Близкие отношения не означают полного согласия
Близкие отношения Ирана с Россией не означают согласия Тегерана со всеми действиями Москвы в сирийском вопросе, заявил в воскресенье, 6 марта, президент Исламской Республики Хасан Роухани. Его слова со ссылкой на агентство ISNA приводит РИА Новости. «Наши отношения с Россией находятся на хорошем уровне, между странами есть сотрудничество. Конечно, это вовсе не означает согласия Ирана с любым шагом России», — сказал он.
Иранский президент отметил, что конечной целью Тегерана и Москвы является прекращение войны в Сирии и установление в стране нормальной жизни, чему должно поспособствовать начавшееся 27 февраля перемирие. В 2016 году Исламскую Республику посетил ряд высокопоставленных российских чиновников. Официальный визит в Иран в том числе нанес министр обороны Сергей Шойгу. На фоне этого, а также постепенного снятия международных санкций с Тегерана активизируется сотрудничество Ирана и России в военно-технической сфере, туризме и бизнесе. Кроме того, российские и иранские военные выполняют различные задачи в Сирии по борьбе с террористической группировкой «Исламское государство».
http://lenta.ru/news/2016/03/06/rouhani/ - цинк
PS. Собственно, такие заявления показывают, что Россия в Сирии действует именно в составе коалиции союзников, а не управляет набором марионеток в директивном порядке. После долгого перерыва, Россия впервые участвует в крупном международном конфликте имея рядом с собой не просто декларативных сторонников, а ряд стран напрямую участвующих вместе с ней в войне на одной стороне. И Сирия и Иран осуществляют субъектную внешнюю политику, при этом Сирия в значительной степени зависит от российской военно-экономической помощи, а Иран же в этом вопросе более самодостаточен. Как и Россия Иран является крупным региональным игроком, не претендующим на мировую доминацию, но стремящимся расширить свое влияние в сопредельных государствах, где эти интересы сталкиваются с интересами других стран, блоков и коалиций. Совпадение интересов по Сирии привело к созданию ситуативной коалиции, которая при определенных раскладах может заложить основу для более продолжительного партнерства в ближневосточных делах.
Трудность коалиционной дипломатии заключается в том, что надо учитывать мнения и интересы союзников. Когда страна действует в международной изоляции полагаясь лишь на армию и флот, этой проблемы с одной стороны нет, но с другой стороны крайне не желательно оказываться в одиночестве против международных коалиций. Если обратите внимание, США перед любой войной обязательно пытаются сколотить как можно более широкую коалицию, чтобы не действовать в одиночку. И там тоже без разногласий не обходится.
Такие коалиции собираются под определенную войну и как правило после ее завершения распускаются в отличие от постоянно существующих военных блоков.
В Сирии Россия участвует в примерно такой же ситуативной коалиции, где помимо России, Сирии и Ирана, есть еще более мелкие участники, вроде Хэзбаллы, шиитских групп из Ирака, палестинцев и курдов. У Асада свое видение хода и исхода этой войны. У Иранского духовенства оно тоже может и скорее всего отличается от видения России. Задачей коалиционной дипломатии является согласование этих позиций для противостояния устремлением противостоящих коалиций. Разумеется у Ирана с Россией могут быть расхождения о будущей роли Хэзбаллы и продолжения конфликта с Израилем, по различным аспектам шиитско-суннитского противостояния, по курдскому вопросу, по различным вопросам гибридной войны против Саудовской Аравии и даже по будущему послевоенной Сирии. Как и Россия, Иран серьезно вложился в поддержку Сирии и естественно он хочет получить по итогам войны различные политические выгоды укрепляющие позиции Ирана и ослабляющие позиции его противников. Если Россия по завершении сирийской войны и уничтожения Халифата может сосредоточится на удержании достигнутого влияния, то шахматная партия между Тегераном и Эр-Риядом за контроль над исламским миром, будет продолжаться. Для Тегерана война в Сирии это еще одна битва в давно идущей войне, которая помимо Сирии идет на территории Ирака и Йемена.
Поэтому вполне логично, что и Россия не во всем сможет поддерживать Иран, так как интересы по ряду вопросов вполне могут расходиться. Тут главное, сохранять общий доверительный уровень и поддерживать партнерство, которое может становиться союзничеством в тех или иных ситуациях. Ну а несогласия на мой взгляд должны носить рабочий характер. Последние полгода показали, что совместная борьба Сирии, Ирана и России помогла серьезно изменить общую обстановку на Ближнем Востоке, что доказало эффективность такого взаимодействие и ценность союзных отношений. Пока трудно судить, кто именно выступил с инициативой усиления партнерства по Сирии, возможно как утверждают в прессе, это был генерал Сулеймани, который выступил посредником в переговорах между российским военно-политическим руководством и иранской верхушкой. В этом можно наблюдать серьезное отличие от войны на Украине, где Россия действовала в гордом одиночестве. Так что армия и флот это конечно хорошо и нужно (это необходимый фундамент для всего остального), но в политике и войне, реальных союзников (постоянных или ситуативных) надо находить и уметь учитывать их интересы для общей эффективности совместных действий.
Кому как, а лично для меня успехи иранцев и той же Хэзбаллы столь же ценны, как и успехи сирийской армии и наших военных. В конечном итоге все участники коалиции делают одно общее дело и кровь проливали вместе. Касательно же мечтаний, что хотелось союзников получше и посильнее чем Иран, то маниловским мечтаниям конечно не трудно предаваться, но в текущей ситуации надо работать с тем что есть.
PS. И еще касательно Ирана. Там к смертной казни приговорен богатейший человек страны http://lenta.ru/news/2016/03/06/zanjani/. За коррупцию. Светлой дорогой китайских товарищей.