Заповедная Кимжа
Оригинал взят у ollazarev в Заповедная Кимжа
Год уже прошел, как посетил я те удивительные края, а чувсвтва и впечатления мои все не могут воплотиться в слова, которые передали бы в полной мере виденное и слышанное. Образы людей, деревенских улиц, северной зимы с ее морозом и глубоким скрипучим снегом под валенками, широкой Мезени и маленькой извилистой Кимжи являются вновь и вновь перед глазами. И, кажется, невозможно облечь в слово всю эту зимнюю тишь и красоту спрятавшейся за лесами мезенской деревни. На помощь могут прийти лишь песни - душевные песни Русского Севера, отражающие его красоту и самобытность. Словно в сказке Писахова, они застывают на морозе, обращаясь в кружевные узоры, и радетельный гость обязательно увезет с собой эту частичку традиции и жизни здешних людей...
Деревня Кимжа расположена между двух рек - Мезени и Кимжи, в нескольких километрах от устья последней. Весной и осенью распутица отрезает деревню от Большой земли. До Архангельска отсюда - 350 км, до поморского города Мезени - 50 километров. Первая фотография захватывает изгиб реки Кимжи, за кадром справа - прорубь, откуда жители зимой набирают воду. Вода в реке немного желтоватая, но вполне пригодная для питья.
Еще один вид на спуск к реке Кимже.
По устному преданию, сохранившемуся среди кимженских старожилов, название реки и деревни произошло от первопоселенца этих мест Кима. Жители этих мест говорили: «Тут Ким жил». И от короткого и быстрого произношения этих двух последних слов и получилось название деревни Кимжа. По другой версии, название, как реки, так и деревни произошло от финно-угорского слова «киима», что означает токовище. Кимжа со всех сторон окружена лесами, богатыми дичью, а глухарей и тетеревов в этих местах всегда водилось великое множество, и когда у этих птиц наступал брачный период, в мае — июне, их клекот был слышен за много километров. Саамское же толкование Кимжи в переводе на русский язык звучит как «река, у которой много следов». (Н. Окладников «Заповедная Кимжа»)
Одна из главных жемчужин Кимжи - единственная сохранившаяся на Мезени деревянная шатровая Одигитриевская церковь мезенского типа постройки ("шатер на крещатой бочке"). Ее предшественница - деревянная церковь с колокольней в честь Богоматери-путеводительницы Одигитрии, с приделом во имя преподобных Зосимы и Савватия Соловецких (начало XVII века) - сгорела от молнии в 1699 году. Новая церковь строилась с 1700 по 1709 гг. из самого прочного на Русском Севере материала - "кондовой" лиственницы, а освящена была лишь в 1763 году. Церковь была закрыта около 1936 г. и использовалась как склад.
Недавно церковь была вновь отреставрирована. Когда я гостил в Кимже в первых числах января 2016 года, церковь была обнесена лесами. Сейчас леса уже сняли и церковь обшили тесом.
Церковь иконы Божией Матери Одигитрия. Снимок Уильяма Брумфилда, увлекшегося фотосъемкой древнерусского зодчества в начале 1970-х.
Стоит сказать, что Кимжа была одним из центров старообрядчества на Мезени, и в 1915 году здесь по ходатайству кимженских крестьян-старообрядцев поповского австрийского толка (приемлющих священство Белокриницкой иерархии, в отличие от старообрядцев-беспоповцев поморского толка) была построена деревянная часовня во имя явления иконы Смоленской Пресвятой Богородицы. Старообрядческая часовня до сегодняшнего дня не сохранилась.
В целом же деревня, в том числе благодаря своему обособленному местоположению, доныне сохраняет своеобразный облик поморского поселения XIX века, являясь "живым музеем" под открытым небом. "Дома, расположенные в три порядка, окнами главного фасада обращены к реке и к центральной улице деревни. Здесь соединились два характерных для Русского Севера типа планировки: рядовая и уличная, с прекрасной архитектурной доминантой – Одигитриевской церковью. Храм обращен одновременно к реке и к главной площади села, которую окружали дома богатых кимженских крестьян. Он неразрывно связан со всем окружением и в то же время главенствует над округой." (А. Б. Пермиловская. "Село Кимжа Мезенского района")
Окраину Кимжи украшают две мукомольные ветряные мельницы (ветряки), обнесенные невысокой оградой.
"Мезенские мельницы отличались особой архитектурой, это были мельницы – столбовки. Называли их так потому, что основой их являлся врытый в землю столб, окруженный мощным бревенчатым ряжем – срубом, сужающимся кверху." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа"). До революции в деревне насчитывалось порядка 10 мельниц (10 мельниц - 1865 г., 9 мельниц - 1870 г.), уцелели лишь две из них – рода Воронухиных (1920-1922 гг., не достроена из-за запрета на индивидуальное строительство после образования колхозов; достроена в наше время) и Дерягиных (построена "5 мая 1897 г.", в советское время была конфискована у хозяина и до 1960-х работала как колхозная). Кимженские мельницы - самые северные мельницы в мире, восстанавливались при участии голландских мастеров.
Помор Евгений расчищает лестницу мельницы XIX века от снега.
На фотографии выше можно увидеть справа от мельницы воротило - длинное бревно, с помощью которого при изменении направления ветра мельничный амбар поворачивали в нужном направлении. "На ряжевой подставе вращался мельничный амбар в виде клети, рубленный «в лапу» из затесанных брусьев. <...> Наверх в мельничное помещение поднимались по лестнице. <...> Когда мельница не работала, ее крылья вместе с амбаром поворачивали в сторону, обратную от ветра, чтобы избежать поломки их. Поэтому иногда хозяева ходили к своим ветрякам два – три раза в день. Но эти хлопоты стоили того, так как хорошие мельницы размалывали за сутки до 400 пудов зерна." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа")
Исследователь деревянной архитектуры Русского Севера А.В. Ополовников писал о ветряных мельницах-столбовках: "У столбовок клеть держится, по сути дела, только на одном-единственном осевом столбе, как на тонкой шейке. Эта оригинальная особенность конструкции самым непосредственным образом сказывается на самобытных формах и предопределяет подкупающую оригинальность их архитектурного облика. Ну а о сказочно-фантастическом силуэте таких мельниц не приходится и говорить! Словно диковинная птица на шесте! <...> Сам образ такой мельницы настолько русский и так резко отличается от всех других, что это обстоятельство принуждает выделить ее в особый тип и поставить ее на особое место – самое видное".
"Сколоченные из широких теснин крылья мельницы вращались под напором ветра и через привод, связанный с ветровым валом зубчатой передачей, приводили в движение каменные жернова, расположенные внутри мельничного амбара." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа")
На фотографии выше, по всей видимости, лебедка для подъема мешков с зерном на мельницу.
Виды на Кимжу с мельничного амбара.
Возле домов сложены поленницы, кое-где встречается сельскохозяйственная техника.
Например, вот эта борона.
Фотография выше привлекает меня своей таинственностью. Смеркается. Вдалеке бежит собака, которая встретилась нам еще по пути на мельницу, справа - с лопатой возвращается Евгений. Вокруг - ни души...
Отправимся к обетному кресту второй половины XIX века, расположенному на берегу реки Мезени, где начинается дорога в Кимжу, в полутора километрах от деревни.
По пути встречаются кресты-голубцы меньших размеров. На фотографии выше - Старое кладбище.
Кресты на Мезени ставили по разным поводам. Так, надмогильные кресты ставили на месте захоронения предков. В Кимже существовал обычай хоронить умерших по их завету, чаще всего на их земельном наделе. Обетные ("оветные") кресты ставили "по обету (обещанию), данному Богу в благодарность за добро или избавление от какой-либо опасности, или в память о каком-либо горе, или значительном событии". Среди мезенских поморов-промышленников бытовала поговорка: "Кто на море не бывал, тот Бога не маливал". Охранительные кресты "ставились по обочинам дорог, на их перекрестке и на волоках как средство спасения путников от всяких невзгод, приведений и «леших», которые, по преданию, появлялись на этих путях" (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа").
Чтобы из деревни добраться до обетного креста, нужно пройти по дороге, с обеих сторон окруженной лесом.
По пути то и дело натыкаешься на уходящие в лес следы зверюшек.
Вот и обетный крест. Погода морозная, нос и щеки замерзли, но, находясь здесь, забываешь об этом - Кимженский крест особо почитается на Мезени, и поклониться ему приезжают даже из соседних деревень.
"С особой почтительностью кимженскому кресту поклоняются и в настоящее время. Подтверждением этому служит традиция ежегодно на Пасху шить рубашку из белого полотна с вышитым крестом посередине, и надевать его на крест." (А. Б. Пермиловская. "Село Кимжа Мезенского района")
Кимженский обетный крест поставлен купцом Савиным в 1887 году «в память о спасении от утопления в р. Мезени».
"Самой распространенной формой обета было обещание пожертвовать «на крест» отрез материи или полотенце. Нередко на таких крестах вешали шелковые платки и клали к подножью креста деньги. Подобные дары еще сейчас можно увидеть на сохранившихся мезенских обетных крестах." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа")
Надпись на кресте: "Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое Воскресение Твое славим".
На вертикальных брусьях креста, а также на обратной его части, вырезана криптограмма, подписанная как "Изображение воскресной молитвы". Расшифровать текст молитвы мне не удалось.
Слева от обетного креста - переправа через реку Мезень. Зимой переправа ледовая, а летом в зависимости от уровня воды - понтонный мост или маленькие паромчики.
Такая картина открывается, если пройти чуть подальше.
Теперь мы отправимся на "новое" Кимженское кладбище в Замочище, отстоящее примерно в километре от деревни.
Вид на Кимжу с Замочища.
На кладбище.
Вновь следы на снегу.
Зимой дни на Мезени короткие, и солнце вновь окрашивает поморскую деревню в цвета заката...
В заключение скажу про гостеприимство жителей Кимжи. За неделю, проведенную мною в деревне, я побывал в нескольких домах, услышал песни и множество интересных рассказов. В Кимже каждый дом как музей; здешние же музеи не "мертвые", а каждый из них живет полноценной, насыщенной событиями, жизнью.
Фотография из музея "Школа ремесел", где мне разрешили поработать на ткацком станке. Все ткацкие станки, находящиеся в школе, задействованы - местные жители ткут половики (в том числе на продажу) и рушники (тканые полотенца).
Снеговик рядом со школой ремесел.
Блюда, с любовью приготовленные в русской печи, обладают отменным вкусом, а чай из самовара согреет в морозы, нередкие в этих краях...
Справа на фотографии - латка с блюдом из рыбы. Рыбу здесь принято есть руками, мокая хлеб в рыбный навар. "Мочи́-мочи́, да рыбку не волочи́ - други́ гости будут".
На Рождество Христово чай из самовара хорош с козулями - пряничками в виде животных - как собственного приготовления, так и собранных по домам во время святочных славлений (или, как еще говорят, колядований).
До новых встреч!
Деревня Кимжа расположена между двух рек - Мезени и Кимжи, в нескольких километрах от устья последней. Весной и осенью распутица отрезает деревню от Большой земли. До Архангельска отсюда - 350 км, до поморского города Мезени - 50 километров. Первая фотография захватывает изгиб реки Кимжи, за кадром справа - прорубь, откуда жители зимой набирают воду. Вода в реке немного желтоватая, но вполне пригодная для питья.
Еще один вид на спуск к реке Кимже.
По устному преданию, сохранившемуся среди кимженских старожилов, название реки и деревни произошло от первопоселенца этих мест Кима. Жители этих мест говорили: «Тут Ким жил». И от короткого и быстрого произношения этих двух последних слов и получилось название деревни Кимжа. По другой версии, название, как реки, так и деревни произошло от финно-угорского слова «киима», что означает токовище. Кимжа со всех сторон окружена лесами, богатыми дичью, а глухарей и тетеревов в этих местах всегда водилось великое множество, и когда у этих птиц наступал брачный период, в мае — июне, их клекот был слышен за много километров. Саамское же толкование Кимжи в переводе на русский язык звучит как «река, у которой много следов». (Н. Окладников «Заповедная Кимжа»)
Одна из главных жемчужин Кимжи - единственная сохранившаяся на Мезени деревянная шатровая Одигитриевская церковь мезенского типа постройки ("шатер на крещатой бочке"). Ее предшественница - деревянная церковь с колокольней в честь Богоматери-путеводительницы Одигитрии, с приделом во имя преподобных Зосимы и Савватия Соловецких (начало XVII века) - сгорела от молнии в 1699 году. Новая церковь строилась с 1700 по 1709 гг. из самого прочного на Русском Севере материала - "кондовой" лиственницы, а освящена была лишь в 1763 году. Церковь была закрыта около 1936 г. и использовалась как склад.
Недавно церковь была вновь отреставрирована. Когда я гостил в Кимже в первых числах января 2016 года, церковь была обнесена лесами. Сейчас леса уже сняли и церковь обшили тесом.
Церковь иконы Божией Матери Одигитрия. Снимок Уильяма Брумфилда, увлекшегося фотосъемкой древнерусского зодчества в начале 1970-х.
Стоит сказать, что Кимжа была одним из центров старообрядчества на Мезени, и в 1915 году здесь по ходатайству кимженских крестьян-старообрядцев поповского австрийского толка (приемлющих священство Белокриницкой иерархии, в отличие от старообрядцев-беспоповцев поморского толка) была построена деревянная часовня во имя явления иконы Смоленской Пресвятой Богородицы. Старообрядческая часовня до сегодняшнего дня не сохранилась.
В целом же деревня, в том числе благодаря своему обособленному местоположению, доныне сохраняет своеобразный облик поморского поселения XIX века, являясь "живым музеем" под открытым небом. "Дома, расположенные в три порядка, окнами главного фасада обращены к реке и к центральной улице деревни. Здесь соединились два характерных для Русского Севера типа планировки: рядовая и уличная, с прекрасной архитектурной доминантой – Одигитриевской церковью. Храм обращен одновременно к реке и к главной площади села, которую окружали дома богатых кимженских крестьян. Он неразрывно связан со всем окружением и в то же время главенствует над округой." (А. Б. Пермиловская. "Село Кимжа Мезенского района")
Окраину Кимжи украшают две мукомольные ветряные мельницы (ветряки), обнесенные невысокой оградой.
"Мезенские мельницы отличались особой архитектурой, это были мельницы – столбовки. Называли их так потому, что основой их являлся врытый в землю столб, окруженный мощным бревенчатым ряжем – срубом, сужающимся кверху." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа"). До революции в деревне насчитывалось порядка 10 мельниц (10 мельниц - 1865 г., 9 мельниц - 1870 г.), уцелели лишь две из них – рода Воронухиных (1920-1922 гг., не достроена из-за запрета на индивидуальное строительство после образования колхозов; достроена в наше время) и Дерягиных (построена "5 мая 1897 г.", в советское время была конфискована у хозяина и до 1960-х работала как колхозная). Кимженские мельницы - самые северные мельницы в мире, восстанавливались при участии голландских мастеров.
Помор Евгений расчищает лестницу мельницы XIX века от снега.
На фотографии выше можно увидеть справа от мельницы воротило - длинное бревно, с помощью которого при изменении направления ветра мельничный амбар поворачивали в нужном направлении. "На ряжевой подставе вращался мельничный амбар в виде клети, рубленный «в лапу» из затесанных брусьев. <...> Наверх в мельничное помещение поднимались по лестнице. <...> Когда мельница не работала, ее крылья вместе с амбаром поворачивали в сторону, обратную от ветра, чтобы избежать поломки их. Поэтому иногда хозяева ходили к своим ветрякам два – три раза в день. Но эти хлопоты стоили того, так как хорошие мельницы размалывали за сутки до 400 пудов зерна." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа")
Исследователь деревянной архитектуры Русского Севера А.В. Ополовников писал о ветряных мельницах-столбовках: "У столбовок клеть держится, по сути дела, только на одном-единственном осевом столбе, как на тонкой шейке. Эта оригинальная особенность конструкции самым непосредственным образом сказывается на самобытных формах и предопределяет подкупающую оригинальность их архитектурного облика. Ну а о сказочно-фантастическом силуэте таких мельниц не приходится и говорить! Словно диковинная птица на шесте! <...> Сам образ такой мельницы настолько русский и так резко отличается от всех других, что это обстоятельство принуждает выделить ее в особый тип и поставить ее на особое место – самое видное".
"Сколоченные из широких теснин крылья мельницы вращались под напором ветра и через привод, связанный с ветровым валом зубчатой передачей, приводили в движение каменные жернова, расположенные внутри мельничного амбара." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа")
На фотографии выше, по всей видимости, лебедка для подъема мешков с зерном на мельницу.
Виды на Кимжу с мельничного амбара.
Возле домов сложены поленницы, кое-где встречается сельскохозяйственная техника.
Например, вот эта борона.
Фотография выше привлекает меня своей таинственностью. Смеркается. Вдалеке бежит собака, которая встретилась нам еще по пути на мельницу, справа - с лопатой возвращается Евгений. Вокруг - ни души...
Отправимся к обетному кресту второй половины XIX века, расположенному на берегу реки Мезени, где начинается дорога в Кимжу, в полутора километрах от деревни.
По пути встречаются кресты-голубцы меньших размеров. На фотографии выше - Старое кладбище.
Кресты на Мезени ставили по разным поводам. Так, надмогильные кресты ставили на месте захоронения предков. В Кимже существовал обычай хоронить умерших по их завету, чаще всего на их земельном наделе. Обетные ("оветные") кресты ставили "по обету (обещанию), данному Богу в благодарность за добро или избавление от какой-либо опасности, или в память о каком-либо горе, или значительном событии". Среди мезенских поморов-промышленников бытовала поговорка: "Кто на море не бывал, тот Бога не маливал". Охранительные кресты "ставились по обочинам дорог, на их перекрестке и на волоках как средство спасения путников от всяких невзгод, приведений и «леших», которые, по преданию, появлялись на этих путях" (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа").
Чтобы из деревни добраться до обетного креста, нужно пройти по дороге, с обеих сторон окруженной лесом.
По пути то и дело натыкаешься на уходящие в лес следы зверюшек.
Вот и обетный крест. Погода морозная, нос и щеки замерзли, но, находясь здесь, забываешь об этом - Кимженский крест особо почитается на Мезени, и поклониться ему приезжают даже из соседних деревень.
"С особой почтительностью кимженскому кресту поклоняются и в настоящее время. Подтверждением этому служит традиция ежегодно на Пасху шить рубашку из белого полотна с вышитым крестом посередине, и надевать его на крест." (А. Б. Пермиловская. "Село Кимжа Мезенского района")
Кимженский обетный крест поставлен купцом Савиным в 1887 году «в память о спасении от утопления в р. Мезени».
"Самой распространенной формой обета было обещание пожертвовать «на крест» отрез материи или полотенце. Нередко на таких крестах вешали шелковые платки и клали к подножью креста деньги. Подобные дары еще сейчас можно увидеть на сохранившихся мезенских обетных крестах." (Н. Окладников. "Заповедная Кимжа")
Надпись на кресте: "Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое Воскресение Твое славим".
На вертикальных брусьях креста, а также на обратной его части, вырезана криптограмма, подписанная как "Изображение воскресной молитвы". Расшифровать текст молитвы мне не удалось.
Слева от обетного креста - переправа через реку Мезень. Зимой переправа ледовая, а летом в зависимости от уровня воды - понтонный мост или маленькие паромчики.
Такая картина открывается, если пройти чуть подальше.
Теперь мы отправимся на "новое" Кимженское кладбище в Замочище, отстоящее примерно в километре от деревни.
Вид на Кимжу с Замочища.
На кладбище.
Вновь следы на снегу.
Зимой дни на Мезени короткие, и солнце вновь окрашивает поморскую деревню в цвета заката...
В заключение скажу про гостеприимство жителей Кимжи. За неделю, проведенную мною в деревне, я побывал в нескольких домах, услышал песни и множество интересных рассказов. В Кимже каждый дом как музей; здешние же музеи не "мертвые", а каждый из них живет полноценной, насыщенной событиями, жизнью.
Фотография из музея "Школа ремесел", где мне разрешили поработать на ткацком станке. Все ткацкие станки, находящиеся в школе, задействованы - местные жители ткут половики (в том числе на продажу) и рушники (тканые полотенца).
Снеговик рядом со школой ремесел.
Блюда, с любовью приготовленные в русской печи, обладают отменным вкусом, а чай из самовара согреет в морозы, нередкие в этих краях...
Справа на фотографии - латка с блюдом из рыбы. Рыбу здесь принято есть руками, мокая хлеб в рыбный навар. "Мочи́-мочи́, да рыбку не волочи́ - други́ гости будут".
На Рождество Христово чай из самовара хорош с козулями - пряничками в виде животных - как собственного приготовления, так и собранных по домам во время святочных славлений (или, как еще говорят, колядований).
Чёрный выжлак-от летит – он куниц-лисиц тащит,
Он куниц-лисиц тащит, да на кунью шубу.
Как ясен сокол летит – да он белу лебедь тащит
На почестен стол, да на поряден пир,
На воскушанье, да на возрушанье.
А червлен кораб бежит, да живота много тащит
На житье, на бытье, на богачество.
До новых встреч!