Больше, чем музей. Экспозиция «Подвиг народа» стала реальным прорывом
Музей Победы на Поклонной горе номинирован на премию Президента в области литературы и искусства за произведения для детей и юношества за 2020 г.
Если кто взялся гадать, что за книга или картина стала причиной номинации, занятие это пустое. То, что представил Музей Победы, в формулу «произведения литературы и искусства» укладывается с трудом. Потому что экспозиция «Подвиг народа», открывшаяся для посетителей 16 июля, это, прежде всего, грандиозная научная работа, историческая достоверность, доходящая до степени дотошности. А также впечатляющее применение интерактивных технологий, строительство музейных объектов, воссоздающих реальные здания, интерьеры и пейзажи, создание фильмов-реконструкций и 3D моделей... Словом, даже беглый обзор показывает, что выдвижение на премию более чем заслуженное.
Хотя беглым он может показаться только в пересказе. В реальности экскурсия длится 2 часа. Именно что с экскурсоводом — ходить просто так не полагается. И в этом есть смысл. Во-первых, слишком велика вероятность попросту проглядеть что-то интересное. Во-вторых, экскурсовод здесь — не просто живой аудиогид, а полноправный персонаж двухчасового действа.
Огнемёты и полицаи
Это было продемонстрировано сразу же, как только мы миновали открывающие экспозицию Холмские ворота Брестской крепости, выстроенные творческой мастерской «Невский баталист» в точном соответствии с оригиналом. Дальше — разваленные здания, посечённые снарядами деревья, искорёженное заграждение, бронеавтомобиль... И одна малозаметная, но важная деталь. Фрагменты оплавленного стекла и сильно обгоревшие кирпичи. Без экскурсовода многие ринулись бы, например, к бронеавтомобилю, не обратив на эти фрагменты внимания. И упустили бы интересный сюжет. Оказывается, немецкие газеты 15 августа 1941 г. писали о массовом применении в Брестской крепости огнемётов, которые и оставляют такие вот характерные следы. Огнемёты же применяются, когда есть необходимость тотальной зачистки крепости от сопротивляющихся. Необходимость такая была — всего через 11 дней в Брестскую крепость приехали Гитлер и Муссолини. То есть на тот момент в крепости ещё оставались сражающиеся русские солдаты, которых гитлеровцы по-настоящему боялись. Оставались, несмотря на уверения иных западных публицистов в том, что защитники Бреста, дескать, чуть ли не сразу капитулировали.
Начало экспозиции — оборона Брестской крепости — вполне логично укладывается в концепцию «Подвиг народа», поскольку среди защитников Бреста были и гражданские люди. Потом собственно военных, фронтовых реалий станет меньше. Они уступят место тому, о чём до сих пор говорили не то чтобы мало, но недостаточно. Война в обыденном представлении это прежде всего бои, сражения, операции, танковые атаки и залпы «Катюш». А как и чем жил народ? Как и где работали люди? Каково приходилось тем, кто оказался на территории, оккупированной немцами?
В разделе, рассказывающем об оккупации, можно испытать своего рода шок. Как будто мало было фигуры немецкого офицера, позирующего на фоне виселицы. Как будто мало было фильма-ролика во всю стену, где нацисты грабят смоленскую деревню. Как будто мало было демонстрации гитлеровской пропаганды вроде «Германская армия ваш защитник и друг» и рассказа о том, что на Смоленщине во время оккупации погиб каждый третий, а область до сих пор (!) не восстановила численность. Видимо — да, мало. Потому что одна из фигур — полицай с белой нарукавной повязкой — внезапно ожила и вскинула винтовку: «А ну, стой! Кто такие? ДокУмент давай!» Это было неожиданно и по-настоящему жутко. Создатели экспозиции ещё до открытия говорили, что их задача — максимальное погружение в атмосферу тех лет. После явления полицая стало ясно, что задача решена с блеском.
Реальность войны
Здесь нельзя не вспомнить ленинскую фразу об объективной реальности, которая дана нам в ощущениях. У нас в отношении памяти о Великой Отечественной долгое время наблюдался дефицит именно что ощущений. В книгах и учебниках была, в основном, информация. Кино подходит ближе, но в основном по части эмоций. А «Подвиг народа» одним махом ликвидирует этот дефицит. Здесь война и военное время и впрямь воспринимаются, как объективная реальность, данная нам в ощущениях. Ощущениях слуховых — вой сирен, отрывистые команды на немецком, лай овчарок, стрельба и рёв моторов. Зрительных— экспонаты, фигуры, пейзажи и интерьеры, а также тот самый фильм-ролик, один из 12 специально снятых Игорем Угольниковым для этой выставки. В ощущениях осязательных — все предметы можно и нужно трогать, на лавку в смоленской избе можно присесть, а, ознакомившись с предметами на комоде, убедиться, что это точная копия настоящей избы крестьян Алексеевых из деревни Ланино, о чём свидетельствует аусвайс № 408, выданный оккупантами.
Кстати, этот «полицай» — не наёмный актёр, а сотрудник музея, смотритель зала. Музей Победы продемонстрировал принципиально новый подход — теперь смотритель не привычная всем бабуля с поджатыми губами и вечным: «Тихо! Руками не трогать!», а ещё один полноправный персонаж действа. Впрочем, призыв к тишине мы от смотрителя всё же услышали. Но был он сугубо по делу. В следующем зале к нам подошла барышня в строгом английском костюме по моде сороковых: «Тише, товарищи! Идёт совещание Государственного комитета обороны!» За стеклом и правда двигались и переговаривались знакомые фигуры — Иосиф Сталин, Вячеслав Молотов и «железный нарком» Лазарь Каганович. Обсуждалась тема эвакуации заводов и фабрик, и действительно лучше было вести себя потише, несмотря на то, что за стеклом была «всего лишь» голограмма.
Такие смотрители находятся в каждом зале. Например, в разделе, посвящённом работе эвакуированных заводов, к вам подойдёт старый токарь в спецовке, синем беретике и круглых железных очках. Под грохот станков и радиотрансляцию из чёрной тарелки-репродуктора пояснит и покажет, как собрать автомат ППШ, да ещё и подколет — мол, вон, смотри, тот парнишка 11 лет и то быстрее управляется. Расскажет всё про того парнишку и ещё про десятки тысяч таких, как он — стоящий рядом с тобой за станком на ящике от снарядов, потому что ростом не вышел. А вот сколько автоматов или снарядов выпустил завод, не скажет: «Это, ребята, военная тайна. Опытный агент враз смекнёт, что если производство снарядов увеличилось, это к наступлению. Так что держим язык за зубами».
А потом — медсестра, сортирующая бинты, работник читального зала блокадной библиотеки имени Салтыкова-Щедрина, сотрудница радиостудии, откуда вещал Юрий Левитан... В финале — даже хозяйка венского кафе, которая никак не ожидала от «страшных русских», что они будут раздавать австрийским детям еду.
Без цифровых перегибов
И, конечно, цифровые технологии. Всего в экспозиции 58 информационных комплексов. Это голографические проекции, мультимедийные справочники, интерактивные витрины с предметами, которые тоже погружают в реалии того времени. Скажем, в блокадной библиотеке ты получаешь из картотеки формуляр, сканируешь его штрих-код за столом, и пожалуйста — мне по моему запросу «культурная жизнь советских людей» была в электронном виде представлена вся периодика военных лет по данной теме. Сиди и читай, если время есть.
Но времени не хватает. Потому что хочется попробовать всё. Например, записать в студии Левитана радиосводку «От Советского информбюро» за текущее число — ролик тебе через пару минут пришлют на электронную почту. А ещё попробовать себя в роли участника фронтовой артистической бригады — спеть, предположим, «Катюшу». И не просто так — на экране появятся солдаты, отдыхающие в прифронтовом лесу. Кто-то тебе подпоёт, кто-то подыграет на гармони-тальянке. Кстати, точно такая же тальянка, самая настоящая, лежит в кабине «полуторки», с кузова которой ты только что пел. И экскурсовод обязательно скажет: «Это — единственный музыкальный инструмент, производившийся в годы войны на заводе».
Главное, что всё это работает только в комплексе. Создателям экспозиции удалось нащупать баланс между элементами театра, кино, монументального искусства и собственно музейной выставкой. А ещё удалась очень важная вещь — интегрировать интерактивные системы в общее тематическое пространство. Они не перетягивают внимание на себя. Не дают полностью уйти в виртуальный мир, где война — это такая компьютерная игра, а жертвы, страдания, кровь, тяжкая работа в эвакуации или жизнь под дулом полицая — всего лишь комбинация нулей и единичек в процессоре. Нет. Это всё было по-настоящему. И именно так, как рассказывают и показывают в Музее Победы на экскурсии по экспозиции «Подвиг народа».