«Западные историки считали бои за Брестскую крепость незначительным инцидентом»
Эта книга - плод пятилетней работы целого авторского коллектива. Руководил исследованиями историк из Германии, докторант Лейпцигского университета Кристиан Ганцер, которому помогали брестские ученые-историки, а одним из рецензентов выступил кандидат исторических наук, преподаватель Минского лингвистического университета Сергей Новиков. В книге 188 советских, немецких и польских служебных и личных документов, авторы которых - генералы и простые солдаты, чиновники и жители Бреста, свидетели и жертвы...
- То, что я держу сейчас в руках - сборник редчайших исторических документов и фотографий, - сказал на презентации книги в Минске директор Музея Великой Отечественной войны Николай Скобелев. - Часть из них ужасает - впечатлительным людям изучать книгу будет нелегко. Но главный факт неоспорим: войну развязала фашистская Германия. Тут задокументировано, что 45-я пехотная дивизия вермахта (именно она атаковала Брест. - Ред.) в установленный срок свои задачи не выполнила, а значит, подвиг защитников Брестской крепости неоспорим.
О том, как велась работа над книгой, «Комсомолка» поговорила с Кристианом Ганцером.
- Ваш сборник - достаточно эксклюзивное исследование фактов обороны Брестской крепости. Значит ли это, что западные историки раньше не очень обращали внимание на эти события?
- Действительно, западная историография в большей части проигнорировала бои за Брестскую крепость, считая их незначительным инцидентом на восточном фронте. Для военной историографии «действующие лица» - генералы, армии и группы армий. А в Бресте боролась всего лишь одна пехотная дивизия, в то время, когда произошло масштабное Белостокско - Минское сражение. Если историки и упоминали Брестскую крепость, то лишь в том ключе, что не везде вермахт мог пройти без остановок, и что советская пропаганда сильно преувеличивала продолжительность боев.
- В вашем сборнике описан достаточно короткий период времени в начале войны - меньше двух месяцев. Почему именно он?
- Мне кажется, именно первый месяц войны является особенно интересным для постсоветских читателей. Первый документ в сборнике датирован 16 июня 1941 года - это приказ по 45-й пехотной дивизии о наступлении через Буг. Мы решили начать именно с него - с одной стороны документ является результатом подготовки, а с другой стороны - основой действия дивизии.
«В книгу вошли документы из архивов и личных коллекции из семи стран»
- Где вы находили документы, которые вошли в сборник?
- Самый большой массив документов хранится в Германском федеральном военном архиве во Фрайбурге. Это документы вермахта, приказы, донесения, отчеты. В госархиве Австрии я работал с наследием бывшего офицера 45-й дивизии Михаэля Вехтлера. Кроме текстовых источников там есть большая коллекция фотографий. В Госархиве Брестской области мы нашли документы по разным темам - кстати, там хранятся документы немецкой оккупационной администрации. В книгу вошли документы из архивов, музеев и личных коллекциий из семи стран. Особенно интересные документы мы получили от родственников ветеранов вермахта и от одного коллекционера: личные письма и дневники, фотографии.
«Мы не публиковали немецкую пропаганду - на этих снимках война выглядит привлекательно»
- В сборнике много фотографий, снятых немецкими солдатами, но практически нет снимков советских солдат. Почему так?
- Немецкое население было значительно более богатым, чем советское, в результате у немцев очень часто были фотоаппараты. Нацистское руководство поняло пропагандистский потенциал этого факта, и не только не запрещало фотографировать на войне, а наоборот, способствовало этому. А в Советском Союзе господствовала страшная шпиономания. Представьте себе, как рядовой красноармеец ходит по части с фотоаппаратом...
- Я знаю, что многие документы и снимки вы специально не включили в сборник. Например, официальные фотографии, снятые по заказу немецкого командования. С какой целью?
- Мы не публикуем немецкую пропаганду. Служащие роты пропаганды - профессиональные фотографы, операторы, журналисты - производили огромное количество материала. Но это не документация войны, не картины войны, а картины для войны. Эти кадры проходили двойную, тройную цензуру. Мне кажется, что их можно публиковать только вместе с их анализом, с объяснением, как эти кадры и их композиция действуют, для чего их снимали и публиковали. Понимаете, на этих снимках война выглядит просто привлекательно! К сожалению, по сей день музейщики, историки, публицисты часто не могут отказаться от соблазна этой «красоты» - и публикуют их как документальные снимки.
«В тени Брестской крепости исчезло начало Холокоста»
- В своем сборнике вы затронули и тему уничтожения нацистами еврейского населения в первые месяцы войны...
- В тени Брестской крепости исчезло начало Холокоста на белорусских землях. Когда речь идет об июне-июле 1941 года, все думают только об обороне Брестской крепости, хотя на самом деле бои за крепость шли только до 29 июня. А в середине июля немецкая полиция с поддержкой частей 162-й пехотной дивизии вермахта арестовала тысячи брестских мужчин-евреев в их квартирах и на улицах города. Их вывезли за город и расстреляли. Кроме 4000 евреев убили приблизительно 400 советских государственных и партийных деятелей. В течение трех дней было убито почти 10% населения города!
Мы хотели публиковать первоисточники, относящиеся ко времени этих событий, но документов почти нет. Поэтому мы включили в сборник 13 протоколов допросов немецких полицейских из 1960-х годов. Участники массовых убийств рассказывают о том, как они все это видели - причем, частично довольно искренне. Правда, большой промежуток времени между событиями и допросами повлиял на качество информации. Кроме этого, немцы Бреста и его окрестностей не знали, поэтому их сведения о конкретных местах, где арестовали, куда увезли, где убивали, не очень конкретны. Но пока это самая точная информация, ведь других свидетелей убили в октябре 1942 года или репатриировали в Польшу после войны.
- Известно ли вам о судах после этих расстрелов?
- После войны немецкие прокуроры и судьи зачастую с сочувствием относились к нацистским убийцам. В случае убийц брестских евреев никого не наказали. Прокурор и суд единогласно решили, что те, кто отдавал приказы и убил четыре тысячи мужчин, всего лишь «содействовали в убийстве без отягчающих обстоятельств». По истечении срока давности закрыли дело.
- Есть еще одна тема, о которой не принято было говорить долгое время, и которую вы подняли в сборнике, - тема военнопленных...
- Да, в СССР на тему плена было наложено табу, а бывших пленных воспринимали как предателей. Следы этого табу мы сегодня находим и в мемориальном комплексе «Брестская крепость-герой», и в самом музее обороны Брестской крепости. Имена пленных не выбиты на памятниках или мемориальных плитах. А в музейной экспозиции все показано так, что посетитель оттуда уходит с впечатлением, что в плен попало лишь меньшинство. А было все иначе - около 75% всех защитников попали в плен! В немецких лагерях погибло около 3,3 миллиона советских военнопленных. А пленные из Брестской крепости стали первыми советскими жертвами нацизма. Поэтому я считаю, что их память надо чтить не меньше, чем память тех, кто погиб в бою...
БУДЬ В КУРСЕ
Где можно купить книгу или скачать отдельные главы?
Книга «Брест. Лето 1941 г. Документы. Материалы. Фотографии» вышла ограниченным тиражом в 1000 экземпляров. Часть тиража передали в минские библиотеки, оставшиеся экземпляры отправили в продажу в «Академкнигу» (Независимости, 72) - там сборник стоит 33 рубля. Также книгу можно заказать на сайте arche.by - цена 25 рублей (без доставки). Там же можно бесплатно скачать некоторые разделы: «От составителей», перечень публикуемых документов и карт, список используемых источников и именной указатель.