — двухэтажный полуразрушенный дом, старая мебель, побитая ванная. Условия снова жуткие, зато в Солигорске любили футбол, а Калачёв стал городской звездой. За сезон в «Шахтёре» Тимофей забил пять раз, встретился с персональной опекой брата, против которого приезжал играть в родной Могилёв, получил звание лучшего молодого игрока чемпионата Белоруссии, а следом за ним — контракт от другого «Шахтёра», донецкого. Всё было слишком просто: под левую руку положили бумагу и ручку, под вторую — мешок с наличными деньгами, который Калачёв еле-еле провёз через границу.
В донецком «Шахтёре» всё получилось наоборот — клуб предложил королевские условия, но заиграть в основе не удалось. Бернд Шустер, покупавший Калачёва в «Шахтёр», спокойно подпускал белоруса к составу, дозируя его игровое время, но спустя полгода в Донецке сменился тренер, Шустера сменил Мирча Луческу, и Калачёв, как и многие игроки, подписанные Шустером, стал не нужен — до смешного банальная история. «Я попал в ту категорию футболистов, которых попросили уйти. У меня даже не было шанса, чтобы меня увидел новый тренер. Не было никаких объяснений», — вспоминал Калачёв.
Сначала Калачёв укатил бороздить поле в «Ильичёвец», потом — в подмосковные «Химки» к Павлу Яковенко. На его тренировках все «умирали», особенно тяжело приходилось вратарям. На сборах тренер «Химок» назначал по четыре занятия в день, игроки поднимались в 7 утра, успевали выпить стакан сока и отправлялись на пляж бегать и прыгать через барьеры. После тренировок Яковенко накачивал всю команду таблетками для восстановления, капитан тех «Химок» Андрей Тихонов пытался выкинуть лекарства из рациона, но у Яковенко разговор был короткий: не нравится — выкину из клуба. «Только через пару месяцев начали обманывать, стали таблетки выбрасывать. Или закидывали в рот — и потом выплёвывали», — рассказывал Калачёв в интервью «Прессболу».
С «Химками», варившимися в первой лиге, Калачёв дошагал до финала Кубка России, но проиграл «золотому» ЦСКА, с «Ростовом» — стал участником одного из самых бездарных командных сезонов в истории Премьер-Лиги: первую победу ростовчане одержали в апреле над «Крыльями Советов», вторую — над «Амкаром» спустя 24 тура. Зато в Самаре, куда Калачёва звал Леонид Слуцкий, было весело. Калачёв дружил с чешскими звёздами «Крыльев» Иржи Ярошиком и Яном Коллером, гулял с ними по волжской набережной, шутил над Коллером и называл Динозавром. У чеха были эксклюзивные бутсы 52-го размера, и Калачёв влезал в них, даже надев свои бутсы. Коллер смешил Тимофея своей неуклюжестью — то уронит чайник, то придёт на тактическое занятие, не до конца побрив свою лысину. Калачёв бодро начал в «Крыльях», почти сразу порвал крестообразные связки, на поддержке семьи и Слуцкого выбрался и провёл мощный сезон-2009 — до Божовича и Бердыева это был лучший год в карьере полузащитника, которого перестали кидать с позиции на позицию и окончательно привязали к правой бровке.
«Кресты» было намного легче залечить, чем сломанный голеностоп. Когда в «Крыльях» кончились деньги, Тимофей Калачёв вернулся в «Ростов», играл против «Алании», в обычном стыке услышал хруст и понял, что всё пропало — стопа была повёрнута на 90 градусов, связки порваны. На операции в Мюнхене Калачёву в ногу вставили металлическую пластину, с которой белорус бегает и поныне. В том «Ростове» легко было поймать депрессию — раз в полгода менялись тренеры, приезжали непонятные пассажиры вроде Хонг Ёнг Чо, который везде ходил со своим северокорейским надзирателем, у команды не было амбиций, на стадион после череды неудач приезжало по 5 тысяч человек.
Впервые всё поменялось, когда Миодраг Божович позвал в «Ростов» Артёма Дзюбу. На тренировках Дзюба травил шутки, а во время матчей — замыкал умные подачи Тимофея Калачёва, которые Калачёв за годы натренировал: мягкие, точно в голову. «Голова Дзюбы — лучшее место, куда летел мяч после моих навесов», — шутил потом Калачёв. Он сделал 6 голевых передач, сам забил 6 мячей, а на финише сезона выиграл с «Ростовом» Кубок России. Серию пенальти Калачёв смотрел со скамейки запасных, хотел отвернуться и не смотреть, но сдерживал нервы.
А потом пришёл Курбан Бердыев.
В 2013-м Тимофей Калачёв откровенно признавался, что жалеет об отсутствии трофеев и наград. «Ростов» Бердыева не может утолить трофейную печаль Калачёва, однако работа с тренером, готовым сделать сильнее любого игрока, — уже награда. В своей системе 5−3−2 Бердыев передвинул Калачёва на позицию правого защитника, закрывающего всю бровку, и Калачёв бороздит её так, будто ему совсем не 35. «Раз я играю так в 35 лет, значит, смогу и в 36», — усмехается Тимофей. С Бердыевым в карьере белоруса появились главные успехи, которые нельзя потрогать, но о которых можно прочитать и восхититься: в своём возрасте Калачёв переучился для игры на незнакомой позиции, стал лучшим ассистентом Премьер-Лиги в качестве защитника, согласно продвинутой статистике попал в топ-2 ассистентов нашего чемпионата за последние годы (выше только Халк), научился управлять своим гневом, дебютировал в Лиге чемпионов, а важнейший матч для «Ростова» в плане познания самого себя — в Мадриде против «Атлетико» — играл на уколах.
Для Ростова-на-Дону Калачёв — уже легенда. Семья, все последние годы жившая в Минске, переехала к Тимофею на ростовскую съёмную квартиру. Его сын, Тимофей Тимофеич, начал учиться футболу в школе «Ростова», а потом — выходить на матчи Лиги чемпионов под руку с Гризманном и Рибери. Три года назад «Анжи» предлагал Калачёву контракт, по которому он, как сказал Александр Шикунов, стал бы «царём Белоруссии», но Тимофей отверг голые деньги из-за привязанности к «Ростову». Его главная миссия на остаток карьеры — побить рекорд Михаила Осинова по количеству матчей за «Ростов». Один рекорд, исключительно в чемпионате России, уже побит — в Премьер-Лиге Калачёв уже зашёл на третью сотню игр. Осталось догнать Осинова по количеству матчей за клуб в целом — на это Тимофею нужно всего 18 матчей.
Импульсивный, но здорово просчитывающий игру Тимофей Калачёв обречён стать тренером вслед за Дмитрием Кириченко. Давным-давно Калачёв получил высшее спортивное образование, но тогда он ещё не знал, что встреча с одним сильным тренером перевернёт всю его карьеру.
Весь «Ростов» — это команда мужиков, но Тимофей Калачёв — один из тех, кто заслужил такого резкого поворота карьеры сильнее всех. Заслужил своей пахотой до седьмого пота.