Историк Лев Лурье о грядущем переезде СПбГУ в Гатчину

СПбГУ готовится к переселению в Гатчину. Историк Лев Лурье объясняет, в чем смысл этого неординарного решения, а также вспоминает, куда еще университет собирался переезжать. Санкт–Петербургский университет решил переселиться то ли в Дони, то ли в Верево, то ли в город–спутник Южный. В чем смысл этого неординарного решения? Преимущества очевидны. Биолог будет ближе к лужским чащам и сиверским перелескам, историк почувствует по–настоящему дух императорских пригородов, физику важен синхрофазотрон в Гатчине. Скромная сельская идиллия, кампус среди озер и речек рифмуется со знаменитыми американскими университетами. Никаких чадных искусов мегаполиса — ни пьяной Думской, ни разгульной улицы Рубинштейна, ни баров Жуковского и Некрасова. Подзолы, купола церквей, свежий воздух, учебные корпуса, общежития, библиотека. Иногда заедет театр Бориса Эйфмана — станцует балет, прочтет что–нибудь Пореченков. Покажет своих тигров Запашный. Надо в Публичку, в Эрмитаж — пожалуйста, просим на аэроэкспресс. Главное, учил нас Иосиф Бродский, — величие замысла. Кампус, по предварительным наметкам, обойдется в 50 млрд рублей: построить в чистом поле 1 млн м2 недвижимости, подвести инженерные сети, дороги, соорудить стадион, дворец спорта, книгохранилище, дворец культуры, оранжереи, лабораторные корпуса. Переезд займет лет десять. За это время необходимо продать принадлежащие СПбГУ 414 объектов недвижимости, разбросанные от стрелки Васильевского острова до Михайловки и Старого Петергофа, от Галерной до Смольного. Предыдущий "кочевник" ректор Александр Даниилович Александров оставил свой замысел перенести кампус в Петергоф на полпути. В результате часть факультетов отделена от основного нуклеуса десятками километров. А способные к математике и физике абитуриенты вместо того, чтобы париться в электричке, поступают в ИТМО, Политех или уж в МГУ и МФТИ. Идея обратной рокировки — собирания факультетов на едином пространстве — давно витала в воздухе. И дважды была близка к осуществлению. Первым вариантом было размещение университета на Ново–Адмиралтейском острове. Завод должен был переселиться в Кронштадт. Через Неву собирались перекинуть новый мост. Но креативная Матвиенко отбыла в Москву, Адмиралтейский завод воспрял, ввиду новой геополитической парадигмы и планам такого переезда сбыться было не суждено. Но есть и другой вариант собирания университета в одном квартале. С 2011 года на балансе вуза находится гигантский комплекс Академии тыла и транспорта. За полмиллиарда выполнен проект его приспособления под университетские нужды. Впрочем, работы не ведутся. А еще университетской стала клиника Отто. Чем не помещения для естественных факультетов, экономического, школы менеджмента, находящихся вдали от Двенадцати коллегий? Но денег нет. Так откуда возьмутся 50 млрд (злосчастный стадион, в прошлом известный как "Зенит–арена", обойдется, возможно, даже дешевле)? Напрашиваются два объяснения. Первое, очевидное: под любым предлогом выбить средства из бюджета и "освоить" их по–крупному. Почему не потратить на Alma Mater президента и премьера по–настоящему колоссальные деньги! А уж то, что предыдущие такие стройки заканчивались печально, — никого не останавливает. Олимпиада в Сочи, выигранная путем манипуляций с мочой спортсменов, стадион на Крестовском острове, скоростная автодорога Москва — Петербург, вторая сцена Мариинского театра, реконструкция Летнего сада — примеры бездарно профуканных миллиардов. Это страной — профуканных, но не выгодоприобретателями. На преобразовании правильные люди вполне способны отстроить себе отличные особняки в Челси или апартаменты в Майями. Еще одна возможная причина — операция прикрытия, такая модная в наше время. Университет пребывает в упадке. Как учитель городской школы могу засвидетельствовать — процент лучших выпускников, выбирающих СПбГУ, неуклонно снижается. Про естественные специальности уже говорил, гуманитарии выбирают бакалавриат "Вышки" или Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ. А в магистратуру многие поступают еще и в Европейский университет. В СПбГУ установлен полицейский режим, самоуправление давно уничтожено. Между администраторами из ректората и преподавателями огромный, неслыханный разрыв в доходах. Мало профессоров — "звезд" не только мирового и российского, но и городского масштаба. Репутация в Петербурге дорогого стоит, а с ней все хуже и хуже. Остается переехать южнее Пулковских высот. Другого пути превратиться в русский Гарвард на горизонте не видно.