Киевский журналист Олесь Бузина по поводу этой гипотезы иронизировал: «То есть, по логике ее последователей, некий питекантроп, выведясь из обезьяны в Африке, пришел на берега Днепра, и тут потихоньку переродился в украинца, от которого произошли русские, белорусы и прочие народы вплоть до индусов».

Украинские историки, пытающиеся в пику Москве удревнить свои корни, забывают, что на протяжении более чем тысячи лет земли от Дона до Карпат, подвергавшиеся нашествию сарматов, гуннов, готов, печенегов, половцев, татар, неоднократно меняли свой этнический облик. Так, опустошительное монгольское завоевание второй четверти XIII века заметно сократило число жителей Приднепровья. «Большая часть людей Руссии, перебита или уведена в плен», – писал посетивший эти земли францисканец Джованни дель Плано Карпини.

На долгое время бывшие территории Киевского княжества погружаются в социальную и политическую смуту. До 1300 года они находятся в составе улуса Ногая, с XIV столетия попадают под власть княжества Литовского, а через два столетия сюда приходит Речь Посполитая. Еще недавно крепкий элемент древнерусского этноса оказался основательно размыт.

В середине XVII столетия вспыхнули казацкие восстания против польского владычества, которые были первыми попытками восстановления национальной идентичности. Их итог – «Гетманщина», ставшая примером южнорусской автономия под казацким управлением.

Первые самоназвания

До середины XVII столетия термин «украинец» в качестве этнического обозначения не употреблялся. Это признают даже самые идейные историки «Незалежной». Зато в документах той поры встречаются другие слова – русские, русины, малороссы, и даже россияне.

В «Протестации» 1622 года киевского митрополита Иова Борецкого есть такие строки: «каждому всходнего благочестия народу росийского челов еку... всем благочестивым церкве восточная благопослушным великоменитого н ароду российского всякого стану духовного и свицкого достоинства побожным людем».

А вот фрагмент письма 1651 года гетмана Богдана Хмельницкого турецкому султану Мехмеду IV: «…и вся русь, которая здесь живёт, которая с греками одной веры и от них своё начало имеет…». К слову, в записанной от кобзаря с Черниговщины Андрея Шута думе произносится: «Що ж то в нас гетьман Хмельницький, русин».

Нежинский протопоп Симеон Адамович в письме царю Алексею Михайловичу более конкретен: «…и по тех моих трудех от милости вашей царской с Москвы отнюдь ехати не хотелось есмь, ведаючи непостоянство своей братии малоросси йских жителей…».

Словосочетание «Малая Русь», как название поднепровских земель впервые зафиксировано в 1347 году в послании византийского императора Иоанна Кантакузина.

Окраинный народ

С термином «украина» впервые мы сталкиваемся в 1213 году. Это дата летописного сообщения о возвращении князем Даниилом Галицким пограничных с Польшей русских городов. Там, в частности, сказано: «Даниил еха с братом и прия Берестий, и Угровеск, и Столпье, Комов и всю украину».

Такое раннее упоминание дискуссионного термина и пытаются часто использовать в качестве доказательства древности украинской нации. Однако, в летописном контексте, собственно, как и в контексте той эпохи «украинами» именовали различные порубежные, окраинные земли в Московском царстве («сибирская украина») и Речи Посполитой («польска украйна»).

Писатель Владимир Анищенков говорит: «Наука этнология не отмечает такого народа как «украинец» вплоть до XIX века. Причём, сначала «украинцами» местных жителей стали называть поляки, затем австрийцы и германцы. В сознание малороссов это наименование внедрялось несколько веков. Начиная с века XV».

Впрочем, в сознании казачьих элит единый этнос, проживающий на территории Малороссии, стал обособляться и противопоставлят ься соседям уже во второй половине XVII столетия. Запорожский атаман Иван Брюховецкий в обращении к гетману Петру Дорошенко писал: «Взяв Бога на помощь, около своих неприятелей до московых, се есть москалей, болши дружбы с ними не имеючи…чтобы мы о таком московском и ляцком нам и Украине неприбылном намерении ведаючи, уготованное пагубы ожидати, а самих себя и весь народ украинский до ведомого упадку о себе не радеючи приводити имели».

К жителям Западных областей Украины, входивших в состав Австро-Венгрии, термин «украинцы» пришел позднее всего – в начале XX века. «Западенцы» себя традиционно называли русинами (в немецком варианте «рутены»).

«Моголи! моголи!»

Любопытно, что гордость украинской нации поэт Тарас Шевченко ни в одном из своих произведений не употреблял этноним «украинец». Зато в его послании к землякам есть такие строки: «Німець скаже: «Ви моголи». «Моголи! моголи!» Золотого Тамерлана онучата голі».

В изданной в Берлине в 1925 году брошюре «Украинское движение» русский эмигрант и публицист Андрей Стороженко писал: «Наблюдения над смешением рас показывают, что в последующих поколениях, когда скрещивание происходит уже в пределах одного народа, тем не менее, могут рождаться особи, воспроизводящие в чистом виде предка чужой крови. Знакомясь с деятелями украинского движения, начиная с 1875 года не по книгам, а в живых образах, мы вынесли впечатление, что «украинцы» — это именно особи, уклонившиеся от общерусского типа в сторону воспроизведения предков чужой тюркской крови».

А ведь один из самых популярных образов украинского фольклора – «козак-лыцарь Мамай» – наглядное подтверждение подобного предположения. Откуда у персонажа народных картинок чисто татарское прозвище? Не является ли он олицетворением беклярбека Мамая, чьи потомки учувствовали в формировании казачества на Украине?

В переводе с тюркских языков «казак» – это «разбойник», «изгнанник». Именно так называли не желавших подчиняться деспоту беглецов из армии Чингисхана, которые осели в степных районах нынешней Украины. Средневековый польский хронист Ян Длугош так писал о крымских татарах, напавших в 1469 году на Волынь: «Татарское войско составлено из беглецов, добытчиков и изгнанников, которых они на своем языке называют казаками».

На мысль о татарских корнях нынешней украинской нации наталкивают и результаты археологических раскопок на месте сражения при Берестечко (1651): оказывается, запорожские казаки не носили нательных крестов. Археолог Игорь Свечников утверждал, что представление о Запорожской Сечи как оплоте христианства сильно преувеличено. Неслучайно первая церковь в Запорожской вольнице появилась только в XVIII веке, после принятия казаками российского подданства.

Что говорят генетики

Нельзя не обратить внимания на этническую пестроту населения современной Украины. Этнографы утверждают, что печенеги, половцы и татары сыграли в формировании внешности «щирого» украинца не меньшую роль, чем русины, поляки или евреи.

Генетика в целом подтверждает такие предположения. Подобные исследования провела Лаборатория популяционной генетики РАМН, используя генетические маркеры Y-хромосомы (передающиеся по мужской линии) и митохондриальной ДНК (родословная женской линии).

Результаты исследования с одной стороны выявили значительное генетическое сходство украинцев с белорусами, поляками и жителями Запада России, но с другой – показали заметное различие между тремя внутриукраинским и кластерами – западным, центральным и восточным.

В еще одном исследовании, уже американских ученых Гарвардского университета, было глубже проанализировано распределение украинцев по гаплогруппам. Оказалось, что 65-70% украинцев принадлежит гаплогруппе R1a, которая характерна для степных народов. К примеру, у киргизов она встречается в 70% случаев, у узбеков – в 60%, у башкир и казанских татар – в 50%. Для сравнения, в российских регионах северо-запада – Новгородская, Псковская, Архангельская, Вологодская области – группе R1a принадлежит 30-35% населения.
Другие гаплогруппы украинцев распределились так: сразу три из них – R1b (западноевропейс кая), I2 (балканская), и N (финно-угорская) имеют примерно по 10% представителей, еще одна – E (Африка, Западная Азия) насчитывает приблизительно 5%.

Что же касается «автохтонных» обитателей территории Украины, то генетика здесь бессильна. «Генотипы современных украинцев ничего не могут нам сказать о древней истории населения Украины», ­– признает американский генетик Питер Форстер.