Атака Насирии
Как сообщают сами боевики, атака была организована тремя небольшими мобильными группами, состоящих из смертников. Были атакованы и военные объекты, и обычные гражданские. В результате бойни погибло около 100 человек. Вчера же были атакованы военные в другой местности на юге Ирака, и тоже смертниками с поясами. В общей сложности в результате атак погибло и ранено около 200 человек. Это один из самых крупных терактов за последние годы в Ираке, тем более на шиитском юге страны.
В общем-то, ничего удивительного: ИГИЛ переходит к диверсионно-террористической войне. Людской ресурс ИГИЛ огромен, рассчитывать на то, что гибель боевиков в боях как-то его уменьшит, нелепо: причина массового притока людей в группировку связана с гуманитарной и социальной катастрофой, когда люди берут в руки оружие потому что иного пути защитить себя им не предоставлено. Для создания боевых отрядов у ИГ, теряющего территории, нет ресурса в виде этих территорий, поэтому он переходит к сетевому строительству и, соответственно, к террористической войне.
Эта война будет носить очень продолжительный характер: как только Исламское государство захватывает территорию, оно разворачивает иерархическое строительство квази-государственных структур. Теряя ее, оно возвращается к террористической сетевой структуре. В основе все равно остаются неразрешимые противоречия, которые ведут к сегрегации, дискриминации и деклассированию целых общественных групп и страт. В этом смысле война в Сирии и Ираке во многом схожи: военный разгром тех или иных группировок никак не отражается на существовании самого политического проекта, который продвигается этими группировками. Могу напомнить, что на всей территории Ближнего Востока Арабская весна вызвала к жизни и ожесточенной борьбе сразу несколько проектов взамен обанкротившихся светских: это проект братьев-мусульман (в Сирии, к примеру, его продвигает группировка "Джейш аль-Ислам"), проект националистического салафитского толка (за ним стоит такая группировка, как "Ахрар аш-Шам"), проект сирийского национального ваххабизма (Джебхат ан-Нусра), проект, созданный в развитие ваххабитского - проект Исламского государства, отрицающий национальные особенности.
Есть проекты, смешивающие некоторые черты указанных, проекты локального характера, но в целом основных исламистских проекта четыре. Отдельно от них стоит проект Ирана (клерикально-имперский), сирийский режим вынужден придерживаться светского, хотя и с серьезным уклоном в просвещенный ислам, направления, что вообще в сегодняшних условиях не позволяет ему выжить иначе чем силовым путем. В Ираке помимо проекта ИГ действуют и суфии из Армии накшбанди. В общем, идет борьба сугубо местных особенностей, и у этой войны экзистенциальный характер - победить может только один проект, но закрепить победу он сможет только если предложит остальным какие-то особые условия или полностью истребит конкурентов.
В этом смысле внешнее вмешательство абсолютно бесперспективно: даже если помочь какому-либо проекту одержать военную победу, его устойчивость придется поддерживать штыками очень продолжительное время, при этом тратя огромные ресурсы на продвижение некого аналога "плана Маршалла" - который при этом тоже имеет ряд крайне важных особенностей, в частности, наличие привлекательного проекта у внешнего спонсора-победителя. Вопрос, к примеру - есть ли у России такой проект - очевиден: конечно, нет. Современная Россия себе-то предложить ничего не может, куда ей продвигать что-то вовне.
Пока можно сказать, что ни о каком окончании войны в регионе нет и речи. Она может быть силой погашена до какого-то внешне менее экстремального уровня, но из сценария прямых боевых действий перейдет в сценарий тотальной террористической войны, в которой потери и разрушения будут носить вполне сопоставимый характер.
Атака ИГИЛ в Насирии и на юге Ирака - это как раз развитие сценария террористическо-диверсионной войны. Никак иначе она не будет продолжена. И как только на любой территории власть утратит контроль - туда немедленно вернутся боевики.