Пока живёт память — живёт и род: как Виктор Ракуть сохраняет память о роде и родной деревне
Старые бумаги умеют говорить. Потёртые сгибы, выцветшие чернила, печати, аккуратный почерк — всё это не просто архив. Это следы человеческих судеб, семейной истории и времени, которое давно ушло, но продолжает жить в памяти потомков.
Житель Бреста Виктор Николаевич Ракуть бережно хранит семейный архив: некоторые документы в нём датируются ещё XIX веком. Для него это не просто пожелтевшие листы — это связь с родными, с деревней, с землёй, где прошло детство.
Мать Виктора Николаевича родилась в деревне Ярутичи, отец — в Сосновке. После свадьбы родители купили небольшой домик на хуторе в Мизгирях. Было это примерно в 1955–1958 годах. Там, на хуторе, и родился Виктор.
В семье росло пятеро сыновей: Пётр, Анатолий, Василий, Владимир и Виктор. Детство было непростым, но тёплым. Учиться приходилось при керосиновой лампе, а после уроков помогать родителям по хозяйству. Когда семья строила дом в Мизгирях, Виктор тоже трудился вместе со взрослыми.
С ранних лет он тянулся к технике. У старших братьев были мопеды, которые потом доставались ему. Виктор научился их чинить, и вскоре к нему за помощью стали обращаться односельчане. Уже в седьмом классе, работая в колхозе, он сам заработал на двухскоростной мопед.
— Время было интересное, — вспоминает Виктор Николаевич. — Работали много, но и отдыхать умели. Деревня была дружная. Несмотря на трудности, о тех годах остались самые светлые воспоминания.
В Мизгирях играли свадьбы, собирались на праздники, устраивали игры. По воскресеньям деревня отдыхала. Мама Виктора Николаевича работала полеводом, отец был трактористом, кузнецом и тоже трудился в поле.
Своего дедушку по материнской линии Виктор не знал — тот рано умер. А вот бабушку вспоминает с особой теплотой. Она была доброй, заботливой, всегда присматривала за внуками. Любовь к родным и уважение к семье ему привила мама: она часто навещала родственников и брала сына с собой.
— Наверное, с тех пор у меня это и осталось, — говорит Виктор Николаевич. — Если бываю в каком-нибудь городе, где живут родные, обязательно зайду. Пусть даже на несколько минут. Куплю тортик — и в гости.
С возрастом, признаётся он, особенно сильно тянет к родным местам.
— Когда приезжаю в Мизгири, всегда останавливаюсь возле своего дома, хотя тот уже давно принадлежит другим людям. Тянет и на хутор, несмотря на то, что прежних построек там почти не осталось, — рассказывает мужчина.
— Там уже ничего нет, но есть память. Есть родная земля, поле, места, где прошло детство. Меня туда тянет.
На вопрос, что он чувствует, когда стоит на своей родной земле, Виктор Николаевич отвечает коротко:
— Лёгкость. Для меня родные места — это отдушина. Здесь мы когда-то играли с детворой возле школы. Рядом с сельской церковью была хорошая спортивная площадка, турники. Сейчас этого уже нет, но остались деревья. Они напоминают о прошлом.
Историей Виктор Николаевич интересовался всегда. Ему важно не только знать свои корни, но и видеть места, где жили люди до нас, где происходили события, оставившие след в судьбах семей и деревень.
— Бывало, в отпуск возьму семью — и едем по историческим местам. Мне хотелось, чтобы и дети это видели, чтобы понимали, откуда мы родом.
Особое место в его жизни занимает семейный архив. Виктор Николаевич бережно хранит свидетельства, справки, страховые бумаги, школьные документы, семейные записи. Среди них — школьный аттестат его тёти Евгении Ракуть, в котором все отметки отличные.
В архиве есть документы, относящиеся к разным периодам — от XIX века до наших дней. Большая часть материалов связана с материнской линией, но есть сведения и по отцовской.
Среди семейных реликвий — «Билет беженца на семью Ракуть», предположительно 1915 года. Такой документ мог выдаваться в годы Первой мировой войны семье, покинувшей место жительства из-за военных событий. В нём указаны состав семьи, возраст её членов, отметки о регистрации или помощи.
Есть и опись имущества начала XX века, где перечислены домашние вещи и указана их стоимость. Подобные документы могли составляться при переселении, имущественных делах или оформлении помощи.
Сохранился также польский машинописный документ от 13 февраля 1936 года — вероятно, судебного или административного характера. В нём упоминаются стороны дела, свидетели и денежная сумма. Ещё один ценный документ — страховой полис Powszechny Zakład Ubezpieczeń Wzajemnych 1930 года, связанный со страхованием строения или хозяйства.
Каждый такой лист — маленькое свидетельство большой истории. Через него можно увидеть, как жили люди, чем владели, куда переезжали, какие испытания проходили и что старались сохранить для своих детей.
— Буду продолжать пополнять семейный архив, — говорит Виктор Николаевич. — Это память не только о нашей семье, но и о времени, в котором жили наши предки.
После службы в армии Виктор Николаевич уехал в Брест. Там женился, создал семью. Но связь с родными местами никогда не терял.
Недавно он увековечил память о Мизгиревской школе, чтобы история деревни не исчезла вместе со старыми зданиями и дорогами. Любовь к родной земле, к семье и к памяти предков он старается передать и своей внучке Стефании. Потому что пока живёт память — живёт и род.
“Память рода”
У каждой семьи есть своя история. Она живёт в старых фотографиях, письмах, документах, семейных рассказах и воспоминаниях, которые передаются детям и внукам. Иногда даже один старый снимок или пожелтевший лист могут многое рассказать о человеке и его судьбе.
Gs.by приглашает читателей поделиться историями своих семей. Расскажите о своих родных, местах, где жили ваши предки, семейных реликвиях, старых документах, фотографиях, письмах, трудовых династиях, военных судьбах, традициях и воспоминаниях, которые важно беречь.
Вместе мы сохраним память о людях, семьях, улицах и деревнях – ведь именно из таких историй складывается жизнь нашего края.
Присылайте воспоминания, фотографии и документы по адресу:
г. Слоним, ул. Красноармейская, 41
или на электронную почту: anna@gs.by
Ранее мы писали: Бывшие ученики планируют увековечить Мизгиревскую школу, чтобы оставить память о ней на земле