Министерство «бумажных» проектов: Счетная палата проверила Минкавказа РФ
Счетная палата РФ нашла значительные нарушения в деятельности Министерства по делам Северного Кавказа. В частности, по данным контрольного ведомства, финансовая документация по госпрограмме развития СКФО содержит ряд несоответствий законодательству, освоение бюджетных средств не отличается особой эффективностью, а продвигаемые министерством мегапроекты наподобие медицинского кластера на Кавминводах по-прежнему остаются на бумаге.
По информации Счетной палаты, в рамках строительства кластера, Минкавказа и Внешэкономбанком были заключены договора о предоставлении из федерального бюджета субсидий в виде имущественного взноса РФ во Внешэкономбанк на увеличение уставного капитала АО «Корпорация развития Северного Кавказа» (КРСК), до недавнего времени являвшейся дочерней структурой ВЭБа (АО «КРСК»). Всего из бюджета было выделено (в том числе «на прочие расходы») 2,1 млрд. рублей, которые в полном объеме поступили на лицевые счета во Внешэкономбанке.
Однако Счетная палата установила, что эти деньги были предоставлены «в отсутствие правовых оснований в виде соответствующих положений федеральных законов или решений президента или правительства» и не освоены по назначению до сих пор. По состоянию на 1 апреля средства в размере 2,1 млрд рублей оставались на лицевых счетах КРСК в полном объеме и не использовались на цели финансирования инвестиционных проектов, говорится в отчете Счетной палаты.
Среди главных пунктов претензий Счетной палаты к Минкавказа был назван и срыв сроков строительства набережной в Дербенте. Этот проект курировал лично первый заместитель министра Одес Байсултанов, а дагестанские власти заявляли, что закончат работы к концу прошлого года. Субсидия на строительство набережной в размере 406,6 млн рублей была перечислена подрядной организации в полном объеме, однако затем государственный заказчик неправомерно изменил сроки окончания строительства с 15 декабря на 1 апреля 2017 года. В результате разрешение на ввод объекта в эксплуатацию было получено только 26 апреля. При этом Минкавказа не предъявила положенных требований по выплате неустойки к правительству Дагестана на сумму более 40 млн рублей.
На этом фоне куда менее значительно, но в то же время весьма ярко смотрятся другие выявленные в Минкавказа нарушения. В частности, в прошлом году министерством было приобретено бытовой техники с нарушением требований по нормированию на сумму 2,5 млн рублей. Кроме того, проверкой использования служебного автотранспорта были выявлены многочисленные случаи превышения установленного лимита — не более 13 часов в сутки — для руководителей структурных подразделений министерства, советников и помощников министра. «Мелкий грех» булгаковского Степы Лиходеева («Машину гоняет казенную!») привел к дополнительным расходам федерального бюджета в 5,5 млн рублей.
Но самый главный вывод, который можно сделать из документов Счетной палаты, заключается не в том, что Минкавказа неэффективно распоряжается бюджетными средствами, а скорее в крайней сомнительности ключевого принципа, заложенного в программу социально-экономического развития СКФО, реализацию которой курирует министерство во главе с бывшим красноярским губернатором Львом Кузнецовым. Речь идет о том, что правительство уверенно полагает, будто за бюджетными инвестициями в СКФО неминуемо придут средства частных инвесторов в многократно большем объеме. Например, в марте прошлого года, когда объем финансирования программы до 2025 года был увеличен до 320 млрд рублей (почти на 120 млрд больше, чем в прошлой редакции), заявлялось, что к этому же сроку объем накопленных частных инвестиций в Северный Кавказ должен составить астрономическую сумму 1,4 трлн рублей.
Реальность же выглядит следующим образом. Еще в прошлом году Счетная палата отмечала, что объем инвестиций в основной капитал (за исключением бюджетных) по СКФО составил 366,52 млрд рублей, или всего 62,5% от запланированного объема. А объем инвестиций, включая капитальные вложения, осуществленных резидентами особых экономических зон (ОЭЗ) широко разрекламированного туристического кластера составил и вовсе 1,2% от запланированного объема, или 322,1 млн рублей. В прошлом же году исполнение по доходам, администрируемым Минкавказа, составило 2 млн рублей, или 68,1% к показателю прогноза, зато расходы были исполнены в сумме 16,6 млрд рублей (98% от утвержденных бюджетных назначений), причем больше половины их пришлось на IV квартал. Отсюда легко напрашивается простая гипотеза: госпрограмма развития СКФО представляет собой набор «хотелок», под которые регионами выбиваются бюджетные средства, а затем уже под их объем «рисуются» мифические суммы частных инвестиций.
«В экспертных кругах циркулирует мнение: система управления Северным Кавказом сейчас излишне забюрократизирована и, соответственно, чревата значительными коррупционными рисками, — отметил в комментарии для EADaily научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Виктор Надеин-Раевский. — Прежняя модель управления регионом, эффективная в начале прошлого десятилетия, сейчас себя не только не оправдывает, но и отрицательно сказывается на ситуации в регионе и в терпящей кризис экономике страны. Хотя Минкавказа — это не единственная структура такого рода. Возьмем Федеральное агентство по науке и образованию, которое занимается реформой Российской академии наук: там сидят люди, которые понятия не имеют ни о науке, ни об Академии наук».
«Минкавказа было очередной попыткой создать эффективную вертикаль и создать работоспособную систему контроля, независимую от федеральных структур и региональных политических раскладов, — продолжает Надеин-Раевский. — Не случайно и в царское, и в советское время на Кавказе просили в качестве управленца русского, не местного человека, который бы подчинялся только государству и не зависел от непостоянных желаний местных элит. Управление Северным Кавказом, госпрограммы по его развитию требуют дополнительной координации усилий всех государственных ведомств. Поэтому формирование таких структур, как Минкавказа, в принципе оправдано. Но, если судить по фактам, дело не только в принципе. Чтобы эффективно управлять Кавказом, как и другим сложным регионом, нужны люди, которые, во-первых, профессионалы своего дела, во-вторых, знают реалии региона, а в-третьих, исключительно честны и порядочны. Но профессионализм и порядочность человека не всегда коррелируют друг с другом».
Северо-Кавказская редакция EADaily