Москвич обещал к 1 сентября восстановить разрушенную ВСУ школу в Горловке
Горловская школа № 52, расположенная в микрорайоне Солнечный, неоднократно подвергалась артиллерийским обстрелам со стороны украинской армии. «Ридус» писал о жесточайших разрушениях, которым подвергся храм науки.
Наибольший урон зданию был причинен в феврале 2015 года, когда в результате очередной атаки были повреждены несущие конструкции и серьезно повреждена кровля. Вскоре в полную негодность пришла система отопления. Учебное заведение, в котором еще недавно кипела жизнь, разрабатывались образовательные программы, слышался звонкий детский смех, словно превратилось в полигон, в котором военные могли бы отрабатывать свои умения.
Местных жителей, в числе которых и директор школы с 1994 года Сергей Гординеко, начали обуревать сомнения, будет ли вообще восстановлена школа, всегда считавшаяся одной из лучших в городе.
https://www.youtube.com/watch?v=pRMIeOzmNk0
Все изменилось, когда московский предприниматель Николай Ханин, договорившись с местной администрацией, принялся за работу по реконструкции школы. Поначалу родители детей, некогда обучавшихся в 52-й школе, не смогли поверить, что некоему деятелю из России может быть интересно восстанавливать за собственные средства их школу, и поэтому к инициативе Ханина отнеслись со здравым скептицизмом. Однако, когда удалось согласовать все вопросы, выработать план и приступить к реальным действиям, опаска местных жителей пропала и они стали предлагать свою помощь. Ханин вспоминает, что даже пожилой директор Гординеко рвался на стройплощадку, чтобы внести в восстановление школы свой вклад.
Корреспондент «Ридуса» узнал подробности благотоварителя, расспросил, какие сложности пришлось решить, чтобы приступить к делу, а главное, что движет общественниками из России, решившимися на собранные или даже собственные средства оказывать помощь в восстановлении Донбасса.
Николай Ханин.
Хотелось бы услышать от Вас небольшой рассказ о том, как все же все началось. Когда вы поняли, что хотите поехать на Донбасс, что должны там что-то сделать? Что-то конкретное повлияло на это решение? Может быть какие-то конкретные новости?
— Если на вас влияет какой-то один факт, то это сиюминутный порыв, увлеченность. Но если осознание того, что где-то людям плохо, системно, то и решение это основывается и вызревает также системно. Нельзя сказать, что было что-то конкретное плохо, и поэтому решил помочь. Ты просто смотришь изо дня в день и понимаешь, что какая-то часть помощи не доходит. Поэтому я принял решение, что поеду сам. Сам посмотрю и лично помогу. То есть не буду кого-то просить: «Ты съезди, посмотри, что там»…
Когда стали освещаться военные события, происходящие на Донбассе, я понял, что нельзя оставаться в стороне от происходящего, нужно как-то помочь людям, попавшим в беду. Тогда и было принято решение помочь самым социально незащищённым слоям населения — детям. Чуть позже для оказания помощи была выбрана школа в Горловке. Критерии, по которым она выбиралась, можно назвать не объективными, а субъективными. Потому что выбор был воспроизведен лично мной. Эта школа является флагманом и оплотом того, что происходит в городе. Всегда проводила обучение на русском языке. Школа ставила во главу своего воспитания любовь к Родине и ее корням…
Как окружение отнеслось к этому решению? Поддерживало?
— Во-первых, я никого не звал за собой, то есть это было моим личным решением. Мнение остальных мне интересно услышать, но я двигаюсь своим путем. Поэтому, кто имеет такую же позицию как у меня, те поддержали. Я справлюсь сам, а те, кто хочет и может мне помочь, и так помогут. Как показали публикации в интернете, были и те люди, которые негативно отнеслись и написали об этом в социальных сетях…
Разрушенное здание школы №52 в Горловке.
Что запомнилось от первой поездки в Донбасс, в Горловку конкретно?
— СМИ достаточно широко освещают все, что происходит на территориях, где ведутся боевые действия. Думаю, что пересказывать смысла нет. Разрушения, город, который, по рассказам местных жителей, был наполнен жизнью, сейчас опустел. Большая часть людей покинули свои места. А те, кто не может уехать по тем или иным причинам, остались. Но возвращаясь к теме школы и духу. Вот она не опускает флаг…
И те, кто остался, не теряют надежды, живут своей жизнью. Да, сложно. Ночуют в бомбоубежищах, подвалах. Но несмотря ни на что, днем люди гуляют. Видно, что люди удручены, но силы духа не теряют, надеются, что все будет хорошо. И как и в каждом из нас, надежда, что будущее будет светлым и хорошим, живет, несмотря на то, что люди находятся в военной зоне.
Что Вы на месте узнали о школе, которую взялись восстановить?
— Для полного понимания — во всех школах преподают русский язык. Но именно в этой школе русский язык был основным. Мне о ней рассказали в администрации города, а ее героический статус оказался решающим фактором при выборе объекта для оказания помощи.
Какие-то еще объекты в Горловке рассматривались?
— Так весь город в разрушенном состоянии. В 600 метрах находится еще одна школа, не менее удручающего вида. Тоже требуется помощь, и я бы с удовольствием помог всем, но, к сожалению, делаю лишь то что могу…
С местными властями, как осуществлялись переговоры?
— Мы взаимодействуем с департаментом образования города Горловка, и он делает все, что в его силах. Они болеют за свой город. Я на этой территории неместный, поэтому не знаю всех нюансов, не знаю, кто может чем-то помочь. Да и банально, как проще в ту или иную точку города попасть.
Сейчас, что уже сделано?
— Мы можем адекватно оценивать ситуацию. Провели совместно с управлением капитального строительства города, совместно с архитектурным надзором и подрядчиком, которого я выбрал самостоятельно, совещание и наметили план по восстановлению. Школа была одним из ведущих учебных заведений в городе. Естественно ее директор воспринял это с благодарностью. «Меня привлекайте. Тоже строить буду», — говорил он. Все идут на встречу. Все понимают, что это не в кафе пойти поболтать о каких-то вещах, а социально ответственный проект.
Сейчас уже производен демонтаж мягкого покрытия, произведен расчет повреждений. Я не очень разбираюсь в строительной терминологии, но кажется, это называется дефектовочный акт. На его основании будут проводится все работы. Мы видим все сметы, рассматриваем и контролируем. Ну, и строят те ребята, чьи дети там учились и будут учиться. Поэтому баловства, которое изобилуют при строительстве каких-то других объектов, нет. Все работают на совесть. Мы взяли на себя обязательство закончить работы к 1 сентября, чтобы в этот праздник дети сели за парты.
Реконструкцией школы в Горловке благотворительная миссия ограничится?
— Я и мои единомышленники, мы будем оказывать любую посильную помощь, если она потребуется, и если будет возможность. Будет ли это Горловка или Сирия — не важно. Тем более для того, чтобы оказать помощь при ремонте горловской школы был создан Фонд пострадавшим от вооруженных конфликтов. Дело в том, что сейчас на территории ДНР и ЛНР невозможно перевезти никакие грузостроительные материалы, если ты не являешься общественной организацией. Для этого, собственно, и был создан фонд, который в свою очередь и заключил с департаментом образования города договор о сотрудничестве. Ну, а теперь, что ж добру, то есть, фонду пропадать. Поэтому перечень будущих благотворительных мероприятий может быть достаточно широк.