Высокая литература и низкая ложь. Колонка Олега Денежки
Самая главная новость последних двух недель: пришла весна. Март, время тающего снега, орущих котов, прилетевший грачей и каркающих ворон. Но их жалкий писк теряется на фоне потрясающих историй. Если не сказать ох… Нет, лучше не говорить. Дочери офицеров снова в деле и радуют нас. Они столь мелодраматичны и полны слез, соплей и трогательных всхлипываний, что ими запросто можно лечить насморк и даже гайморит.
На этот раз «дочь офицера» даже обзавелась реальным именем, реальной биографией и вообще, как ни удивительно, это реальный человек. Ну как человек? Нацист добровольческого батальона «Донбасс» 36-летняя жительница Павлограда, герой «Иловайского котла», где была ранена осколком в голову, что многое объясняет, Людмила Калинина.
И вот перед нами ее сочинение, которое всю последнюю неделю заставляет биться чаще любое патриотическое сердце на Украине. Боец-палач не лишена тяги к высокому слогу. Начинает она поэтично.
«Утро началось…» — пишет Калинина.
Это поэма. Сразу вспоминается бессмертное — смеркалось. По какой-то неизъяснимой причине украинские патриоты решили, что чем поэтичнее, тем достовернее. Что ж, посмотрим. Хотя с самим утверждением не поспоришь. Утро начиналось. Такое бывает практически каждый день.
«Я люблю вставать рано. Когда на востоке только лишь светает. И в самый сильный мороз, и в ливень все же выхожу на улицу, хоть на пару минут. А сейчас тем более, весна», — пишет Людмила.
Дело происходит в поселке Бахмут Донецкой области. Хотелось бы спросить Людмилу: а не хотелось бы ей выходить на улицу на пару минут утром у себя в Павлограде, Днепропетровской области и не стрелять на восток, там, где только лишь светает? Потому, что благодаря ей, жителям ДНР очень трудно выходить на пару минут на улицу во время артиллерийского обстрела.
«Смотрю, к часовому подошла пожилая женщина, постояла и немного дальше отошла. А затем перекрестила здание, где расположены казармы и поклонилась. Конечно, я подошла к ней:
— Спасибо Вам, здесь это в редкость, — сказала я этой женщине. А в ответ услышала:
— Я с Горловки. Вот приехала в Бахмут, скупиться… Деточки, как же мы вас там ждем, родные! Очень ждем и низкий поклон вам. Берегите себя, мы молимся за вас. Там, в том дурдоме. Сегодня снова обратно туда… Нескоро приеду, денег не хватает. А сюда как выезжаю…. Надышаться не могу Украиной!
Обняв меня, она села в маршрутку и уехала… В оккупированную Горловку. Береги Вас Бог, женщина с Горловки, и низкий Вам поклон за веру и надежду», — теряя скупую слезу патриотического умиления, завершила героическая девушка.
Ах, как хорошо право! Какой слог! Ждут, ждут вас там, Людмила! Каждую минуту, вздрагивая от дальней канонады и слушая шелест снарядов, пролетающих над головой. Кутаясь в платки, ежась, чтобы штукатурка, осыпающаяся с каждым залпом с потолка подвала, не падала за шиворот. Вздрагивая при каждом взрыве, про себя прикидывая, как далеко упал снаряд или мина. Ах, как они вас ждут!
Вообще-то, это не первый литературный опус Калининой. Правда, начинала она устным творчеством, в режиме акына. Вот выдержка из интервью, которое выписавшаяся в Киеве раненая Людмила дала в октябре 2014 года. Девушка рассказывает, как она выходила из Иловайского котла.
«Идущую впереди машину разорвало на куски, к нам на капот стали падать отдельные части тел. Вскоре наш автомобиль также был подбит, двигаться стало невозможно. Выскочили, забежали в ближайшую хату. А там — несколько молодых российских солдатиков. Глаза испуганные. Говорят: «Мы российские миротворцы! Не убивайте нас, пожалуйста!» Бандеровцев боялись… Мы закрыли их в подвале. В общем, двум колоннам, идущим впереди и после нас, удалось проскочить, а мы остались в селе. Целый день отстреливались, удалось даже подбить четыре танка», — поражает воображение слушателей неистовая Людмила, гроза танков и российских миротворцев.
Голливуд. Чистый незамутненный Голливуд. Талант гниет на задворках АТО. В ее фантазии самая сильная армия Вселенной давно уже победила. Фильм «День Независимости» — да это же жалкая поделка аниматоров из турецкого отеля. Вот тут другое дело. Масштаб, мощь, разбег! Проиграть — так миллион, полюбить — так королеву! Танки — только десятками. Один танк подбить — мелко, недостойно патриота.
Но подождите…. Переднюю машину разорвало. Уж не знаю, что в нее должно было попасть что бы, прости господи, куски мяса на капот падали, это не моя фантазия, но, по-моему, девушка пишет о том, чего ни разу в жизни не видела. И вот они, раненые, из подбитой машины, уходя от минометного обстрела, забегают в хату… Это чем же они танки подбивали!? Из рогаток, что ли?
А где они взяли боеприпасов на целый день боя?! Напомню: скорострельность автомата и пулемета около 600 выстрелов в минуту. Сколько можно с собой вынести боекомплекта из подбитой машины, находясь под минометным обстрелом?! Ну, на пару часов боя. Максимум.
И, кстати, просто для справки: Людмила в батальоне была поваром и медсестрой. А машина, которую вела Людмила, перевозила продукты. Это была машина полевой кухни. И становится ясно, как бравые повара подбили четыре танка. Черпаками забили, тарелками забросали, сырой картохой стволы позаконопатили.
Далее супермены бросились в ближайшую хату. То есть находящуюся непосредственно в зоне обстрела. Что там делали российские солдаты?! Проверяли насколько эффективно можно получить миной по балде!? Своей, заметьте, миной.
Но этого мало, абсурд крепчает. Я бы даже сказал — индевеет. Суровые «российские танкисты» берут храбрецов в подлый плен.
«Потом четырех женщин-бойцов погрузили в танк. Российский офицер заявил, что в плен их брать не будут. Мол, возвращайтесь домой, воспитывайте детей», — рассказывает Людмила.
Ну, в благородство офицера ополчения я, положим, верю, но вы были когда-нибудь в танке? Поскольку я танкист — я был. Четыре женщины погрузили в танк?! Да там экипаж не помещается! Да и зачем в танк-то грузить? А вот к фразе — воспитывайте детей — стоит присмотреться.
Людмила — мать-одиночка. Она одна, без мужа, воспитывает двух не очень-то взрослых, а скажем сразу, даже не подростков, а детей. И вот, взрослая женщина бросает своих детей на попечение старенькой матери и идет воевать в АТО. Это что надо в голове иметь? Это как надо себя заморочить? Что это вообще такое?
Но продолжим. Далее следует интереснейший пассаж, от мамы Людмилы, Раисы Николаевны. На вопрос, а как же вы, мол, дочь на войну отпустили, та ответила, сама, наверное, не понимая, в чем она призналась.
«Да разве она спрашивала? Сказала: «Мама, я не могу допустить, чтобы над нашим домом в Павлограде повесили российский флаг, а ты с детьми спасалась от обстрелов в подвале», — поведала Раиса Николаевна, мама непутевой дочери и несчастных внуков.
Стоп! Это что же выходит? Если над Павлоградом будет российский флаг, точнее он окажется в составе ДНР, то от обстрелов придется прятаться в подвалах? Это кто же по ним стрелять-то будет?! А если нет — то нет?! Кто же кого обстреливает?! Кто же вынужден по подвалам прятаться?
Есть у меня предположение. Где-то на окраинах Киева, в шахте недостроенного метро, на заброшенной станции, есть массивная металлическая дверь с ригельным запором и громадным штурвалом. Такие стоят в военных бункерах и бомбоубежищах. Так вот там, за этой тяжелой, бронированной, герметичной дверью находится сверхсекретная школа дочерей офицеров. Выпуск идет беспрерывно. Каждый день.
В кабинете начальника школы висит большой портрет Йозефа Геббельса.
Он улыбается.
Олег Денежка