60 ЛЕТ СОЗИДАНИЯ: В 14 лет на 14 лет, тогда с формулировкой навечно. Любовь Кипкеева о времени, как восстановителе справедливости
28 АПРЕЛЯ. КЧР. День возрождения карачаевского народа поистине самая знаменательная дата в истории карачаевцев, ставшая всенародным праздником Карачаево-Черкесской республики. Его кульминационное значение для народа связано с национальной трагедией – 14-летней высылкой с родных земель, унесшей жизни практически половины.
Несмотря на то, что рок сулил всему народу одно проклятие, отразился он на судьбе каждого человека своеобразно. По словам Любови Кипкеевой, родившейся на чужой земле в годы депортации, ее родители сумели сохранить узы брака и достойно воспитать детей, пребывая в нечеловеческих условиях ссылки.
Ее мать Разият Текеева со всеми восемью братьями и сестрами и с мамой была в числе тех, кто в одночасье потерял Родину. Как раз в то время отец девочки, Хызыр Текеев, воевал на фронтах Великой Отечественной войны, собственной грудью защищая страну, где, кстати, без вести и пропал. Возраст Разият тогда достигал уже 14 лет, поэтому суровая правда жизни, преподнесенная столь безжалостно еще неокрепшему рассудку, была тяжело воспринята и въелась в память навечно.
"Символично, что маме было 14 лет, когда их увезли в неизвестность на 14 лет. Правда, тогда с формулировкой навечно. Физические тяготы обременяло неизмеримое моральное горе. Верно, именно эта пространственная и временная безызвестность съедала их сердца", - отмечает старшая дочь четы Койчуевых, ныне Почетный работник образования РФ Л.Кипкеева.
Она вспоминает по рассказам матери, что семья была слишком большой и казахи не торопились приютить их. Волею судьбы, одинокой многодетной матери Дауте, чей муж умер на войне, была отведена небольшая площадь в местном амбаре, больше схожем на сарай. Стоит ли говорить о невыносимых условиях проживания? Недостаточно ли констатировать, что восемь детей, самому младшему из которых было два года, пухли от голода? И каждым предрассветным утром мать и старшие дети, среди которых была и Разият, внимательно присматривались к спавшим – мол, не скончался ли кто из детей к утру?
Естественно, что верная дочь славящегося трудолюбием карачаевского народа, начала работать на полях сразу после переезда на чужбину. Странно, что с обширных площадей, где они взращивали сахарную свеклу, нельзя было уносить домой ни грамма, при том, что абсолютно все дети семейства трудились здесь, несмотря на юный возраст.
Тяжело приходилось семье, а тяжелее всех - одинокой матери Дауте. Чтобы получить маленькую пиалу с кашей, глядя в заплаканные глаза детей, она отдавала самое ценное и самое, казалось бы, незаменимое. Так ушел и единственный большой шерстяной платок, который не просто оберегал семью от холода, но и был единственной сохранившейся семейной реликвией.
"По воле Всевышнего, однажды из окна соседней комнаты амбара, где хранилась пшеница, на отведенную для семьи площадку упал мешок зерна. Честная бабушка побежала рассказывать о произошедшем представителям сельсовета, которые, благо, по достоинству оценили честность женщины и вдруг позволили ей присвоить этот мешок. Ненадолго страх от детской смерти в сердце затих", - вспоминает рассказы бабушки З.Койчуева, ныне член Союза журналистов России.
А еще несколько раз семье удавалось приготовить ужин из нескольких зерен кукурузы, выпавшей на землю из дырявого мешка, проезжавшего мимо казаха, и принесенных Разият в бережно зажатом кулачке.
Видя бедственное положение Дауты, казахи предлагали продать хотя бы часть детей, дабы те прислуживали в домах богачей. Гордое и решительное, оскорбленное и уязвленное сердце матери вопило от боли. А губы в ответ лишь шептали: "пусть рожала их поодиночке, а полягут парами, но моими и на моих руках".
Вопреки всем обстоятельствам, время шло, а семья жила. Росшая на чужбине Разият, известная своей красотой, гордым нравом и стойкостью, стала не только "стахановцем", превышая производственный план на работе, но и прославилась своими музыкальными способностями – игрой на гармонике. Покоренный изящностью, девичьей гордостью и самостоятельностью 19-летней Разият, также бывший в числе спецпереселенцев Хусей Койчуев, проникся нежными чувствами к девушке. Чаще всего, как вспоминают дети со слов самих родителей, он выжидал ее у реки, где Разият набирала домой воды.
Надо отметить, что к тому моменту, семья Хусея претерпела не меньше страданий. Трагические события, начавшиеся с войны и продолжающиеся ссылкой, раскидали шестерых братьев по разным полюсам. Отца парня – Исхака убило переселение: его здоровье не вынесло тяготы перевозок в условиях антисанитарии и перманентного голода. Один брат Хусея попал в плен к фашистам, другой, в поисках справедливости, был заточен в тюрьму, где и был доведен до смерти, а третий и вовсе погиб на войне, защищая страну, руководство которой подписало распоряжение о высылке целого этноса.
"Дядя Маджид погиб на войне, совершив подвиг, покуда самых близких и дорогих для него людей везли в товарных вагонах в холодные степи неведомой земли. Он служил в Белоруссии в полку Османа Касаева и был его другом. Будучи командиром экипажа танка, 21-летний Маджид вызволил из горящей машины своих товарищей, а после, возглавив только прибывших для подкрепления конников, ринулся в атаку. Больше его никто не видел. Эту историю рассказал нам позже приехавший к нам в гости его соратник, которому как раз дядя Маджид спас жизнь", - отмечает сегодня дочь спецпереселенцев З.Койчуева.
Так, 18-летний Хусей, в условиях вопиющей несправедливости потерявший старших братьев, сам остался за такового. Он был вынужден кормить семью, а точнее тех, кто смог остаться в живых: мать и двух младших братьев.
Упорному и харизматичному парню по исполнению 21 года удалось-таки завоевать девичье сердце, и в 1952 году, будучи в ссылке, Разият и Хусея связали узами брака. Однако суровая правда жизни не переставала преследовать даже тех, кто казалось-бы вступил в новый этап жизни, кто так отчаянно хотел загладить прошлое, тщательно выгладить накомканное полотно прошлого.
Нечеловеческие условия жизни, постоянные вынужденные переезды, антисанитария, голод и жажда, порой теснота и духота, а порой холод и стужа, отягощаемые непосильным физическим трудом, моральным гнетом и унынием, не могли не отразиться на физическом состоянии людей.
"Я была тогда совсем ребенком, мне не было и пяти лет, но даже тогда я понимала, как тяжело приходится отцу. Да и всем. Всем, кто был тогда там", - вспоминает Л.Кипкеева.
Ей самой грозила смерть расправой, если бы не чудо. Когда вновь созданная семья в очередной раз переезжала в поисках наиболее благодатной почвы на чужой земле, молодая Разият, державшая свою годовалую дочь, замерзла так, что была не в силах согреть девочку. Добравшись до пункта назначения, семья заметила, что ребенок лежит практически бездыханно. Ужаснувшаяся бабушка, та самая смелая и решительная Даута-ання, как ее называли внуки, всеми силами, насколько это было возможно, начала согревать продрогшее дитя, прикладывая тело девочки к оголенному животу, делясь собственным теплом во спасение новой жизни. Спустя около получаса пребывания между жизнью и смертью, у ребенка появились слезы, а точнее силы, чтобы заплакать. Ему было суждено жить.
Однако по юношеству каждый приход холодной осени организм девочки встречал обмороком. Видимо, по привычке, защищаясь. И по сей день Л.Кипкеева страдает от недуга, по сей день ее беспокоят некогда отмороженные ноги.
Но вопреки року судьбы, безжалостному режиму тирании, но по велению Всевышнего, Разият и Хусею удалось сохранить семью, продолжиться в своих детях и многим позже вместе со своим народом вернуться на исконную Родину.
"Они с достоинством вынесли это тяжелейшее испытание. Никто не сломился и никто не встал на колени. Карачаевский народ всегда отличался выносливостью, стойкостью и трудолюбием. Они работали на чужой земле так, что местные власти обратились к карачаевцам с предложением остаться. При этом, обозначив, что они обеспечат их землями и домами. Однако предки наши ответили, что намерены ехать обратно на Кавказ, даже если придется питаться здесь лишь талой водой", - отмечает в беседе дочь переселенцев З.Койчуева.
Получить тотальное удовлетворение от торжества справедливости, возвращения на родину и восстановления доброго имени народа, семья смогла в полном составе. И никогда не изменявшая себе, целеустремленная Разият и ее великодушный трудолюбивый супруг-силач Хусей воспитали своих детей в лучших традициях горского этикета. В местах ссылки также родился единственный сын четы – Махар, а позже, как благословение Всевышнего, уже на Родине появились на свет еще четыре дочери: Фатима, Зарима, Зарета и Венера.
Так, сохранившийся тогда вопреки тяжелейшим обстоятельствам брачный союз подарил миру десятки новых жизней и уже сегодня нашел свое обновление в членах последовавшей династии, численность которой сегодня разрослась почти до полусотни человек.
Большинство из них уже нашли свое призвание в жизни, и, будучи представителями разных профессий, продолжают вносить вклад в мир, созидание и процветание родной земли, от которой, уже кажется, никогда не были оторваны.
Сегодня обоих супругов уже нет. Хусей и Разият скончались, но, уже, будучи дома и в преклонном возрасте. Уже вырастив и воспитав всех детей, уже успев вложить воспоминания в сознание внуков.
Напомним, в преддверии 60-летнего юбилея со дня возвращения карачаевского народа на историческую родину республиканское информационное агентство "Карачаево-Черкесия" запустило специальный тематический проект "60 лет созидания".
В рамках спецпроекта читателям РИА "Карачаево-Черкесия" поведают о том, как проходила принудительная высылка из мест постоянного проживания из уст тех, кто был выслан с родной земли или же родился в местах депортации. Каждая история, описывающая отдельные случаи из человеческих жизней, показатель того, каким трудолюбивым, благонравным и, безусловно, сильным духом является карачаевский народ, который несмотря ни на какие лишения, вот уже 60 лет созидает на родной земле.