Паб в Пхеньяне
Доминик в своем пабе.
В 2006 году бельгийский программист Доминик путешествовал на мотоцикле по России и заехал в Кемерово. Познакомился с девушкой и перевез ее в Бельгию, но той на чужбине не понравилось. Пять лет назад Доминик с супругой перебрались в Кемерово.
— Сами решили или жена?
— Вместе, — осторожно отвечает Доминик, большой жизнерадостный мужчина, и смеется. Он неплохо говорит по-русски, хотя читать так и не научился.
Доминик быстро понял, что по специальности и без знания языка в Кемерово не устроиться, поэтому решил открыть паб. На родине, рассказывает Доминик, ему не все нравилось: «там тесно, много народу, мало площади, а чтобы добраться по пробкам на работу, потеряешь час-два в день».
— А в Кемерово что нравится?
— Здесь спокойненько, — отвечает бельгиец и, подумав, продолжает. — Еще здесь прогрессивный город. Инфраструктуру они поддерживают хорошо, я видел другие города в России, они на грани разрушения, никакие деньги не вкладываются, ничего не делается. А здесь стараются, чтобы все цивильно было.
— На Советский Союз немного похоже, нет?
— Я слушаю, что Тулеев хороший, и все для народа делает, дает подарки. Наверное, он хочет поддерживать имидж, и пенсионерам нравится, но есть проблема, что здесь вдруг запретили всю уличную рекламу. Когда они очистили Красноармейскую улицу, я сказал: «Уже похоже на Пхеньян». Там же тоже ничего нельзя. Здесь очень строго следят за оформлением, нельзя даже козырьки сделать на улице под бельгийский флаг. Я понимаю, что нужен порядок, но это глушит инициативу и креатив.
— Родители одобрили ваш переезд?
— Мама смирилась, хотя очень сильно скучает, а отец думает, что это глупо, и не приезжает. Он сказал: «Я уже был в Африке, больше не хочу». В холодную войну хорошо работала пропаганда, и все думают, что в России ничего нет, хотя тут в магазинах все есть, а мобильные приложения власти ушли на несколько степеней вперед по сравнению с Бельгией!
Доминик еще не получил российский паспорт, хотя планирует.
— Я бы хотел получить, как этот француз, актер... Депардье! Но мне лень бегать за бумажками (смеется). Хочу, потому что не планирую никуда уезжать, а с паспортом будет легче, ведь сейчас в банке меня считают как будто ребенком и все оформляют на жену.
— Россию в Европе не любят теперь.
— СМИ — это одно, а народ думает другое. Многие думают, что прикольно, что Путин решает, как должно быть, а Дума на следующий день с ним соглашается. В Европе же сейчас кризис беженцев, но они и через 10 лет будут обсуждать на заседаниях, что делать, и проблема так и не будет решена.
— Жесткой руки хотите?
— Демократия — это очень прикольно, я люблю ее, это классно. Но в Бельгии одна партия не может взять большинство. Две-три партии садятся за стол и говорят, что каждая хочет включить в общую программу. В итоге проигрывают все.
— Одна партия — это лучше, что ли?
— Говорят, что это плохо. Но в Бельгии власть тоже ворует, везде воруют. И я не думаю, что Путин стал как Сталин или какой-то диктатор. Он просто интересы России вперед ставит. Хотя я, конечно, не все знаю.
В пабе Доминика наливают восемь видов разливного бельгийского пива, импортного бутылочного — еще больше.
— Вы наверняка слышали, что в России запретили импортный сыр. А если завтра запретят ввозить пиво?
— (после паузы) Это будет ужас, да. Я молюсь каждый день, [чтобы этого не произошло]. Но я слышал, что в России поддержали фермеров, и производство сыра теперь на хорошем уровне в России. О чем Европа думала? Что после санкций тут все будут сидеть и ждать?
— То есть если завтра запретят импорт, перейдете на местное пиво?
— Местное? — Доминик искренне возмущен. — Нет. Нет. Нет. Это никак. Это надо с собой, где продают на вынос баночки. Нет, это нет, такое невозможно (смеется). Если запретят импорт алкоголя, то ФСБ придется посильнее работать, чтобы глушить переворот. Это нельзя отбирать у народа!
Илья Азар
Источник