Популистская повестка отдана на откуп таким, как Грудинин

Западный популизм – это, в первую очередь, контригра против наступающей либеральной глобализации, диктатуры политкорректности и постгуманизма. В России популизм – по крайней мере, пока – решает совсем иные задачи.

Президентская кампания – 2018, не успев стартовать, уже принесла сюрпризы. В конце года минувшего, помимо появления на политической арене удивительной Ксюши «Против всех» Собчак, настоящей, а не иллюзорной неожиданностью стало выдвижение кандидатом от КПРФ беспартийного директора подмосковного совхоза Павла Грудинина.

Сравнить эту инновацию можно лишь с дерзким решением Первого канала не показывать 31 декабря «Иронию судьбы» и заменить неувядающую Аллу Борисовну П. модной украинской группой «Грибы».

Радостное возбуждение, охватившее значительную часть нашего общества в связи с появлением в рядах кандидатов в президенты миллионера левых взглядов, легко объяснить элементарной усталостью от бесконечного мелькания в политическом калейдоскопе одних и тех же несменяемых лиц. Сравнение с российской эстрадой, прочно оккупированной десятилетия назад одними и теми же певцами ртом, может быть, чересчур банально и даже примитивно, но по сути верно.

Однако вероятный – по крайней мере, на данный момент – рост популярности Грудинина в оставшиеся до выборов недели и возможный его выход во второй тур вместе с безусловным фаворитом выборов, действующим президентом В. В. Путиным, не могут быть результатом одной лишь психологической усталости.

Феномен Грудинина должен иметь гораздо более фундаментальную причину.

В далеком 1994 году первым – и на данный момент единственным – президентом Республики Беларусь стал директор совхоза «Городец» Александр Григорьевич Лукашенко. Человек, сочетавший в себе два мощных начала: цепкую хватку крепкого хозяйственника и понятный широким народным массам простой крестьянский здравый смысл. Эти качества позволили ему не только победить, но и удерживать власть на протяжении почти четверти века.

О чем говорит нам пример А. Г. Лукашенко? О том, что харизматичный председатель совхоза или директор завода, нащупавший верную интонацию в общении с народом, имеет хорошие шансы быть этим народом избранным. И не просто хорошие шансы, а гораздо больше шансов, чем профессиональный политик, поднаторевший в бюрократических интригах аппаратчик, гламурная звезда великосветских тусовок, богач-банкир или миллиардер-бизнесмен из списка «Форбс».

Является ли это правило всеобщим? Как бы не так!