О том, что 22 июня и в последующие дни Красная Армия пережила величайшую катастрофу, мы знаем с детства - сотни уничтоженных на земле наших самолетов, танковые колонны немцев, прорвавшиеся в советский тыл на десятки километров, красноармейцы, погибающие, часто даже не успев понять, что происходит. Лишь о героической обороне Брестской крепости принято вспоминать, как о неком исключении. Но неужели нигде, кроме Бреста, в первые дни войны нашим войскам не удавалось добиваться успеха?Конечно, нет - победы, пусть не очень масштабные, были и на земле, и в воздухе и на море. Вот что из служебных документов и воспоминаний мы можем узнать о трех таких победах в июне 1941 года.Первый город, из которого выбили немцевУ нас почему-то принято считать, что первым советским городом, отбитым у фашистов, была Ельня, над которой наши бойцы подняли красный флаг 6 сентября 1941 года.Между тем еще на второй день войны пограничникам и красноармейцам 99-й стрелковой дивизии удалось выбить немцев из города Перемышль.О том, что там происходило, о том, как сражался Перемышльский пограничный отряд в первые дни войны, сказано в характеристике, подписанной генерал-майором Панкиным и полковником Кузнецовым:«22 июня 1941 г. в 4-00 немецкие войска внезапно открыли сильный артиллерийский огонь одновременно по участкам 2, 3 и 4-й комендатур, штабу отряда и дорогам, ведущим в наш тыл. Одним из первых выстрелов противника были разрушены радио и телефонная станция отряда. Связь со штабом войск и с комендатурами была прервана… После четырехчасовой артподготовки противник перешел в наступление, пытаясь небольшими группами (20—30 человек каждая) форсировать р. Сан в районе Перемышля…. По приказу начальника отряда начальник клуба отряда Жомов со взводом бойцов, станковым и двумя ручными пулеметами обороняли переправу через р. Сан в Перемышле в районе мясокомбината; пять раз противник пытался переправиться через реку, но неизменно откатывался назад, неся большие потери…Помощник начальника 14-й заставы лейтенант Нечаев с группой бойцов заставы оборонял мост через р. Сан у Перемышля. Для захвата моста немцы бросили свыше роты, но метким огнем ручных пулеметов противник неоднократно отбрасывался назад с большими для него потерями…Ряды защитников моста редели. Наконец, в живых остался лишь один лейтенант Нечаев. Верный своей присяге Нечаев, подпустив выскочившую из-под моста группу противника, взорвал оставшиеся последние гранаты. Нечаев погиб, уничтожив всю группу врага…До 12-00 22 июня 1941 г. отряд своими силами удерживал в упорных боях линию границы. В 12-00 22 июня 1941 г. был получен приказ начальника войск отойти за линию частей РККА. Выполняя приказ, отряд в составе подразделений обслуживания, штаба и 4-й комендатуры в 13-00 22 июня 1941 г. оставил Перемышль и сосредоточился в с. Ниженковичи, что в 12 км восточнее Перемышля…В 19-00 22 июня 1941 г. в с. Ниженковичи командование отряда получило приказ командира 99-й стрелковой дивизии силами отряда и одного из полков дивизии выбить немцев из Перемышля… Наступление на Перемышль началось 23 июня 1941 г. в 9-00. После ожесточенного боя на подступах к городу первыми ворвались в Перемышль бойцы батальона старшего лейтенанта Полеводы. Под натиском пограничников противник отошел, оставив на улицах города до 300 трупов солдат и офицеров. Перемышль был взят в 17—00 23 июня 1941 г....До 27 июня 1941 г. батальон ст. лейтенанта Полеводы, поддерживаемый мелкими подразделениями 99-й стрелковой дивизии и мобилизованным партактивом, оборонял Перемышль, выдержав несколько десятков атак противника. Упорная оборона позволила эвакуировать Перемышльское отделение госбанка со всеми ценностями. 27 июня 1941 г. в 6—15 по приказу командования батальон ст. лейтенанта Полеводы оставил Перемышль и присоединился к отряду».Кому сейчас известен старший лейтенант Полевода, батальон которого первым отбил город у врага, кто вспомнит подвиг лейтенанта Нечаева? Кто знает, как дальше складывалась фронтовая судьба начальника клуба Жомова, оказавшегося лихим боевым командиром? И кто сможет рассказать о том, как сражалась и погибала 1-я комендатура?Победа на море Вот отрывок из воспоминаний одного их тех, кому первому удалось увидеть потопленный ими немецкий корабль.22 июня 1941 года Евгений Андреевич Макаренко служил на 221-й береговой батарее Северного флота:«…Из залива Петсамо выполз… тральщик. Отличные дальномерщики Куколев и Рыбаков дают дистанцию 52 кабельтовых, пеленг 244 градуса, курс 28 градусов, скорость 10 узлов. Командир Космачев и помощник Поначевный рассчитывают данные для стрельбы. Самой первой, уже не учебной, а боевой стрельбы! Через 3 минуты — в 22 часа 17 минут... первый залп! Вот он, ПЕРВЫЙ залп Военно-морского флота при потоплении ПЕРВОГО вражеского корабля в Великую Отечественную!Но мы тогда этого не знали, да и название такое войны появилось позже. 14 минут продолжался этот первый бой. Шесть прямых попаданий для тральщика в 200–250 тонн оказались роковыми. Черный дым, взрывы, пожар… Объятый пламенем корабль бросается на камни и долго еще горит и дымит.Но это будет потом. А сейчас краснофлотцы, командиры ликуют, кричат «ура!» Комиссар, бывший матрос с форта «Серая Лошадь» Петр Бекетов проводит прямо у пушек митинг. Много лет спустя, в 1985 году, я нашел в документах Центрального Военно-морского архива донесения штаба Мурманского укрепрайона Флагманскому артиллеристу Северного флота об этом первом бое. В донесении, в частности, говорится: «..материальная часть работала безотказно. Личный состав действовал исключительно хорошо и слаженно...» Особенно отличились матросы 1-го орудия: комендоры Виктор Корнеев и Корчагин Павел, номерные Ваня Рубаник — краснощекий здоровый парень, и Абрам Васильев; погребные Иван Медведев, Володя Тельнов, красивый блондин Толя Соболев, быстрый и находчивый, как вьюн Серега Зуев и другие. А жить им на земле оставалось всего шесть дней. 28 июня в первой жестокой бомбежке погиб весь расчет 1-го орудия. От этих товарищей моих не осталось и следов. В огромной дымящейся воронке мы нашли только искореженный штык, обрывки овчинного полушубка и кисть руки одного из них. Чудом уцелел только заваленный в траншее, оглушенный снарядный 1-го орудия Дмитрий Рудыка.Но 22 июня мы радовались первой победе, первом трофею, а с нашей стороны потерь не было! В городке батареи хозяйственники, жены командиров и сверхсрочников и даже дети — тоже рады… Они наблюдали весь бой, взобравшись на небольшой бугор рядом с городком. Воздух был прозрачный, чистый, и результаты боя были хорошо видны простым глазом».Победа в воздухеСергей Федорович Долгушин 22 июня был командиром звена истребителей И-16 122-го авиаполка. Полк базировался на аэродроме Новый Двор в Белоруссии, в пяти километрах от границы.Его первый бой с первой победой в первое утро войны выглядел так:«Сережка Макаров никак не заводится, а я пошел на взлет. Мотор не прогрет: я немного пробежал, потом вернулся, начал разворачиваться… И они начали, как куропатку, меня расстреливать! А мне же нужно было оторваться, потом ноги убрать, сделать 43 оборота рукояткой. И вот я иду около земли, а меня расстреливают. Когда я «ноги» убрал, тут уже правая рука освободилась, и я уже начал маневрировать. Высота маленькая… А он все заходит по хвосту!Так что они ушли, – и я ушел. Я пошел на Гродно, посмотрел, что там. Наши войска через Неман переправляются на восток, в город. Я пошел по границе. Смотрю – самолёт… Его немцы привлекали, чтобы корректировать огонь артиллерии, и вот он мне попался. Я подошел, как дал из всего – и сразу его завалил! Сел, докладываю: границу перешли, идут к нам. Войска вот тут, танки вот тут».Отбитый город, потопленный вражеский корабль, сбитый немецкий самолет – сколько их было за 1418 дней войны. Но эти успехи были первыми ступенями на пути к большой Победе…Максим Кустов Опубликовано 08.05.2016
