Диктатура мерзавчиков
Белорусское государство изучает содержимое шкафов и сервантов своих граждан
Раньше белорусы внимательно изучали Уголовный кодекс, но не обращали внимания на Административный: ясно было, что никаких сюрпризов в нем быть не может. Выпил пива на улице, выругался матом там же или вышел, к примеру, на несанкционированный пикет — сел на 15 суток. Но на прошлой неделе оказалось, что государство с помощью Административного кодекса и некоторых нормативных актов определяет не только нормы поведения на улице, но и содержимое их шкафов и сервантов.
Настоящей сенсацией стало известие о том, что житель Гомеля хранил у себя дома коллекцию из 200 бутылок дорогих алкогольных напитков. И не знал, что Административный кодекс Республики Беларусь разрешает хранение лишь пяти литров алкоголя, купленного за границей, то есть без белорусских акцизных марок, и 15 литров купленного в Беларуси спиртного. И ни мерзавчиком больше.
У бедолаги конфисковали 178 бутылок виски, рома, коньяков и вин, да еще и оштрафовали, чтобы закрепить в памяти: есть в доме алкоголь — пей. Не выпьешь, вообразив себя коллекционером, — штраф до 18 миллионов белорусских рублей (приблизительно 1300 долларов) и конфискация излишков.
Теперь налоговики охотно разъясняют гражданам, что иметь дома выпивку и не употреблять ее — правонарушение. Рассказывают, что дежурят вместе с ГАИ возле пограничных пунктов пропуска, останавливая машины и проверяя багаж: вдруг лишняя бутылочка найдется? Потому что не только хранить дома, но и перевозить в собственном автомобиле алкоголь сверх нормы запрещено.
Да и то немногое, что можно ввозить из других стран, белорусские власти разрешают в зависимости от частоты пересечений границы. И это касается не только спиртного. Те, кто пересекает границу на машине раз в неделю или чаще, не могут ввозить на родину больше пяти килограммов продуктов и одного литра алкоголя. А велосипедистам и пешим туристам и вовсе дозволено иметь в рюкзаке лишь классическую поллитровку. Так государство бережет своих и чужих граждан. А если человек, к примеру, вообще дважды в сутки пересекает границу, ему нельзя везти с собой вообще ничего. Учитывая, что расстояние от Минска до Вильнюса — 170 километров и многие белорусы ездят в Литву на день — и погулять, и за покупками (в Литве дешевле все, включая продукты), — государство просто лишает их этой возможности. Оно и понятно: государственный лозунг «купляйце беларускае» пуст, как труба, и граждане предпочитают покупать более качественные и дешевые продукты в соседней стране. Значит, чтобы белорус шел в ближайший гастроном, а не ехал в литовский супермаркет, ему просто нужно запретить ввозить продукты из того супермаркета.
И это касается не только еды и напитков. Одежда, бытовая техника, автомобили и даже автомобильные покрышки — все регламентирует власть. Потому что белорусы, экономя деньги и всерьез относясь к проблемам цены и качества, предпочитают возить из-за границы не только продукты и выпивку, но и все остальное.
И поэтому белорусам запрещено чаще одного раза в месяц ввозить в страну больше трех наименований одежды, стройматериалов, бытовой химии, автозапчастей, в том числе «бэушных». А вот бытовую технику и электронику можно ввозить только раз в три года, и то лишь один предмет. Автомобильные шины — раз в два года. Правда, целый комплект.
Общая стоимость ввозимых из-за границы товаров для личного пользования не должна превышать 1500 евро. Так что любительницы дорогих сумочек и платьев официально не могут купить свой «Луи Виттон» в Милане и ввезти в родную страну. Ввозят, конечно, но — уже нелегально.
Да и все остальное тоже ввозят. Например, вместо 350 километров на машине туда-обратно (Минск—Вильнюс—Минск) проезжают 1000 километров: дают кругаля из Вильнюса через Латвию и Россию. Мотаются на шопинг через Москву. Если государство давит на кошелек гражданина, не давая ему возможности покупать дешевле, — гражданин всегда найдет возможность обдурить это государство.
В этом году власть решила, что нужно взять под контроль еще и личные финансовые отношения белорусов. Отныне гражданин республики обязан уплачивать налог с суммы, взятой в долг.
Эти деньги теперь считаются доходом. Занял у соседа червонец до зарплаты — иди отчитываться в налоговую инспекцию и заплати подоходный налог с червонца. Если не вернешь вовремя, сосед может позвонить в налоговую — и тогда плюс к налогу уплатишь штраф за сокрытие дохода. Если же речь идет не о трешке, червонце или сотне, а о крупной сумме, сработает не Административный, а Уголовный кодекс.
С налоговиками придется разбираться и белорусу, который продает личный автомобиль чаще одного раза в год. То есть раз в год — официально разрешено. Но если белорус продал старое авто, купил другое, но разочаровался и решил продать, он должен доказать в налоговой инспекции, что купленная машина оказалась никудышной, и лучше ее продать. Это притом что все документы у белоруса в порядке, сведения о доходах и уплаченных налогах находятся в налоговой инспекции, как и о декларируемых покупках, и по всем бумагам выходит, что мог он и купить, и продать. Но — не положено.
Я не буду сейчас говорить об обязательном распределении студентов. О рабской контрактной системе, дозволяющей принимать человека на работу лишь на год, а затем — продлевать или не продлевать контракт в зависимости, например, от его политических взглядов. О сохранившихся в Белоруссии с советских времен ЛТП, куда попасть на самом деле легче, чем многие думают: достаточно двух административных протоколов о распитии спиртных напитков или правонарушении в нетрезвом виде. Не буду напоминать о необходимости согласовывать в райисполкоме замену ламината на паркет в собственной квартире, о политзаключенных и фальсификации выборов, об убитых оппозиционерах и журналистах. Это и так всем известно.
Но диктатура — это не только убийства и аресты. Белорусская диктатура мелочна и жадна. Она не может смириться с тем, что белорус может купить за границей дорогой костюм, и не разрешает ввозить товары дороже полутора тысяч евро суммарно. Она хочет знать, сколько Иванов перехватил у Петрова до зарплаты. Она не понимает, как можно хранить дома выпивку и не выпивать, и потому ограничивает количество бутылок, которое можно хранить в собственной квартире. Она лезет не только в карманы, но и в шкафы, холодильники, серванты, чтобы знать все: сколько у белоруса штанов, водки и автомобильных покрышек. И не только знать, но и решать, сколько ему можно водки и штанов. Она хочет, чтобы белорус был благодарен за право выпить и закусить и понимал: это право ему никто не гарантирует, его снисходительно дарует высшая власть, если будет в хорошем настроении. С ограничениями, правда, — так ведь это еще слаще.
Зато в Белоруссии финансирование террористической деятельности является всего лишь административным правонарушением. И статья «финансирование террористической деятельности» соседствует в том кодексе со статьей о хранении импортных алкогольных напитков. Так вот, за финансирование даже арест не предусмотрен — только штраф. Штраф, правда, немаленький: если в долларах, то от шести до двенадцати тысяч. Но ведь и серьезные парни, которые финансируют террористов, — люди не бедные и способны откупиться. И интересы у белорусской власти другие — следить, как бы кто лишнюю бутылку не припрятал.
Ирина Халип
Соб. корр. по Белоруссии "Новая газета"