Значимые люди.
Был он совершенно обычнейшим, в сексе - ничего такого, о чём можно было б написать.
Но я его запомнила.
Всё потому, что он, зайдя ко мне в квартиру, попросив кофе и усевшись на стул, сделал то, что я потом ещё долго не могла уложить в голове.
В общем, в тот момент, когда я поставила перед ним чашку, он как-то даже нарочито медлительно порылся в карманах висящей на стуле куртки, выложил на стол телефон, и сказал:
- Смотри. Это айфон! Пятый!
...и гордо посмотрел на меня.
Они тогда только-только вышли.
До сих пор не понимаю, о чём он думал в этот момент. Может, решил, что я-то, забитая проститутка, низшее существо, увидев такую игрушку (айфон же! пятый! ёпт!), паду ниц перед его, клиента, важностью?
Я, помню, мощно перезагрузилась и поняла вдруг, что совершенно не понимаю, как себя вести. Он явно насладился возникшей паузой, смерил меня самодовольным взглядом, перепутав, очевидно, моё замешательство с восхищением, и продолжил как-то свысока:
-Хочешь посмотреть?
Я сглотнула. Слова у меня как-то вмиг закончились.
Нет, я, для приличия, конечно, что-то промычала, а когда он ушёл, мы с Лизкой ещё долго ржали по телефону. Ну да, люди бывают прекрасными!
* * * * *
Я помню какой была Наташка, когда она только-только приехала в Питер. Приехала, как приезжают многие сельские девочки, которые без образования и перспектив. В стрёмных покорёженных туфельках, дермантиновой курточке и с сумочкой из тех, что на рынке по двести рублей. Ну, знаете, такая, за версту видно, откуда вещь.
Её тогда приняла у себя Аурика, она сама уже несколько лет как не работала, но держала с мужем девчонок. Девчонки слетались к Аурике через сарафанное радио. Вот и Наташка была одной из них. Ну а что, в родном селе с работой ёк, а тут подружка, приехавшая в гости, подрассказала, сдала места. Вот и понеслась Наташка за хорошей жизнью, чё.
С ней пришлось, конечно, поработать, довести до ума. При весьма неплохих от природы внешних данных была она, мягко говоря, село селом. Причём таким селом, хрестоматийным, со всем набором специфических черт. Она не умела краситься (густые рыжие блёстки, осыпавшиеся с век на щёки - это не макияж), не очень-то следила за собой (ногти с облезшим розовым лаком не добавляют даме шарма), не умела говорить (сельский говорок с вездесущим эканьем в те моменты, когда нечего сказать, а сказать ей было нечего почти всегда)... Всё это приходилось исправлять.
Мужики её, насколько я от Аурики знала, брали, но часто только один раз.
Фигура фигурой, но мясо - это же ещё не всё.
Потом Наташка как-то обтесалась. Пообсмотрелась на девчонок, обзавелась нормальными тряпочками, и даже научилась ходить в салон на маникюр.
Мы с Аурикой тогда достаточно часто общались, я её девок знала, девки меня. Помню, Наташка относилась ко мне с каким-то непонятным благоговением, и даже заискиванием, что ли. И помню даже, что меня это немного смущало.
Работала она у Аурики что-то года полтора. А потом ушла на вольные хлеба. Ну как ушла… Подобрали.
Нашёлся там какой-то мужичок, не по работе, кстати. Мужичок, понятно, был женат, но капиталец кое-какой имел. И не капиталец даже, а так, крутился. Наташка к тому времени уже научилась выглядеть нормально, вот он и позарился.
Короче, классически захомутали мужичка ногами.
Впрочем, ума в Наташке сильно не прибавилось, но она хоть научилась глупость не показывать, да и экать перестала. Да и нужен мужикам тот ум…
Понятно, что Наташка с девками из прошлой жизни общаться не перестала, и новости от неё нет-нет, да и долетали.
Долетело, например, что мужичок ей сначала квартирку небольшую снял, а потом и работать где-то у себя пристроил. То ли чтоб без дела не сидела, то ли чтобы под присмотром всегда была, а то ли чтоб меньше тратиться, всё ж не только ногами отработает.
Долетело, что Наташка этим положением даже гордится - ну не хухры-мухры, чтоб из села, да вот так сразу через каких-то пару лет и любовник, и работа, и не где-нибудь, а прям в офисе. Это ж ого-го, понимать же надо! (Девки ржали, что офиса там того - три калеки, и мужичок совсем не олигарх).
Короче, долетело, что Наташка малость начала звездить.
Встретила я её совсем случайно, и даже сразу не узнала. Она перекрасила волосы, да и одеваться стала по-другому, натурально как офисная дама. Но офиса такого, знаете… не там, где шанели и витоны, а вот это вот всё, что по утрам идёт пешком к метро, очень средненький такой массмаркет-офис, отделы магазинов типа Оджи: безликие юбки из плохих тканей и блузки, с которых ниточки надо срезать потом самой.
Наташка сидела в кафе, куда я зашла выпить кофе. Она меня узнала и даже обрадовалось. Я подсела к ней. Она ждала подружку.
Мы мило потрепались почти что ни о чём, ну знаете, вот это "как дела-нормально", а потом Наташка вдруг сделала то, после чего я и вспомнила мужичка того, с айфоном.
В одну из пауз Наташка посмотрела на свои часы, лицо её приняло вдруг выражение капризное и чуть надменное, а потом она сказала:
-Блин, ну сколько я могу эту Ирку ждать! Она что, не понимает, что сейчас моё время очень дорого стоит?!
________
© Екатерина Безымянная