"Дерзай, дщерь" - женский взгляд на веру

Сколько бы ни пытались новомодные идеологи отправить в музей понятие пола, очевидным остается одно: мужчины и женщины никогда не перестанут быть разными. Мы неодинаково выглядим, ходим, мыслим и даже, пожалуй, выражаем свою веру немножко по-другому, чем представители противоположного пола. Именно об этом написана замечательная книга игуменьи N. (матери Феофилы) "Дерзай, дщерь".

Святой апостол Павел, в свое время шокировавший общественность богодухновенным заявлением: "Во Христе Иисусе нет ни мужского пола, ни женского" (Гал. 3:28), тем не менее, многое сказал о мужском и женском типе религиозности. Мужчина как Христос, женщина как Церковь — это гармония, на которой построена христианская семья и христианское общество. Здесь не стоит искать лидеров и лузеров, чем пестрят опусы современных "богинь феминизма", не надо драться за пьедестал, возможно, и не существующий. Просто необходимо осознать одну простую вещь — у каждого свой путь, а итогом у всех должна стать одна-единственная вещь: спасение души и тела.

Строками об этом и начинается книга матери N.:

— Всякий замечал абсолютное большинство женщин в наших храмах. Однако сопоставляя по календарю число святых обоего пола, обнаруживаем соотношение примерно 1:8 — мужчин в восемь раз больше! Не объясняется ли этот вопиющий факт, в частности, тем, что, получая от Бога величайший из даров, веру, мы затем сбиваемся с правильного пути, не давая себе труда осознать одну нехитрую вещь: женский образ бытия существенно отличается от мужского, и, следовательно, наш путь к спасению также в чем-то иной и чреват свойственными только нашему полу ошибками и грехами.

Говорить, что женщина в христианстве греховнее или, того хуже, ущербнее мужчины, означает как минимум не замечать двух принципиальных вещей. Во-первых, того, что после грехопадения, случившегося по легковерности и соблазну Евы, именно ей в первую очередь адресовано спасительное Божие обетование: "Семя жены сотрет главу змия", записанное боговидцем Моисеем в третью главу Книги Бытия. И самый совершенный Человек, явившийся когда-либо на Земле (не Богочеловек Христос, а именно человек) — это Женщина, Пресвятая Богородица и Приснодева Мария.

Итак, вопрос состоит не в том, хуже женщины мужчин или нет (для Бога, у Которого нет лицеприятия, даже вопрос так не стоит). Важнее понять другое, а именно: почему современные христианки чаще напоминают праматерь Еву, причем как раз в момент ее падения, а не смиренную отроковицу Мариам, почтенную честью стать Матерью Мессии? Почему раньше язычники восклицали: "Что за женщины у христиан!", а теперь это звучит все реже и реже?

Дело все в том, что женщины призваны быть хранительницами не только очага (его некоторые умники упорно сводят к половникам и кастрюлям), но и веры в душах наших близких. Если мужчина — глава Церкви, то настоящая подвижница — ее сердце и душа. И в этом с автором православного бестселлера "Дерзай, дщерь", написанного на удивление простым, понятным и душевным языком, тоже не поспоришь: "… мироносицы никак не похожи на бесстрашных героинь, рискующих жизнью за передовые убеждения; факты говорили им то же, что и апостолам: совершилось самое страшное, Учитель умер на Кресте, стало быть, все кончено. Но сердце повелевало приготовить ароматы и еще чем можно послужить Ему, хоть и мертвому — причем тут факты".

Разумеется, сберечь веру, Церковь, семью можно лишь в том случае, если сперва сохранишь саму себя. А вот с самосохранением гораздо сложнее, особенно если мир потребительства, наслаждений и красивой рекламы над скромностью и преданностью откровенно хохочет. Но, тем не менее, Господь расставляет все на свои места. То, что мудро для мира, глупо для Него (1Кор.1:20; 1Кор.3:19). Об этом игуменья N. пишет с явной горечью: "Знали бы нынешние дипломированные суперделовые дамы, во всем сравнявшиеся с мужиками: чуть не наголо стриженные, в брюках, с сигаретой в зубах, хлещущие водку, не брезгающие матерщиной, публично козыряющие половой распущенностью, чье вызывают они ликование!". Женщина, работающая на сатану и живущая по понятиям мира страстей, — вроде куклы колдуна из одноименной песни "Короля и Шута". Только вот охотников спасать ее от множества психологических зависимостей и прочих побочных эффектов красивой жизни едва ли даже один найдется…

А вот в вере тонкая женская душа может обрести настоящее счастье. Хотя бы потому, что она живет сердцем, а не разумом — это может проявляться в большей или меньшей степени, но в целом это именно так. В книге "Дерзай, дщерь" описана довольно интересная история воцерковления аристократки позапрошлого века:

— Сидели за столом умники, интеллигенты, диссиденты, как всегда, спорили о судьбах русского народа, задели и религию, и один ляпнул, что, Христос, мол, не пример по части мужества: просил пощады и плакал в Гефсиманском саду. Не знаю, что со мной сделалось, — разрыдалась, встала и ушла, а на другой день крестилась.

Как раз сострадание, о котором порой и не задумывались продвинутые мыслители, побудило женщину сделать правильный выбор.

Не зря герой произведения Н. Рышковского "Шествие разрушителя" (1909), бес Люцифер, утверждает, что победа над женщиной — выдающийся, небывалый в его культурных приобретениях вызов Предвечному. Правда, вызов — это еще не военный триумф, он вполне может закончиться и поражением. Все зависит от самих женщин и сильного пола, призванного Господом через апостола хранить их. "Есть одна самая неприступная крепость: женщина-дева и женщина-мать; если не возьмете, не покорите этой твердыни — все напрасно", — опасается лукавый в "Шествии разрушителя". И для нас же будет лучше, если его опасения сбудутся.

Замечательно звучат слова матушки N.:

— Дерзай, дщерь! — сказал Сам Господь, никогда не усомнившийся в великой духовной силе и способности женщины исполнить Его призвание; ведь одну земную Женщину Он знал близко. Любовь к Богу вознесла Ее выше ангелов, облекла несравненной славой и соделала грозой демонов. Последуем примеру нашей Ходатаицы и Заступницы в усердном исполнении Божиего намерения о нас, в радостной верности, в молитвенном предстоянии за грешный мир, в сострадании людям. Будем стремиться к Ее смирению, слагая в сердце своем Божественные уроки и восходя к готовности всегда, как Она, ответить: се, раба Господня.

Дай Бог и каждой из нас стать если не достойной, то, по крайней мере, не далекой от Него…

Читайте также:

Почему церковь признала брюки женской одеждой

25 вещей, которые нельзя делать в православном храме

Женщинам без церквей тяжело. А без мечетей?

Что говорит Писание о предназначении женщины?

Институт диаконисс существовал в древней Церкви...