Почему в Москве нечем дышать
Алексей Ярошенко, эколог, руководитель лесной программы Greenpeace:
В этом году уже было несколько очень сильных задымлений, а МЧС бездействовало. В августе был дым от торфяных пожаров в Твери, в октябре горела Брянская область, а 10 ноября случился техногенный выброс, что ясно по его составу, но источник этого выброса не удалось найти или доказать. Сейчас такая же ситуация: источник дыма на данный момент неизвестен, а МЧС списывает все на сжигание порубочных остатков.
Но это второстепенная причина. Их жгут не так много, сжигание приводит к задымлению нескольких окраинных районов Москвы и городов Подмосковья, но это не дает такого масштаба бедствия, к какому может привести задымление всего мегаполиса. Причина задымления — комплексная, и основным источником гари, скорее всего, являются техногенные источники внутри города.
В Москве, да и в России вообще, нет нормальной системы контроля источников загрязнений воздуха, поэтому в большинстве случаев основные загрязнители поймать не удается. В Москве есть очень много объектов, где возможны аварийные ситуации, в следствие которых мы получаем потом и дым, и запах, и много другого «приятного».
Что мы видели в этом году в Брянской и Тверской областях? Пожары на торфяниках в Тверской области начались в апреле, их пытались замалчивать и ничего с ними не делать, довели ситуацию до ЧС регионального масштаба, и лишь к концу июля-началу августа собрали огромную группировку сил, которая все равно с пожарами не справилась. Удалось сбить дым, чтобы он не шел в Москву, но тверские торфяники горят до сих пор! Такая же история в Брянске: пожары начались в сентябре, а ЧС развилась в октябре, в результате чего один из источников дыма в Москве был оттуда. Конечно, это сезонный фактор. Если торфяники продолжают гореть зимой, задымление практически никогда не доходит до Москвы.
Проблему усугубляет неразглашение информации. Если бы информация о пожарах в зоне чернобыльского следа в Брянске была общедоступной, возмущение было бы таким, что в конце концов МЧС пришлось бы принять меры на ранних стадиях. На ранних стадиях торфяные пожары можно потушить, а когда они разрастаются до уровня чрезвычайной ситуации, их потушить практически невозможно. Если бы информация о них не утаивалась, то ответственные органы власти вынуждены были бы принимать своевременные меры, когда еще можно что-то исправить.
Алексей Яблоков, эколог, советник РАН:
Загрязнение воздуха особенно опасно для младенцев, у которых еще нет своего иммунитета, а также для беременных, стариков, астматиков и сердечников. Если проанализировать обращения в скорую помощь и даже в морги, которые произойдут в ближайшие дни, мы увидим прямую связь между загрязнением воздуха и самочувствием населения. Когда в 2010 году горели торфяники, в Москве от отравлений и усугубления состояния здоровья в результате экологии погибло более тысячи человек.
Проблема в том, что у нас хромает и медицинская статистика, и экологическая статистика. Официально у нас в воздухе замеряется 27-30 компонентов. А выбрасывается в воздух разными способами около пятисот! Например, не замеряется бензапирен — канцероген первого класса опасности, образующийся при сгорании углеводородного жидкого, твердого и газообразного топлива.
Здоровье населения — главный индикатор экологической обстановки в городе. Если мы посмотрим на карту заболеваний, то увидим, что в одном регионе больше онкологии, в другом больные новорожденные. Все это говорит о том, что в этих местах находятся источники, выбрасывающие в воздух вредные веществе в концентрированном виде, но при этом в обход официальным заявлениям экологического мониторинга о здоровой экологической ситуации.
Застойный воздух несвойственен этому времени года, отсутствие ветров — климатическая микроаномалия. Но в городе с населением в почти 20 миллионов человек обязательно будут последствия: все наши миазмы остаются в воздухе, где-то пробки от машин, где-то жгут свалки, а где-то просто листья.
В сегодняшней ситуации никто не виноват кроме климата: Америку засыпало снегом, а у нас — неподвижная атмосфера, которая задерживает смог и загрязняет дыхание в городе. Но выброс сероводорода и других вредных веществ, который произошел 10 дней назад именно на Московском нефтеперерабатывающем заводе, имеет антропогенное происхождение. И необычная климатическая ситуация способствует тому, что антропогенные загрязнения никуда не рассеиваются.
Юрий Переведенцев, заведующий кафедры метеорологии, климатологии и экологии атмосферы КГУ ИЭГ:
Изменение погодно-климатических условий влияет на экологию, а значит и на самочувствие населения. Отсутствие осадков, ветров, температурной инверсии способствует накоплению всякого рода примисей вблизи земной поверхности, то есть в том слое, в котором мы с вами проживаем. Сама атмосфера не способствует очищению воздуха: сегодня нет ни дождей, ни снега, воздух не промывается, это видно невооруженным глазом.
Эта ситуация может повлиять на здоровье населения. Я сам занимаюсь в институте этой проблемой: мы отслеживаем метеорологические параметры, их изменчивость, исследуем барическое, ветровое и термическое поля атмосферы. Затем считаем индексы неблагоприятной для состояния человека ситуации, которые коррелируют с вызовами скорой помощи.
В группе риска в первую очередь находятся люди с сердечно-сосудистыми респираторными заболеваниями. Функции здорового человека после таких экологических нагрузок как правило восстанавливаются. Яркий пример того, что мы можем сделать себя, чтобы обезопасить — жара 2010 года, но не в задымленной Москве, а в Париже. В 2010 году в парижских больницах погибли люди, которые не были подготовлены к жаре и изменению экологической ситуации. Через два года аномальная жара вновь повторилась, но жертв уже не было, потому что людей подготовили и дали им рекомендации по безопасности.
Александр Чернокульский, научный сотрудник Института атмосферы имени Обухова:
Зимой, при холодной температуре воздействие вредных веществ на организм увеличивается. Мы становимся более восприимчивы к различным вредным примесям в воздухе. На качество воздуха влияет и атмосферное давление. В антициклоне плохая экологическая ситуация, а в циклоне — хорошая. Дело в том, что в антициклоне нисходящие потоки воздуха, он идет сверху вниз. Все вредные выбросы от машин и заводов прижимает обратно к Земле. Таким образом антициклон удерживает все вредные вещества на поверхности. Ветер в антициклоне слабый, поэтому грязный воздух не может даже куда-нибудь в бок уйти. Он висит ровно на Москвой. В циклоне, наоборот, движение воздуха восходящее и сильный ветер. Все это способствует тому, чтобы грязный воздух уходил из города. До середины следующей недели ждать улучшений в атмосфере не стоит. Но потом давление может снизиться.
Рина Заславская, ведущий терапевт Московской городской клинической больницы №60, доктор медицинских наук:
Холод мобилизует симпатическую нервную систему и вызывает в организме человека сужение сосудов. Если воздух загрязнен, вдыхать его вредно, особенно людям с проблемами с бронхолегочной системой. У них это может спровоцировать бронхиальный спазм. Также проблемы могут быть у гипертоников, у них повысится давление, а у курильщиков может начаться кашель или одышка. Когда на улице загрязненный холодный влажный воздух, лучше никуда не ходить и сидеть дома.
Справка: чем пахнет Москва
Москвичи ощущают неприятные запахи в воздухе с начала октября. 10 октября в Москве появился запах гари. В МЧС России рассказали, что причиной запаха стало плановое сжигание лесных порубочных остатков в Московской области, и заверили, что концентрация загрязняющих веществ не превышает допустимых норм.
Ровно через месяц москвичи пожаловались на запах сероводорода, который появился на востоке и юго-востоке города и позже распространился на центр. По данным МЧС, предельно допустимая концентрация (ПДК) сероводорода в воздухе была превышена в семь раз. Предварительно МЧС назвала виновником «ядовитого тумана» Московский нефтеперерабатывающий завод (НПЗ) «Газпром нефти», у которого якобы сломалась установка по переработке сероводорода. Росприроднадзор добавил, что в выбросах НПЗ была многократно превышена ПДК изопропилбензола. В ответ «Газпром нефть» опровергла, что на ее заводе была авария, и сказала, что вообще не использует в производстве на этом НПЗ изопропилбензол. 12 ноября Росприроднадзор начал проверку НПЗ, а московская прокуратура сообщила о возбуждении уголовного дела по факту загрязнения воздуха. По состоянию на 17 ноября ГУ МЧС еще не установило источник выброса сероводорода.
13 ноября запах сероводорода снова сменился на запах гари. В МЧС запах опять объяснили плановым сжиганием древесных отходов в области. Власти утверждали, что погасили костры с древесиной после поступления жалоб. 20 ноября, по информации МЧС, сжигание древесины возобновилось, и в Москву вернулся запах гари. В комитете лесного хозяйства Подмосковья рассказали, что порубочные остатки пришлось сжигать из-за нашествия жука-короеда, который губит деревья. Мосэкомониторинг выявил незначительное превышение ПДК и заверил, что оно не угрожает здоровью горожан. В Greenpeace запах гари связали и со сжиганием деревьев, и с выбросами предприятий и выхлопами от автомобилей. Руководитель лесной программы организации Алексей Ярошенко объяснил, что сейчас рубят деревья, погибшие в 2012 году, и короеда в них уже нет. «Но правила таковы: если провели санитарную рубку, то порубочные остатки надо сжечь», — сказал Ярошенко. Несмотря на заявления о сжигании древесины, 21 ноября МЧС сказало, что проведет авиамониторинг лесопожарной обстановки в области. Вместе с комитетом лесного хозяйства Подмосковья министерство решило полностью запретить сжигать порубочные остатки до особого распоряжения.