Превращение. Как Александр Лукашенко трансформировался в «таракана» и «Сашу 3%»
Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Александр Лукашенко обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое: на широких просторах интернета его называют не иначе как "таракан" или "Саша 3%". Как произошло это драматичное превращение?
Очередные "президентские выборы" в Беларуси, намеченные Александром Лукашенко на август 2020 года, обещали быть точно такими же незаметными, как и предыдущие. Но осенью 2019 года во время "парламентских выборов" появилась надежда, что политическая кампания, связанная с президентской гонкой, будет довольно бурной. Реальная оппозиция протестировала настроения в народе и подтвердила выводы о том, что поддержки у Лукашенко нет никакой. Готовился к выборам ветеран сопротивления, несгибаемый Николай Статкевич. Собирался впервые попробовать себя в качестве кандидата еще один закаленный боец, лидер христианских демократов Павел Северинец.
Власти, в свою очередь, предсказуемо отсекли всех вменяемых кандидатов в "палатку" — так в Беларуси народ зовет то, что должно быть парламентом, — и на этот раз не стали вводить в свой послушный орган даже фейковых кандидатов. Побоялись малейшего намека на возможность нелояльности, понимая, что на этот раз переназначение Лукашенко не будет автоматическим.
И тут грянул COVID-19, что невероятно обрадовало белорусского президента: делай в полицейском государстве с населением что хочешь. Считается, что авторитарные режимы способны более эффективно справляться с эпидемиями, поскольку противовирусные меры предполагают запреты, а с этим у диктаторов всегда дела обстояли хорошо. Надо знать Лукашенко так, как его знают белорусы, чтобы понять, что он поступит ровно наоборот: отпустит все свои тормоза, продемонстрирует свою ненависть к "народцу", как он называет белорусов, будет наслаждаться своим низовым мачизмом, заставляя людей участвовать в массовых мероприятиях в разгар эпидемии. Сам диктатор тщательно оберегал себя – докторами, лекарствами, тестированием окружения. Говорят, китайские товарищи снабжали его необходимыми сведениями и медикаментами. Не исключают, что несколько раз ему делали переливание плазмы крови. На его показательных выступлениях людей сгоняли в плотную толпу, а он сам находился на расстоянии, минимум втрое превышающем безопасную дистанцию.
Лукашенко сгонял людей на массовые мероприятия, а сам держался на безопасной дистанции
А главное – вранье. Постоянное, неумелое – и от того еще более гадкое. И обо всем: о количестве случаев заражения, о смертности, о масштабах и серьезности эпидемии, о готовности (вернее неготовности) больниц и медицинского персонала.
Лукашенко не скрывал, насколько его радует эта ситуация, особенно то, что в наиболее уязвимую группу попали пожилые люди. Вымрут старики – меньше бюджетных расходов, казалось бы говорил его самодовольный вид. Он сладострастно повелевал "народцем": устраивал субботники, военные парады, требовал не закрывать церкви во время пасхальных богослужений, запрещал вводить карантин даже в школах и университетах.
Он торжествовал и позволял себе все, что раньше хотя бы его челядь пыталась контролировать. Ну, чистый Нерон с двойным Калигулой. Собственное переназначение казалось ему легкой прогулкой, тем более, что оппозиция сворачивала свои планы по участию в политической кампании, призывала людей прислушиваться к рекомендациям ВОЗ и объявила народный карантин.
Все складывалось для него просто прекрасно, и последние сомнения в победе над народом отпали, а из всех щелей и проплешин полезло такое беспардонное хамство, которого даже многое повидавшие белорусы не ожидали. Не ожидали и терпеть не стали. Лукашенко удалось совершить невероятное: он оскорбил весь народ. Именно это и определило ход всей нынешней политической кампании, стало той самой последней каплей.
Лукашенко удалось совершить невероятное: он оскорбил весь народ. И это стало последней каплей
После апатичного 2015 года, когда реальная оппозиция не принимала участия в "президентских выборах" по моральным соображениям (в стране оставались политзаключенные, прежде всего Николай Статкевич, кандидат в президенты 2010 года), к 2020 году в народе стало накапливаться недовольство. Заметная вспышка протестов произошла в 2017 году в связи с "законом о тунеядцах", с помощью которого Лукашенко пытался обложить налогами временно неработающих белорусов. Те протесты режиму удалось погасить, но они стали толчком к акциям сопротивления режиму по всей стране под разными лозунгами: от защиты независимости до требований о закрытии аккумуляторного завода в Бресте.
Сегодня же пандемия и безнравственно-хамское поведение Лукашенко послужили катализатором двух главных тенденций в политической и общественной жизни Беларуси: самоорганизации и волонтерской помощи, а также массового и непрекращающегося протеста.
Поняв, что все усилия Лукашенко направлял на то, чтобы коронавирусом заразились как можно больше жителей, и убедившись, что никакой помощи от режима в период пандемии не будет, люди начали откровенно саботировать все распоряжения и приказы президента, касающиеся коронавируса. Родители не пускали детей в школы, люди прибегали к самоизоляции, прекращали ненужные встречи, фирмы придумывали модели дистанционной работы. Волонтеры заботились о заболевших, пожилых людях, врачах, медперсонале. В Беларуси началась нормальная социальная жизнь. Проявление солидарности из отдельных случаев превратились в систему, стало обязательным. Народ стал жить независимо от государства и обнаружил, что этот замшелый режим просто лишний. В этот же период стал нарастать протест, в котором на лидерские позиции выходили новые люди, такие, как Сергей Тихановский. Во многом благодаря его усилиям, которые дополняли действия лидеров и активистов оппозиции, география протестов расширялась, о сами протесты становились все заметнее.
В пандемию народ стал жить независимо от государства и обнаружил, что этот замшелый режим просто лишний
Лукашенко занервничал и назначил выборы на 9 августа — на 3 недели раньше срока. Август был выбран неслучайно: критика с Запада будет звучать тише, если выборы пройдут в разгар летних отпусков. В 2010 году, к слову, голосование приходилось на Рождество. Вскоре после объявления даты выборов президента ждал неприятный сюрприз — о своем решении баллотироваться сначала объявил бывший член его команды Валерий Цепкало, успешный чиновник, создавший IT-гавань в Беларуси, а затем и крупный банкир, глава Белгазпромбанка Виктор Бабарико, который оставил эту должность, чтобы принять участие в политической кампании.
И Бабарико, и Цепкало с первых дней кампании старательно открещивались от оппозиции и протестов, пытаясь изобразить какой-то третий путь "между струек", не понимая, что призывать серийных преступников Лидию Ермошину, главу ЦИК с 1996 года, и Александра Лукашенко к соблюдению законов – все равно, что прыгать с самолета с инструкцией к парашюту, но без самого парашюта. Любой, кто выражает хоть какое-то несогласие с главой государства, моментально зачисляется в оппозицию к режиму.
В политической кампании помимо умеренного Бабарико обозначился еще один явный лидер — протестный кандидат Сергей Тихановский. Такое сочетание привело к объединению всех недовольных режимом в мощное протестное движение, которое по сей день набирает силу. Лукашенко перепугался не на шутку. Белорусы знают, что перепуганный диктатор теряет остатки адекватности, начинает врать еще больше, пытаясь скрыть свой страх, и снует по силовикам, заглядывая им в глаза в поисках лояльности. В этом году он со своим страхом просто не совладал.
Если в 2010 году он дотерпел до дня выборов и тогда, уже из бункера, отдал приказ расправиться с мирной демонстрацией и кандидатами в президенты, то в этом году он устроил террор до выборов: посадил всех реальных кандидатов в президенты (Статкевича, Бабарико, Тихановского, Северинца) и устроил охоту за активистами, блогерами, членами команд кандидатов и даже случайными людьми, которые просто проходили мимо пикетов альтернативных кандидатов. Счет арестованных уже перевалил за тысячу и продолжает расти.
Лукашенко капитально просчитался. Он тщательно зачистил политическое пространство от всех сильных конкурентов и позволил зарегистрировать домохозяйку Светлану Тихановскую, которая выдвинула свою кандидатуру только для того, чтобы не пропали усилия ее мужа. Именно эта домохозяйка и стала всенародным кандидатом, пользующейся небывалой поддержкой белорусов. По популярности в мировых медиа она моментально сравнялась с Лукашенко. Поддержка Тихановской все еще растет, а Лукашенко намертво прирос к той нише, которую ему определил народ, - “Саша 3%”.
Сегодня в Беларуси на глазах у всего мира происходят удивительные процессы. В режиме реального времени мир видит, как режим диктатора агонизирует, а белорусы пробуждаются – народ каждый день совершает красивые мужественные поступки, больше не позволяя унижать свое достоинство. Именно народ сегодня стал основным кандидатом на должность руководителя Беларуси, как оно и должно быть. Люди перестали сомневаться в своих силах и уже показали, что способны быть лидерами – и коллективными, и индивидуальными.
Говорят, что диктаторы просто так власть не отдают. Это правда, которая нуждается в расшифровке. Они цепляются не за власть в государстве, а за власть над людьми, необходимую им для удовлетворения своих комплексов. Они держатся за роскошь, рабов и плотские утехи. Они ничего не дают государству и народу, а забирают все больше.
Лукашенко из таких. Он может еще наделать глупостей перед уходом, но его уже ничего не спасет. Народ Беларуси высказался и сделал свой выбор.