"Малой кровью,могучим ударом!"
«Хорошо, что он не согласился тогда с нами»
Ответ Жукова: «Идея предупредить нападение Германии появилась у нас с [маршалом СССР Семеном Константиновичем] Тимошенко в связи с речью Сталина, с которой он выступил 5 мая 1941 года перед выпускниками военных академий. Он говорил о возможности действовать наступательным образом.
В обстановке, когда враг сосредоточивал силы у наших границ, это выступление убедило нас в необходимости разработать директиву, предусматривавшую предупредительный удар.
Конкретная задача была поставлена [маршалу СССР Александру Михайловичу] Василевскому. 15 мая он доложил проект директивы наркому и мне. Однако мы этот документ сами не подписали, а решили предварительно доложить Сталину.
Но он прямо-таки закипел, услышав о предупредительном ударе по немецким войскам: "Вы что, с ума сошли, немцев хотите спровоцировать?"
Мы сослались на складывавшуюся у границ СССР обстановку, на идеи, содержавшиеся в его выступлении.
В ответ Сталин буквально прорычал: "Так я сказал это, чтобы подбодрить присутствующих, чтобы они думали о победе, а не о непобедимости немецкой армии, о чем трубят газеты всего мира".
Так была похоронена наша идея о предупредительном ударе… Сейчас же я считаю, что хорошо, что он не согласился тогда с нами. Иначе при том состоянии наших войск могла бы произойти катастрофа гораздо более крупная, чем та, которая постигла наши войска в мае 1942 года под Харьковом».
Записка для Сталина
В Центральном архиве Министерства обороны Российской Федерации можно познакомиться с подлинником. Это написанная на бланке наркома рукопись на 15 страницах, озаглавленная «Соображения по плану стратегического развертывания вооруженных сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками». Она адресована народным комиссаром обороны СССР С.К. Тимошенко председателю Совета народных комиссаров И.В. Сталину.
Своеобразный бисерный почерк автора хорошо узнаваем: это почерк Василевского, который был тогда заместителем начальника оперативного отдела Генштаба. Ни подписей, ни резолюции адресата на записке нет, в самом тексте есть правки, сделанные предположительно рукой Жукова.
Рукописный характер «Плана» не должен смущать: подобные документы в соответствии с нормами секретного делопроизводства писались авторами от руки в единственном экземпляре, и о них знали только составители и единственный адресат — Сталин.
К записке приложены карты, на одной из которых стоит дата: «15 мая 1941 года». Хотя задача работы над директивой была возложена на Василевского, в исторических публикациях утвердилось сокращенное название документа — «План Жукова», так как именно в его функции в Генштабе входило военное планирование.
Оценка противника
Начинается доклад с данных разведки о численности вооруженных сил Германии. Отмечается, что «в случае нападения на СССР» она сможет выставить до 180 дивизий, а вместе с союзниками — до 240. Предполагается, что «главные силы немецкой армии <... > будут развернуты к югу от линии Брест — Демблин для нанесения удара в направлении Ковеля, Ровно, Киева».
Отмечается возможность ударов «из Восточной Пруссии на Вильно и Ригу, а также коротких концентрических ударов со стороны Сувалки и Бреста на Волковыск, Барановичи».
На юге считалось возможным наступление румынской армии, поддержанной германскими дивизиями, в направлении Жмеринки, а также вспомогательные удары на Мункач — Львов и Санок — Львов.
Соответствовала ли такая оценка противника действительности? Нет. Согласно директиве германского командования от января 1941 года, группа армий «Юг», которая должна была наносить удар по территории Украины, не состояла из «главных сил немецкой армии», в нее входили 18 пехотных дивизий и одна танковая группа.
А в группе армий «Центр», нацеленной на Беларусь, была более мощная группировка из 24 дивизий и двух танковых групп. Такая же конфигурация сил сохранилась и на 22 июня.
Вывод о превентивном ударе
Завершалась первая часть следующим выводом: «Учитывая, что Германия в настоящее время держит свою армию отмобилизованной, с развернутыми тылами, она имеет возможность предупредить нас в развертывании и нанести внезапный удар. Чтобы предотвратить это, считаю необходимым ни в коем случае не давать инициативы действий германскому командованию, упредить противника в развертывании и атаковать и разгромить (слово было вычеркнуто Жуковым) германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет еще организовать фронт и взаимодействие родов войск».
План операции
Далее предлагался план действий войск Красной армии: первоначально ударом на Краков — Катовице отрезать Германию от южных союзников (Румынии и Венгрии) и достичь промышленного района Силезии.
К 30-му дню операции предполагалось достичь линии Остроленка — река Нарев — Лович — Лодзь — Крейцбург — Оппельн — Оломоуц, то есть пройти с востока на юго-запад всю Польшу и выйти к границам Германии.
Главный удар должны были нанести подразделения Киевского военного округа и частично Западного. Рукой Жукова было добавлено: «Последующей стратегической целью иметь: наступлением из района Катовице в северном или северо-западном направлении разгромить крупные силы центра и северного крыла германского фронта и овладеть территорией бывшей Польши и Восточной Пруссии».
Был ли у этого плана теоретически шанс на успех? Нет, «сердцевина» приготовившейся к наступлению на СССР немецкой группировки находилась не на юге, а в группе армий «Центр», которая и нанесла бы сокрушительный удар по северному флангу устремившихся на Краков советских войск.
Поэтому неудивителен уничижительный послевоенный отзыв Жукова о плане.
Пояснение генерала армии М. А. Гареева:
"После утверждения стратегического плана Генштаба для разработки соответствующих планов объединений, соединений и частей и практической организации их выполнения при самой интенсивной и напряженной работе требуется не менее 3–4 месяцев. Совершенно очевидно, что замысел действий, изложенный в докладной от 15 мая 1941 года, если бы он даже был утвержден, ни при каких обстоятельствах до конца 1941 года не мог быть реализован на практике".
Строительство новых укрепрайонов
Обращают на себя внимание еще слова, вписанные рукой Жукова: «Одновременно необходимо всемерно форсировать строительство и вооружение укрепленных районов, начать строительство укрепрайонов на тыловом рубеже Осташков, Печеп и предусмотреть строительство новых укрепрайонов в 1942 году на границе с Венгрией, а также продолжать строительство укрепрайонов по линии старой госграницы».
Хватило бы горючего и боеприпасов?
После описания планов развертывания войск приводится раздел об обеспеченности их боеприпасами и горюче-смазочными материалами, содержащий любопытные цифры: оказывается, что мелкокалиберных снарядов войскам хватит на три недели; среднекалиберных — на месяц; тяжелокалиберных — на месяц; мин — на полмесяца; зенитных выстрелов для орудий разных типов — на срок от пяти дней до полутора месяцев; авиабоеприпасов — от десяти дней до месяца.
По горюче-смазочным материалам: дизельного топлива хватит на месяц, бензина разных марок — от десяти дней до двух с половиной месяцев. При этом оговаривается, что «запасы горючего, предназначенные для западных округов, эшелонированы в значительном количестве (из-за недостатка емкости на их территории) во внутренних округах».
Мало того, запасы топлива Западного особого военного округа находились в Майкопе… Как мы знаем, первый этап операции был рассчитан на тридцать дней, однако даже на этот период действующей армии не хватило бы горючего и боеприпасов.
А ведь было очевидно, что на границах Германии (если они будут достигнуты на тот момент) боевые действия не закончатся, и потребности Красной армии будут только возрастать.
В итоге документ остался без подписи, а после 15 мая 1941 года все западные приграничные округа получили директивы о подготовке планов обороны и прикрытия границы до 30 мая.
А «план Жукова» остался в архивах в качестве сенсации для будущих историков.
https://www.rubaltic.ru/article/kultura-i-istoriya/21062020-zagadka-plana-zhukova-gotovil-li-sssr-uprezhdayushchiy-udar-po-germanii/