Мюнхен: бесчестье и война. Часть 3
Британское правительство Чемберлена открыто заигрывало с Гитлером, и все прекрасно понимали: страны западной демократии мечтают увидеть поход Рейха против большевизма. Но вот что странно: выполнению этой миссии мешала одна «мелочь» в виде территории Польши, и непонятно, как именно в Лондоне и Париже видели реализацию своего желания. В самой Польше были уверены, что выступят в поход вместе с Германией. Но к этому мы еще придем…
5 ноября 1937 года в рейхсканцелярии прошло 4-часовое совещание Гитлера с военным командованием Рейха и министром иностранных дел Нейратом. Фюрер выступил с длинной речью, где расставил все точки над «i».
«Германская политика должна иметь в виду двух заклятых врагов – Англию и Францию, для которых мощный германский колосс в самом центре Европы является бельмом на глазу», - начал Гитлер (Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма. Исторические очерки. Документы и материалы. Т. 1. С. 125).
«В целях улучшения нашего военно-политического положения в любом случае военных осложнений нашей первой задачей должен быть разгром Чехии и одновременно Австрии, чтобы снять угрозу с фланга при возможном наступлении на Запад», - продолжал фюрер (Дашичев, С. 127).
Английский военный историк Джон Фуллер в работе о Второй Мировой войне подтверждает, что целью Гитлера было завоевание «жизненного пространства» путем войны с Советским Союзом. «Теперь, в случае вступления в войну Франции и Британии, перед Гитлером вставала стратегическая проблема: разбить поочередно Польшу, Францию и Англию, перед тем как приступить к основной операции», - писал автор (Фуллер Дж. Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор, 2005, С. 30).
Как мы можем в очередной раз убедиться, фюрер оказался не только прозорливее своих западных «партнеров», предугадав их бездействие, но и продемонстрировал дальновидность в стратегическом плане. В Берлине понимали, что «поход на Восток» будет немыслим без покорения промышленно развитой Чехословакии, присоединения «братской» Австрии и последующего разгрома Польши и западных стран. Борьба с советским колоссом не могла быть успешной, во-первых, без прикрытого тыла на Западе, а во-вторых, без использования промышленного и человеческого потенциала покоренных стран.
И словно «в развитие» выступления Гитлера в рейхсканцелярии британское правительство направило в Берлин лорда-председателя Совета, члена Кабинета Эдуарда Вуда, более известного как граф Галифакс. Беседа доверенного лица Чемберлена с фюрером состоялась 19 ноября 1937 года и была очень важной для Гитлера, который фактически получил свободу рук от Британии. Во всяком случае, английский историк Лиддел Гарт пишет, что Галифакс дал Гитлеру понять, что Лондон не будет возражать против «перемен» в Восточной Европе (Лиддел Гарт Б.Г. Вторая Мировая война, 2002, с. 28).
Дальше – больше. В феврале 1938 года Энтони Иден, «чрезмерно» сопротивлявшийся политике умиротворения Гитлера, был отправлен Чемберленом в отставку. Новым министром стал как раз граф Галифакс, и уже через несколько дней британский посол в Берлине Гендерсон встретился с Гитлером. По сути, это было продолжение ноябрьской беседы – Лондон дал Берлину «зеленый свет» в Восточной Европе. Так что совсем не удивляет то спокойствие, с которым Британия и следом Франция восприняли присоединение Австрии к Германии, случившееся месяцем позже.
Американский журналист Уильям Ширер, работавший в те годы в Берлине, пишет в своей знаменитой книге «Взлет и падение Третьего Рейха» (московское издание 2016 г., СС. 376-380), что в феврале 1938 года Адольф Гитлер и немецкий посол в Вене Франц фон Папен пригласили канцлера Австрии Курта фон Шушнига в замок Берхтесгаден для «доверительной» беседы. Перед австрийским гостем был разыгран классический сценарий доброго и злого полицейского, и путем обмана, давления и шантажа фюрер добился от канцлера роковой подписи под документом, который запустил механизм присоединения Австрии к Рейху.
Как нетрудно догадаться, западные страны палец о палец не ударили для защиты Австрии, независимость и неприкосновенность которой были гарантированы не только Версальской системой, но трехсторонним заявлением Британии, Франции и Италии от 17 февраля 1934 года.
Перед самым аншлюсом, 11 марта 1938 года, граф Галифакс телеграфировал канцлеру Шушнигу в очень витиеватой манере: «Британия не может взять на себя ответственность за советы, способные поставить страну под угрозу, защиту от которой правительство Его Величества гарантировать не может» (цитата из книги Мартина Гилберта «Черчилль: Биография», московское издание 2016 года, СС. 627-628). В переводе на простой язык это означало «Разбирайтесь сами».
Из влиятельных западных политиков только Уинстон Черчилль, предвидя мировую катастрофу, публично осудил «надругательство» над Австрией. Выступая 14 марта 1938 года в Палате Общин, будущий премьер-министр предупредил, что следующей жертвой «хорошо продуманной и рассчитанной программы агрессии» станет Чехословакия. Черчилль призвал правительство Чемберлена не ограничиваться одними лишь обещаниями и сказал, что уже через два года вермахт превзойдет французскую армию (цитата из его фундаментального труда «Вторая Мировая война», Книга 1, СС. 125-126). Но герцога Мальборо тогда никто не услышал. Еще один шаг к войне был сделан…
Окончание следует
* Мнения автора, высказанные в блоге, не обязательно совпадают с позицией редакции Radio Europa Liberă