Захар Прилепин: Русский человек примирился сам с собой

Опрос российского населения о самых значимых исторических личностях, в котором победил Сталин, а Ленину досталось третье место, озадачил, конечно же, многих.

Либеральные наши партнёры, естественно, ещё раз утвердились в нехитрой своей мысли, что работать им придётся только с молодёжью, и терпеливо дожидаться, пока старшее поколение вымрет, а лучше пусть вымрет и среднее поколение тоже, а на пустое рабское место заселят правильных и свободных людей, выведенных в пробирке.

Но либералы — пусть с ними; у нас ведь есть ещё националисты — самых разных мастей.

И тут, конечно же, своя проблема: потому что Сталин и Ленин обогнали, как мы понимаем, и Петра Великого, и Александра Невского, и Николая Второго. Мы уж не говорим про Деникина, Врангеля и Колчака.

За последние 25 лет сняли две с половиной тонны фильмов про ужасного оспяного урода и кровососа Джугашвили — с одной стороны, а с другой — про такого красивого Колчака, и такого трагического Николая Второго — но результат в итоге получился совершенно неожиданный.

Ах, почему же такой результат? Неужели они все не видели экранизацию романа «Дети Арбата»

Видели-видели. Много чего видели.

Объяснение случившемуся, между тем, очень простое.

Люди, выбирающие Сталина и Ленина реагируют так на:

а) историю капитализма в России — она по большей части отвратительна, и б) на украинские события и похабные результаты десоветизации там.

Но как же примирение? — спросят у нас, — почему же у нас не случилось национальное примирение? Почему опять повсюду «красные», которые вновь погнали «белых»?

О, тут чуть сложнее.

Примирение «красных» и «белых» состоялось уже в советское время. Вспомните: эти прекрасные «белые» офицеры в кино, этот поручик Брусенцов, эти «Дни Турбиных», с одной стороны, — и, с другой, эти сиволапые красные мужики, которые всегда выглядели много хуже, чем герой, к примеру, Кайдановского в офицерском мундире. Всё это было примирением. Троцкий и Колчак в советском изводе оказались «оба хуже», а правда оставалась за героем артиста Ножкина из «Хождения по мукам», который сначала был «белым», а потом — так как Родина одна, и от неё не уйти! — стал «красным», и примирился внутри себя самого.

Между прочим, к исторической правде всё это было ближе, чем бесконечная перестроечная галиматья про омерзительных «красных» и богоподобных «белых».

Но такое примирение отдельных наших ретивых мыслителей не устроило.

Они, конечно же, хотели победы — «до основания», с истинно комиссарским задором и подходом.

Так либералы и националисты сошлись в желании снести не только памятник Дзержинскому на Лубянке, но и Мавзолей, и все остальные памятники Ленину, а по возможности ещё и прочим красноармейцам, рабочим с их булыжниками и матросам в бескозырках — чтоб не повадно было восставать против господ.

«Советские» — брезгливо цедили националисты по поводу своего собственного народа, и всё удивлялись, отчего народ никак на них не реагирует.

По сути, российская антисоветская интеллигенция развязала новую гражданскую войну против населения страны — на этот раз гуманитарную.

И на сегодняшний день благополучно проиграла её.

Русские люди очень упрямы. Русские люди себе на уме.

Да если б только собственно русские!

Был у меня не так давно четырёхдневный заезд по местам боевой молодости: Чечня, Дагестан, Кабардино-Балкария, Осетия. Казалось бы: кавказские регионы, у них должны быть свои персонажи, но вот парадокс: во всех сувенирных лавках, наряду со Сталиным, Путиным и Пушкиным появилась новая и очень востребованная фигурка — Дзержинского.

Это знак! Его ещё года два назад не было нигде — а теперь есть.

Вернулся я в Донецк, захожу к одному знакомому (молодому!) министру нового поколения (в Англии учился!) — а у него тоже портрет Дзержинского на стене. Дзержинский и князь Потёмкин-Таврический. И действующий император.

Пожалуй, я не буду объяснять, отчего именно такой подбор. Те, кто понимают — поймут и так. Те, кто ненавидят всё это — будут ненавидеть ещё сильней.

А я рассмотрел портреты и спокойно для себя заключил: в этом кабинете примирение тоже состоялось.

Вернулся на позиции своего батальона, а у нас на штабе два флага: Спас и красное полотнище.

На кухне висит портрет Ленина, а в отдельном помещении — собственная часовенка.

Всё на местах.

Люди, которые заняты делом, не обращают внимания на отдельные идеологические противоречия. В конечном итоге они более доброжелательны и открыты, чем те, кто пытается их обучить, как надо относиться к истории России и во что верить.

Русский человек — тот ещё парадокс. Посмотришь на него — ничего такого и не подумаешь. А он смотри как! — водит за нос своих пастырей, и вида не подаёт.