Питер Джексон: «Книги Толкиена - не роман в стиле фэнтези. Это легенды»
Киноэпопея, которую режиссёр Питер Джексон начал в 2000 году, продолжает набирать обороты - на экраны вышел «Хоббит: Пустошь Смауга» - вторая часть кинотрилогии «Хоббит», экранизации книги Джона Толкиена «Хоббит, или Туда и обратно». А накануне в эксклюзивном интервью «АиФ» режиссёр Питер Джексон рассказал о том, что осталось за кадром.
Легенды не умирают
Маргарита Стюарт, «АиФ»: Вы в героях - а их, по-моему, человек (вернее, хоббитов и прочих тварей) двадцать только основных - не запутались? Или для каждого придумывали какую-то фишку, чтобы их очеловечить?
Питер Джексон: Толкиен всё это сделал за меня - в его книге каждый персонаж, место и событие выписаны так, что читатель буквально живёт в этом мире и знает каждого героя чуть ли не в лицо, как своих соседей. Так что спутать их очень сложно. Кроме того, я подбирал актёров, которые привнесли бы в свой образ что-то своё. Например, на роль дракона пригласил Бенедикта Камбербэтча, потому что у Бена много общего со Смаугом. Не хочу сказать, что он такой большой и жадный мерзавец (смеётся). Но Смауг - необыкновенно умное существо с высочайшим интеллектом. А среди актёров трудно найти человека более образованного и интеллектуального, чем Камбербэтч, - недаром же он сыграл и Шерлока Холмса, и Джулиана Ассанжа. Мы Смауга даже внешне сделали в чём-то похожим на Бена. Для этого установили камеры, которые следили за ним и регистрировали его манеру двигаться, мимику. А Мартин Фримен в своего хоббита Бильбо привнёс гораздо больше юмора, чем ему отпущено по книге и даже по сценарию. Я знал, что Мартин сделает шедевр, поэтому пошёл на почти беспрецедентный шаг и задержал начало съёмок на целых два месяца, так как Фримен был занят на съёмках в сериале о Шерлоке Холмсе.
Смауг. Кадр из кинофильма «Хоббит: Пустошь Смауга»
- В чём, по-вашему, феномен книг Толкиена? Ведь романов в стиле фэнтези пишут килограммы, но популярен у миллионов именно он.
- Хороший вопрос, вот только я боюсь, что не смогу дать на него умного ответа. Но сперва я хотел бы вас поправить. Книги Толкиена - не роман в стиле фэнтези. Это легенды. А легенды живут вечно. Древнегреческие и древнеримские легенды и мифы сочинили тысячелетия назад, но книги, в которых они изложены, читаются и перечитываются из поколения в поколение. По ним постоянно снимают фильмы, и фильмы эти не приедаются.
Дело ещё и в том, что у англичан нет своих легенд со времён завоевания их норманнами. Всё было утеряно ещё тысячу лет назад. Толкиен в бытность свою профессором Оксфордского университета очень интересовался легендами разных народов, прекрасно знал и разбирался в греческой и римской мифологии. Зная, как формируется этот жанр, он сочинил своему народу легенды, которые они потеряли. То есть не просто дал англичанам, а потом и всему миру захватывающие романы - он вернул им часть их истории.
Но есть и ещё один аспект. В романах Толкиена описывается то, что актуально и сегодня. Вглядитесь внимательнее, и вы увидите, что большинство ситуаций и событий в книгах Толкиена будто взято из нашей с вами жизни. Замените эльфов на обычных маленьких людей. А дракона - на жадного богатея, который нахапал золота и сидит на нём, стережёт. И не потому, что оно ему позарез нужно, а потому, что у него уже мозги так работают: это моё, никому ничего не отдам и никому не буду помогать. Легенды вечны, потому что описывают вечные интриги.
Каждому хоббиту Толкиен придал индивидуальные черты. Кадр из кинофильма «Хоббит: Пустошь Смауга»
Можно всё!
- Вы снимали фильм на скорости 48 кадров в секунду против 24. Не боялись, что зрители обрушатся на вас с протестами: мол, режиссёр пытается их зомбировать?
- Снимать фильм можно на любой скорости. Главное - на какой скорости его показывать. Да и нет в скорости 48 кадров в секунду ничего опасного, никто в зале в зомби не превратится. Дело в том, что скорость 24 кадра в секунду была взята за эталон ещё в 1927 году, когда кино только начинали снимать. На такой скорости работали ручные камеры. И, чтобы совмещать кадр со звуком, скорость съёмки не должна была быть больше. Но сейчас технологии настолько ушли вперёд, что снимать на скорости 24 кадра и дороже, и вообще это анахронизм. Нужно переходить к более современным методам. Люди к этому привыкнут. Помните, когда был снят самый первый фильм, в котором показывался поезд, подходящий к платформе? Так первые зрители, видя надвигающийся локомотив, в панике убегали из зала. Сейчас никто никуда не бежит, даже смотря фильм в формате 3D. Привыкли.
Волшебник Гэндальф. Кадр из кинофильма «Хоббит: Пустошь Смауга»
- А осталось ли ещё что-то, чего нельзя создать на экране с помощью современных технологий?
- Думаю, нет. Сейчас можно сделать уже практически всё.
- А вы не боитесь, что в один прекрасный день спецэффекты вытеснят и актёров, и смысл самого кино?
- Этого не произойдёт. Многое в технологиях ещё ново, поэтому хочется с этим экспериментировать. Но пройдёт время, и всё встанет на свои места. Зрители всё равно всегда будут концентрировать внимание на сюжете и актёрах, а спецэффекты - они же для украшения, для развлечения. Душу зрителя они не трогают.
- На Толкиена вы потратили огромный кусок жизни - почти 15 лет. Почему?
- Мне повезло, так как мои родители подарили мне камеру, когда мне исполнилось 9 лет. С тех пор я снимаю постоянно. Я всегда любил фэнтези, считал это чуть ли не своим призванием, мечтал снимать фильмы в этом жанре. Но тогда мне даже и не снилось, что я возьмусь за Толкиена. А когда начал, то останавливаться на полпути уже было нельзя.