Горные заводы в Башкирии будут жить виртуально
Белая река. Глава 8. Белорецкая горнозаводская цивилизация
Продолжение. Вернуться к предыдущей части.
Возникнув в XVIII столетии, уральская металлургия дала жизнь многим и многим поселениям, возникшим вокруг завода-кормильца. Население деревень, деревенек и хуторов было завязано с заводом в единый технологический уклад: кто-то выжигал в куренях уголь, кто-то добывал руду, а кто-то занимался перевозками.
Вчерашние крестьяне, ставшие вместо землепашцев рабочими горных заводов, постепенно сформировали некий жизненный уклад, отличавшийся как от жизни сельской общины, так и от обитателей городов. С одной стороны, это не была деревня в привычном понимании слова. Сельское хозяйство не было основным занятием жителей горнозаводских поселений. Но и жили они при этом в своих домах, держали скотину, разводили огороды. Заводы даже летом останавливали на несколько дней — рабочие его отправлялись на сенокосы. Бытие в таких поселениях имело формы, как сейчас бы выразились, гибридные. Улицы тяготели к обязательному заводскому пруду, а с точки зрения жизненной философии во главе всего стоял завод. Вокруг него, как вокруг светила, вращалось все бытие.
Можно сказать, что в XVIII веке на Урале возник феномен, которому уже дано название — горнозаводская цивилизация.
Очаги ее протянулись вдоль Уральского хребта на огромное расстояние. От соседства с вогульскими капищами на севере до окружения кочевой степью на юге. Но уклад ее везде одинаков, а жизненные законы неизменны.
Самым большим анклавом горнозаводской цивилизации в Башкирии являются Белорецкие заводы.
Белорецкая горнозаводская цивилизация среди уклада тихой созерцательной башкирской глубинки — подобно метеориту посреди колхозного поля. Такая же инородная, экзотическая, но крепко пустившая корни в это поле, и перемоловшая гигантскими колесами, переплавившая и вобравшая в себя многих тех, кто соприкоснулся с ней.
Роль Белой в возникновении Белорецкой горнозаводской цивилизации велика — самая большая река Южного Урала подобно нити связала воедино все заводы, построенные на ее берегах. Тирлян, Белорецк, Узян, Кага, Верхний и Нижний Авзян, Иргизлы. А еще многие и многие сгинувшие в небытие и оставшиеся поселения: Отнурок, Арский камень, Сосновка. Не было бы Белой реки, не было бы и этого единого пространства, социально-культурного феномена. Это и естественно — Белая, как никакая другая транспортная артерия, подходила для перевозки готовой продукции. Весной, в пик паводка, открывались створы на плотине белорецкого пруда, и по водному валу шел караван с продукцией, с железом. А далее к нему присоединялись барки других заводов, прибавляя к валу запасы воды, накопленные в прудах на притоках Белой.
Одна река, один жизненный уклад.
Конечно, современная стремительная жизнь и новые экономические условия привели к тому, что люди стали более мобильны. Постепенно горнозаводские поселения пустеют, а население стареет. Но дух, характер и принадлежность к горнозаводской цивилизации чувствуется по-прежнему.
Характеры людей здесь довольно суровые и где-то даже угрюмые. При этом люди довольно прямолинейны и отличаются от представителей крестьянского мира, скромных и безынициативных, тем, что довольно предприимчивы и весьма мобильны. Ну, а уж сколько самобытности. Взять ту же Ломовку — слободу в Белорецке, где испокон веков селились ломовые извозчики, обслуживающие нужды Белорецкого завода.
Для современного Белорецка горнозаводская цивилизация, несмотря на то, что БМК здесь по-прежнему работает, постепенно переходит в разряд брендов. Жизнь здесь течет побойчее, в сравнении с другими поселениями, а значит, и изменения идут тоже более стремительно. Культ завода-молоха постепенно уходит на второй план. Из 66 тысяч жителей города на БМК сегодня работает всего чуть более шести тысяч. Все, чем раньше жил город, постепенно становится частью истории, на которую при этом существует спрос.
Над городом все так же пронзительно, несколько раз за день разносится заводской гудок, а везде уже давно и очень успешно проросли всходы новой жизни. В постиндустриальную эпоху горнозаводская цивилизация ценна уже не производимым продуктом, а своим феноменом. По берегам Белой стремительно развивается туризм, со своей структурой и экономикой. Белорецкая природа, конечно, весьма красива. Но тем более интересно, когда к ней прибавляется еще и богатая история.
Наступит день, когда тот же БМК остановится, как остановились другие бельские горные заводы. Но при этом продолжит жить в виде виртуальном, в памяти, историях, рассказах экскурсоводов и музейных экспонатах. Да и люди, люди все те же и никуда не делись.
Продолжение следует.