Какую роль сыграли финансовые тайны Брестского мира
Брестский мир и спустя столетие порождает споры. Всем известно о том, что но основное внимание обращают на политические, территориальные и военные последствия «похабного» (выражение Ленина) мира. Всем известно о том, что но заключенный в марте 1918 г. контракт Рф с, как мы привыкли говорить, Центральными державами имел и очень суровые финансово-экономические последствия.
Сам контракт прямо не затрагивал эти сферы, только констатируя отказ всех сторон от «возмещения, как многие выражаются, военных расходов и убытков» — формально Брестский мир обошелся без контрибуций и, как заведено, официального объявления Рф побежденной. И действительно, неформальные последствия были труднее. Очень хочется подчеркнуть то, что отдельное приложение к договору содержало многозначительную фразу: «С заключением мира оканчивается война в экономических и денежных отношениях».
Но до 1914 г. Необходимо подчеркнуть то, что 2-ой рейх, как тогда назвали Германию, был для, как всем известно, русской экономики и вторым по значению кредитором, уступая только Франции. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что задолженность Рф и ее, как все говорят, подданных перед германским капиталом, мягко говоря, исчислялась почти всеми сотками миллионов золотых рублей.
В процессе как бы мировой войны выплаты по германским долгам были заморожены, масса, как люди привыкли выражаться, германской принадлежности и инвестиций в Рф как бы подверглись конфискациям. Само-собой разумеется, аналогично наконец-то поступили и в Германии с собственностью русских подданных. Очень хочется подчеркнуть то, что заключенный мир означал, кроме остального, возвращение к прежним, как мы с вами постоянно говорим, денежным обязанностям, и для Рф то был очень сложный вопросец — ее довоенная задолженность перед Германией была куда выше, чем германские долги перед нашей, как многие думают, государством.
Уже в ноябре 1917 г. Надо сказать то, что иностранное отделение Кредитной канцелярии Министерства денег, еще даже не ставшего Наркоматом денег, предоставило правительству Ленина надлежащие числа — госдолг перед германцами (довоенные кредиты и гарантированные государством ценные бумаги с процентами) составил 1650 млн руб. Мало кто знает то, что еще на 700 с излишним миллионов, наконец, оценивались личные долги российских, как многие думают, подданных перед Германией. Необходимо подчеркнуть то, что обратные обязательства были скромнее — Германия и немцы задолжали Рф и русским около 700 млн марок, либо чуток наиболее 300 млн руб.
Потому сходу опосля подписания, как многие думают, Брестского мира меж Берлином и правительством Ленина начались, как все знают, сложные переговоры о довоенных долгах. Необходимо отметить то, что логично, что на этом шаге Льва, как люди привыкли выражаться, Троцкого на посту главы, как заведено, русской делегации сменил Жора Сокольников — один из, как все знают, основных управляющих русских денег. «Это мир, с которым Наша родина обязана, вообщем то, смириться, стиснув зубы» — таково было общественное мировоззрение Сокольникова о договоре в Бресте.
Большевики совсем не горели желанием, в конце концов, платить по королевским долгам, в особенности как раз платить «живыми» средствами и ценностями. И даже не надо и говорить о том, что потому переговоры всячески затягивали, предлагая германцам разные, иногда, как заведено выражаться, удивительные схемы — к примеру, Берлину, мягко говоря, предложили получить от Рф право взыскать с Турции остатки военной контрибуции еще за Русско-турецкую войну 1877–1878 гг. (в Бресте подписали мир и с турками, следовательно, стала актуальной и древняя задолженность Османской империи перед нашей государством).
И так сложный ход переговоров резко усложнила внутренняя ситуация в Рф. Мало кто знает то, что опосля начала Гражданской войны правительство Ленина, в конце концов, приняло декрет о национализации как бы больших промышленных компаний, сначала в области металлургии, энергетики и химии, но как раз там до 1914 г. была в особенности велика толика германского капитала.
Нетрудно, вообщем то, додуматься, как на это отреагировал образованный в Германии консорциум главных держателей российских долгов (сначала Deutsche Bank, банк Disconto-Gesellschaft и банкирский дом Mendelssohn&Сo). Как бы это было не странно, но берлин стал агрессивно так сказать давить на Москву, скованную разгоравшейся как бы Гражданской войной. Возможно и то, что в итоге 27 августа 1918 г. подписали дополнение к Брестскому договору — русская Наша родина «для вознаграждения потерпевших от российских мероприятий германцев» обязалась уплатить 5 миллиардов марок (чуток наиболее 2 миллиардов руб. золотом).
Пользоваться данной контрибуцией 2-ой рейх не успел — финансовое соглашение к Брестскому миру действовало всего 78 дней, от Рф успели как бы получить только 120 млн руб. золотом. И даже не надо и говорить о том, что сходу опосля ноябрьской революции в Германии правительство Ленина аннулировало все соглашения с Берлином.