Ей — тридцать семь, ему — семнадцать

Трагично закончился роман тридцатисемилетней Элки с семнадцатилетним студентиком. Правда, начинался он тоже трагично.

— Я его люблю! – Ревела эта корова колобкова, размазывая по лицу потеки тонального крема смешанного с пудрой. Крем был водостойким. Пудра – качественной. Все вместе, да еще с добавкой полагающихся каждой уважающей себя женщине хайлайтера, бронзера, румян и теней образовывало на лице безумную палитру импрессиониста.

Венчали натюрморт реснички, отваливающиеся от ее “голливудского наращивания”.

Глядя на это, лично мне хотелось тоже завыть по убегающим в далекие дали годам: ведь если зареву, то выглядеть буду так же…авангардно.

— Я его люблю, а ему семнаааадцаааать! — Самозабвенно гундосила Элка.

— Посодют! – Ванговала третья участница этой оргии. – Нельзя с маленькими!

И поверьте, лучше бы посадили!

Потому как роман этот развивался по классической схеме, которая напоминала писанную господином Булгаковым сцену – ту самую, когда престарелая дама рефреном лопотала у профессора Преображенского имя своего любовника:

— Ах, этот Мориц!

Студенту до изысканного Морица было далеко. Его звали по-простому: Васей. И он имел вполне такую Васьковую рязанскую мордаху, зато к этой мордахе прилагались плечи – оооооо!!!!! И афедрон – ооооооооо!

Помнится, когда мальчику исполнилось восемнадцать, и его привели похвастаться на наши посиделки в маленьком подвальном кабачке, вся наша компания была поражена таким несоответствием фасада и антифасада. Скажем так, антифасад там был реально…щупательный. Особенно в джинсах.

И мы подумали все вместе и согласились, что может оно и молоденький он, и с таким молоденьким вроде как нельзя, но когда ноги из такого места растут… То можно.

Элка была счастлива. Васек ей даже розы подарил – один раз. Три. Штуки. Роз.

Принес в Элкин салон и вот прямо при девице с ресепшена и подарил.

Девица с ресепшена рыдала потом полдня, и вместе с ней рыдали маникюрша, мастер татуажа, и даже доктор-косметолог рыдала так, что запорола губы. Губы были Элкины, и она долго кричала, что докторшу уволит.

Но не уволила.

И через неделю подарила Ваську машину.” Мазду”. А Васек ее бросил. Не “Мазду”. Элку.

— Лучше бы меня посадилииииии! – Рыдала она и традиционно размазывала по лицу мейк. – Я ж думала он меня люююбит!!!!
Вывод тут один: в нашем мире женщине надо быть осторожной.
Источник