Время Фрата

Зачастую было обидно, что руководители города и жители никак не воспринимали значение такого события. Ведь это герой мирового масштаба! Повторится ли такое в ближайшие столетия?! Вряд ли, в масштабах провинциального города... Но школа Ефрата обрела новую жизнь и она поднялась на другую высоту, ведь он – тренер олимпийского чемпиона!

И потянулись в школу штангистов  не только подростки, но и мальчишки, желающие стать сильными, как Ахмадеич. 

Зал тяжёлой атлетики стал детско-юношеской спортивной школой (ДЮСШ). За оставшиеся пятнадцать лет его жизни эта спортивная школа воспитала более двух десятков мастеров спорта. И школа стала известна всей стране. Каждый “квадрат”, полученный его учеником, оставлял огромный рубец счастья в неугомонном горячем сердце Ефрата Ахмадиевича Тимерзянова. 

 

Учитель и ученик

* ...Более ста золотых медалей выиграно Николаем Колесниковым  за время  выступления в составе  сборной команды СССР.

* 15-кратный чемпион СССР, победитель двух спартакиад народов СССР. 

* Победитель более трёх десятков турниров, проведённых в различных странах мира. 

* Чемпион СССР  среди юниоров. 

* Установил 23 рекорда, в том числе 15 – мировых.

* Последний мировой рекорд установил в 1980 году – 166 килограммов при собственном весе до 60 килограммов.

Они трудились без морализаторства и нотаций. Николай старался отработать технику, какую внедрял Тимерзянов. Ведь штангу весом в три таких, как Колесников, силой не возьмёшь, это невозможно. Только техника (хәйлә), чистая техника позволяет её взять.

Личная установка атлета рождается прежде в тренере. Ахмадеич вовремя видел,  на что способен ученик, какой вес может поднять в итоге тренировок. Он мгновенно замечал возможности техники Колесникова. Это только со стороны кажется, что тренер просто присутствует и дисциплинирует своего подопечного. Нет, его талант - увидеть, где находятся возможности  атлета. Николай замечал это, когда следил со стороны за работой Ефрата с другими ребятами. Особенно  с теми, которые быстро набирали форму и мастерство. 

Внутреннее чутьё Тимерзянова, его тактику Николаю иногда удавалось разгадать, а это, вообщем-то, довольно сложно. Тренер, возможно, и сам не сможет объяснить, как он это разглядел, смог заметить. Колесников тоже не в силах рассказать. Видимо, интуиция и способность учителя увидеть эту тонкость. Всё это, должно быть, приходит, когда сам много работаешь со штангой и чувствуешь, в результате какой ошибки она тебя наказала и не послушалась. 

Сегодня Николай Алексеевич сам формирует состав команды для соревнований как старший тренер. Определить возможности каждого атлета можно только, видя именно то, что не каждый заметит, и здесь Колесникову помогает глаз Ахмадеича: “Будто он стоит рядом и помогает мне негласно, подсказывает...”, - говорит Николай. Его тренера давно уже нет среди штангистов, но в такие минуты Колесников чувствует его дыхание, как будто учитель рядом, и это ему помогает.

Колесников помнит, как был счастлив Ефрат Ахмадиевич, когда он чётко выполнял технику с его подачи. Казалось, он был готов не только обласкать, отблагодарить, а даже “съесть”... Точно так вёл себя учитель и с другими понятливыми учениками.

...После Олимпиады-76 в Монреале Колесников - олимпийский чемпион, заслуженный мастер спорта, как жить дальше? Бытовые вопросы решал Тимерзянов.  К каким только начальникам он не ходил, убеждал в значении победы на олимпиаде. Ведь такого чемпиона из Бугульмы может не быть через сто, тысячу лет...

В 24 года слава Николаю голову не кружила, а в отросших крыльях была сила. Но и моменты полёта без видимого завтра тоже чувствовались. Однако сорваться не дал учитель. “Ты – заслуженный мастер спорта, чемпион мира, Европы, да и своей страны, дай жизнь этому званию. У такого спортсмена должно быть будущее. Нужно закончить учёбу”, – это напутствие-установка учителя  и стала программой жизни Колесникова.

Николай Алексеевич сегодня – успешный человек. 

 

Работа 

предполагает умение

Колесникову предстояло жить штангистом, членом сборной команды СССР. На горизонте была московская олимпиада, олимпиада в собственной стране. 

За четыре года прошло немало состязаний тяжелоатлетов, а чтобы в них участвовать, надо быть в форме. А форма - капризная штука, на неё нужно трудиться, да ещё с умением. Техника у Николая соответствовала мастерству, но  временами болели то  спина, то плечо. Видимо, ещё в период обретения силы “сорвал мышцы”, недостаточно согревшись до подхода к штанге. Согревание  мышц – вечная проблема Колесникова, отсюда и боли...

На заре создания команды штангистов в Бугульме, “раскопал” Тимерзянов водителя грузовика с подушкой на сиденье. Рафкат Нуриахметов – метр сорок в шляпе – иначе не видел дороги перед капотом. Но обладал силой, на этом и держался легковес (не более 60 килограммов). На тренировки в раздевалку стадиона  ходил с удовольствием, полюбил штангу и тело согревал до пота буквально за десять минут. А технику освоить не мог: возраст был не юношеский. А вот на Сабантуях всегда был первым. 

А Колесникову согреться помогал тренер. Одетого в шерстяной костюм Николая Ахмадеич брал в охапку и таскал, и мял, пока тот не уставал сопротивляться. Но ведь, если устал, где взять силы для тренировки? Такой вот порочный круг.

Члены сборной штангистов долго смеялись над Николаем на сборах на новой базе в Феодосии. В 1978 году команда готовилась к чемпионату мира в Америке. Ахмадеич обнаружил в подсобке нового здания три телогрейки, оставленные рабочими, которые и напялил на Николая перед упражнениями  на согревание. Побаливающая спина Колесникова восстановилась за время сборов и правильная тактика позволила выиграть чемпионат мира. Это уже был путь на Олимпиаду-80.

...В Монреале Колесников выступил как бог – толкнул 162 килограмма – залюбуешься! А ведь это – мировой рекорд! Но самое главное – он стал героем олимпиады в своем полулёгком  весе и получил золотую олимпийскую медаль!

Через денёк после победы зашёл в комнату Давида Ригерта. Посидел, помолчал, потом как рассмеётся!

– Ты что это? – спрашивает Давид.

– Я – олимпийский чемпион! – и головой крутит туда-сюда.

Через несколько дней Ригерт тоже стал олимпийским чемпионом в полутяжёлом весе. Зал “Сен-Мишель” был ему знаком. Годом раньше он выступал здесь на матче Америка – Европа. И вот теперь на олимпийских играх он толкнул 202,5 килограмма, на 20 килограммов больше американца Джеймса Ли, серебряного призёра. Но радоваться, быть счастливым не умел, как и Колесников.