Максатиха: походы дедов Мазаев
Куда исчезли «фольклорные» православные? Когда подростки прекращают жевать и вынимают наушники? Почему в глубинку съезжаются сотни молодых людей со всей страны в поход с батюшкой на катамаранах? Об этом, а также о тверских Питерах Брейгелях и дедах Мазаях из Бежецкой епархии читайте в репортаже Елены Дорофеевой.
Трудовая молодежь
– У меня такой принцип: с молодежью в вузах и школах занимаются много, а с трудовой молодежью – никто. Они закончили учебу, создали семьи, им 25-35 лет, со своими детишками, и мы решили проводить походы на катамаранах по нашим рекам. В основном, по Мологе, – рассказывает протоиерей Виталий Мартынюк, настоятель Всехсвятской церкви в поселке Максатиха. – Два-три раза в год путешествуем по святым местам. Садимся на катамараны и двигаемся в сторону Николо-Теребинского монастыря. Это очень почитаемое место: там в женской обители – чудотворная икона Божией Матери «Теребенская» и образ Николая Чудотворца. У нас была эпидемия моровой язвы, по молитвам пред образом удалось ее остановить. По воде икону доставляли. А теперь по инициативе молодежи крестный ход восстановили. Во время походов литургию там служим.
Местные ребята как к вашему появлению относятся, не настороженно ли?
– Они нас уже ждут, мы вместе у костра собираемся, общаемся. Очень интересные люди среди них есть. А еще много людей из разных областей приезжают. Мы сотрудничаем с Кубанской митрополией, оттуда приезжает молодежь, около ста человек.
Когда в Максатихе наводнение было года два назад, ребята, привыкшие к сплаву на катамаранах, объезжали подтопленные селения, продукты развозили, как дед Мазай и зайцы.
А чем вы здесь зарабатываете? – спрашиваю на трапезе в храме у человека молодого, но уже не студенческого возраста.
– У дачников подрабатываю, постройки домовые делаю. А больше негде работать. Ничего, нормально живем. Хозяйство свое есть.
Зарубежные сверстники удивляются,
зачем в походы священники ходят
– На молодежном съезде очень интересно общались с ребятами из Зарубежной Церкви – из Америки, и из Германии, из других стран, нашим опытом делились. Зарубежная русская молодежь расспрашивала о наших походах. Но у них свое видение: они считают, что если священник что-то организовал, то на этом его дело заканчивается, а в походы идут одни ребята. Им было в удивление, что у нас священники вместе со всеми в походы ходят. Мы их приглашали, но пока они не приезжали. А так с интересом к нам относились, мол, крепкие ребята, сельские, они могут что-то достать, сделать, помочь.
Еще мы автопробег проводим по местам боев Великой Отечественной – Орел, Курск, Великий Новгород. Здесь у нас был штаб Калининского фронта. Потом двигаемся в Подмосковье, на Подольск.
Вообще, у нас молодежь активная. Вот только спортивных секций пока нет. Я нашел одного мужичка, но надо хорошо все продумать, а бутафорией заниматься не пройдет.
Отец Виталий – молодой, энергичный, 45 лет. Сын – активный участник походов, теперь студент – поступил в Ульяновский институт гражданской авиации, хочет быть пилотом.
Что заставляет прекратить жевать жвачку
и вынуть наушники
Со студентами разговаривают их же сверстники, но из духовной академии.
– Недавно мы приглашали миссионерские группы из Троице-Сергиевой Лавры. Встречи проходили по всем районам. И в домах культуры мы собирали всю молодежь, и по школам и техникумам. Десять человек из духовной академии разговаривали с ребятами на их же языке, живо, увлекательно, – делится отец Петр Губанов. – Они таких никогда не видели. И если, приходя на встречу, они жевали жвачку, сидели в наушниках, то в итоге вынимали жвачку и наушники и слушали. Я считаю, что это такое миссионерство: приехали жизнерадостные ребята, которые на таком же сленге и общаются. И для наших – это словно летающая тарелка села здесь.
Приглашаем студентов и старшеклассников на фасовку «народных обедов». Это программа Синодального отдела по благотворительности, у нас тоже есть. Делается доброе дело – формировать и раздавать помощь. Фасовку стараемся провести в храме – миссионерский момент, ассоциативный. Мы с подростками эту же фасовку и раздаем: едем по социальным учреждениям, в интернаты, по многодетным семьям. Общаемся потом. Каждый квартал.
Кстати, мы примем на склад любую помощь – вещевую или продуктовую. Новая одежда, продукты питания – все это всегда востребовано. У нас в отделе есть уже и грузовой автомобиль.
Недавно в Бежецке погорело несколько семей. Удалось собрать для них кое-что и помочь встать на ноги. Слава Богу, администрация предоставила жилье, ну а все остальное, весь скарб собрала Церковь.
То есть помощь епархия предоставляет не только православным?
– Мы не различаем, наши ли это прихожане, верующие, неверующие, христиане, мусульмане, цыгане. Почти все семьи цыган мы одеваем, – улыбается отец Петр.
Приемные дети есть в семьях священников?
– Конечно. У отца Сергия один приемный ребенок, своих детей поставили на ноги – взяли из детского дома. Еще один священник взял ребенка.
Елена ДОРОФЕЕВА
Фото Марии ТЕМНОВОЙ
Публикация подготовлена в рамках проекта, получившего грант Международного конкурса «Православная инициатива 2016-2017»