Жизнь медведей на Камчатке
Что делают в это время года на Камчатке медведицы с сеголетками? Обычно такие семьи отсиживаются на недоступных человеку и крупному тяжелому медведю-самцу крутых склонах гор, на снежниках, на скальниках. С крыльца своей хижины через качественный двенадцатикратный бинокль я наблюдаю одновременно за пятью такими семьями, но подойти к ним при здешней погоде (туман может накрыть в любую минуту) и без специальной альпинистской подготовки мало реально.
«Сидеть» им надо долго, примерно два месяца. Вниз спускаться опасно. В заказнике нет посторонних людей, нет браконьеров. Главная опасность в другом: здесь полно больших самцов-медведей, которым сейчас голодно. Некоторые из них — каннибалы. Мать не всегда может помочь — слишком велика разница в размерах и силе между представителями противоположных полов. После выхода медвежат из берлоги в окрестностях озера появились волки, которых не было зимой. Пару раз по следам я видел, как волк ходит за медвежьей семьей. Видать, в определенных обстоятельствах у серого есть шанс поживиться медвежатиной. В общем, крутые склоны — наиболее безопасное место. Передвигаются такие семьи совсем мало, могут находиться вокруг одной лежки несколько дней.
Причем, у матух практически нет еды, кроме прошлогодней сухой растительной ветоши, которая даже не переваривается в пищевом тракте. Ей же приходится кормить растущих медвежат, которым сейчас около полугода. Выручают запасы прошлогодних жировых отложений. Но к середине июня и они кончаются.
Вертикальный мир. С детства медвежата узнают, как передвигаться по снежным стенкам и скальникам.
На днях мне очень повезло. Ненадолго, меньше чем на полдня, к Камбальному озеру спустилась семья с четырьмя малышами. Матуха искупалась в оттаявшем болотце, поводила медвежат по травяным лугам рядом с озером, но свежей травы еще не было. Вечером медведи опять поднялись на крутой склон соседней горы и исчезли в одном из распадков.
Озеро Камбальное медленно, но верно освобождается ото льда.
Середина июня, а зеленой травы еще нет…
Вообще-то такие многодетные семьи — большая редкость, а в прошлом и вовсе были уникальными. Легендарный на Камчатке человек, ихтиолог, летчик-наблюдатель Анатолий Георгиевич Остроумов занимался воздушными учетами на лососевых нерестилищах, попутно вел наблюдения за медведями. За тридцать лет (семидесятые-девяностые годы прошлого века) он зафиксировал встречи с 10 713 медвежьими семьями, и среди них не было ни одной с четырьмя медвежатами.
«Рассадником» такого многоплодия является Южно-Камчатский федеральный заказник, где я сейчас нахожусь. Это другая семья с четырьмя, снятая несколько лет назад в Южно-Камчатском заказнике.
Однажды самапятая решила заночевать со своим выводком на заросшей ольховым стлаником скале посреди снежника на крутом склоне и храбро повела детишек по опасному месту, откуда даже в июне сходят снежные лавины. Я свой годовой лимит ненормативной лексики потратил за эти десять минут. Пару раз малыши срывались, но сумели затормозиться на когтях. Добрались-таки. Улеглись спать в безопасном месте.
На берегу Камбального озера рядом с моей хижиной.
Каждый день я прохожу мимо большого сугроба, на вершине которого сидит тундряной куропат и внимательно наблюдает за окрестностями. Хотя уже середина июня, куропат все еще в зимнем наряде. Рядом вытаявшая большая кочка, на ней я вижу уже перелинявшую самку. Ясно, что здесь гнездовой участок птичьей пары, а сугроб — сторожевой пост.
Состоялась встреча куропата и голодной медвежьей семьи. Так чем же закончилось противостояние двух миров? Да, победа осталась за маленькой птицей, ведь это её сугроб! Лишний раз вспомнишь: «Сила в правде, брат!»
В Камбальном царстве-государстве было целых два дня беспощадное солнце и плюс десять! Два цвета доминируют в ландшафте — синий от неба и белый от снега.
Все живое изнывает от непривычной здесь жары. Медведица спустилась с гор к оттаявшему болотцу в пойме Камбальной, чтобы принять первую в этом году ванну.
Когда на днях я опубликовал снимок с четверкой малышей, были комментарии, что все равно шансов выжить у всех нет. Это не так. Шансы есть, и они хорошие. Этот снимок, сделанный на Курильском озере несколько лет назад — доказательство. Семья, где четырем медвежатам уже идет третий год. Они в прекрасном состоянии и уже готовы к самостоятельной жизни.
Та же семья. Мать, вторая справа, мало отличается по размерам от детей. Вот такие удивительные явления можно наблюдать в местах, где дикая природа охраняется не на словах, а на деле.