Уфа. Биатлон в большом городе
На биатлонной карте страны появляются все новые и новые стадионы. При этом чуть ли не каждая вторая из новостроек видит себя как минимум опорным центром подготовки сборных команд, а максимум – местом проведения международных соревнований. Но правильно ли заполнять собственные амбиции исключительно такими ориентирами – задался вопросом руководитель медиа-службы СБР Константин Бойцов во время своей поездки в хорошо всем знакомую Уфу.
Есть на карте биатлона России города, о которых, кажется, подробно рассказывать надо только совсем уж юным любителям спорта. Ханты-Мансийск, например. Базовые знания о нем имеют все, кто внимательно следит за биатлоном хотя бы пару сезонов. Сейчас в эту же шеренгу подтянулась Тюмень. Или возьмите к примеру Ижевск. Он каждый год не по одному разу упоминается, хотя бы в контексте «Ижевской винтовки». В этом смысле Уфа – город из первой шеренги, о котором хорошо знают не только в России, но и во всем биатлонном мире. Достаточно сказать, что столица Башкирии – второй по величине город мира (после Осло), располагающий стадионом категории «А». Два летних чемпионата мира, чемпионат Европы, неофициальное звание летней столицы российского биатлона…
(На фото: Уфа во время проведения летнего ЧМ-2012)
Стоит ли еще что-то добавлять? Уфа сама за себя добавит, если надо – нынче снова о заявке на летний чемпионат мира подумывают. И шансы у этой заявки, я вам скажу, будут почти стопроцентные – особенно после того как город принял саммиты БРИКС и ШОС. Форум, прошедший 26-29 июля, пусть и не изменил город до неузнаваемости, но добавил его облику таких ярких мазков, такого лоску, что уфимцам теперь в две российские столицы ездить – только что музеи посмотреть да на метро покататься. Все остальное у них свое - не хуже. Конечно, остались еще в городе дороги, сворачивая на которые водители дежурно шутят: «Здесь у нас БРИКС не проходил». Осталось и немало мрачных кварталов – наследие тех лет, когда весь город напоминал один большой-пребольшой рабочий поселок. Но на смену им уже вовсю растут почти космические сооружения, глядя на которые волей-неволей вспоминается знаковое для истории отечественной архитектуры постановление ЦК КПСС «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве» от 4 ноября 1955 года. Для тех кому лень читать – кратко изложу суть упомянутого документа. В 1955 году партия решила, что на смену величественно-помпезным шедеврам «сталинского ампира», многие из которых по сей день определяют архитектурный облик Москвы и еще целого ряда городов бывшего СССР, должны прийти недорогие, функциональные и простые в возведении дома массовой застройки – те, что принято называть «хрущевками». Росчерком пера был положен конец неоклассицизму отечественной архитектуры, а вместе с ним – карьере выдающихся зодчих: Жолотовского, Душкина, Руднева, Иофана и еще многих, вошедших в учебники отечественной архитектуры.
Конечно, перспективе уфимских архитектурных дерзаний едва ли грозят постановления партии и правительства – разве только экономические кризисы. Но все это, впрочем, не про лучший из зимних видов спорта – все это по дороге на улицу Комарова 1, где с осени 2001 года функционирует опорный для башкирского биатлона центр СОК «Биатлон». Впрочем, вот мы уже и приехали.
Провели концерт – до зимы патронами обеспечены
В день моего приезда добраться до ворот биатлонного стадиона на авто было довольно проблематично - СОК принимал рок-фестиваль. С погодой повезло, и потому зрители, расположившиеся прямо на зеленом газоне, что в самом центре стартовой поляны, получали удовольствие в полной мере. Организаторы концерта первоначально хотели поставить сцены прямо на огневом рубеже, но директор стадиона Вадим Данилов категорически возразил. Во-первых, это нагрузка на асфальт (а по асфальту не внедорожники катаются, а капризные роллеры), а во-вторых, сцена перегородила бы трассу, по которой и в субботу, и в воскресенье не прекращали нарезать круги спортсмены. Концерт-концертом, а тренировка по расписанию. В остальном же Данилов прошедшим в его хозяйстве внеплановым мероприятием остался совершенно доволен.
- Вот получим завтра деньги за аренду – купим патроны! – рассказывал он мне уже в понедельник. – Хватит, пожалуй, до самой зимы.
Мы беседовали, прогуливаясь вдоль трибун, и наблюдали за тем, как на стадионе кипела жизнь. Одна группа работала на огневом рубеже, другая выполняла кросс с палками в гору, третья оттачивала на траве технику конькового хода, самые младшие играли на асфальте в флорбол…
- Это еще нашей главной команды нет, – удовлетворённо улыбнулся Данилов. – Сегодня в Чайковский уехали на отбор к летнему чемпионату мира. А вообще, нет большей радости – видеть стадион заполненным тренирующимися. Лично на меня тишина на объекте действует совершенно угнетающе. Такое зимой бывает. Летом-то тренируются все – и наши, и из других регионов немало приезжает.
- А сколько в вашей школе занимается народу?
- Человек 350 – разных возрастов. Могло бы и больше. Район Черняковка, к которому мы примыкаем, сейчас модернизируются. Прямо у поворота на наш стадион возводится огромный дом – так, что людей, вроде бы, немало. С другой стороны – вот уже сколько лет ведем разговоры о том, чтобы маршрут хотя бы одного автобуса или маршрутки спускался к нам! Как ни крути – от ворот СОКа до ближайшей остановки почти два километра и по большей части в гору. Для детей и их родителей – серьезный минус. Да и зрителям не слишком удобно.
Для кого работает стадион?
В свое время (точнее - с 2004 по 2010) уфимский биатлон был по общему признанию вторым в России - даже к Ханты-Мансийску пытался подобраться. Разрабатывались амбициозные проекты развития, велись переговоры с IBU о том, чтобы столица Башкирии получила постоянное место в мировом календаре – много чего было. Все это было еще до открытия в Тюмени «Жемчужины Сибири» и до возведения олимпийской «Лауры». С появлением этих стадионов (а добавьте сюда еще «Токсово», Чайковский и с полдесятка строящихся и реконструирующихся арен) – амбиции не то чтобы уменьшились… Правильнее сказать – Уфа стала «ближе к земле». Вероятно, осознав, что столь значительный спортивный объект обязан окупаться – управленцы методом проб и ошибок стали медленно, но верно выруливать на какую-никакую экономическую самостоятельность. О ней, к слову, не лишне задуматься всем, кто в наши дни вкладывает средства в развитие материально-технической базы территорий. Сколько в мире (да и в России тоже) примеров, когда некогда знаменитые спортивные арены приходят в упадок и разваливаются буквально на глазах?
(На фото: Отделение биатлона в Ишимбае)
Башкирский биатлон, к слову, это не одна только Уфа. Секции и отделения биатлона есть в Октябрьском, Ишимбае и Белорецке. Для седьмой по численности населения территории России – не так уж и много. Тем более, что возможности для занятий биатлоном в упомянутых местах на порядок скромнее, чем в столице республики. И все же в Башкирии мало-помалу складывается структура, к которой обязаны рано или поздно прийти все биатлонные регионы страны, претендующие на самостоятельность и какое-никакое влияние. Такая структура не требует строительства чего-то «лучшего в мире», но предполагает обеспечение возможностей роста – без того, чтобы переезжать в другой регион. В конце концов, все 300-400 человек занимающихся в СОК «Биатлон» (плюс еще столько же по республике) не станут олимпийскими чемпионами и даже не пробьются в сборную – до элиты дорастут единицы. Но разве в одном этом смысл работы тренеров и общей политики физического воспитания? Его главное отличие от общеобразовательного заключается в том, что оно не является обязательным. Но если человек пошел в секцию и прозанимался в ней 7-10-12 лет – это значит, что он совершил свой добровольный нравственный выбор. Выбор, делающий человека (в 90% случаев) физически и нравственно здоровым, внутренне дисциплинированным и настойчивым в достижении собственных целей. Не это ли главная цель работы тренеров и управленцев? Заинтересовать подростка, обеспечить ему условия для тренировок, роста, соревнований – не первоочередная ли это задача? Достижение высокого спортивного результата в данном случае – вопрос педагогики и удачи, но социальный эффект от работы таких центров не подлежит никакому сомнению. Мало разве примеров, когда регионы попросту «покупают» уже подготовленного спортсмена для галочки вместо того, чтобы растить собственных, а перед рассмотрением вопросов о строительстве или модернизации тренировочных баз сразу задают вопрос – а национальные сборные приедут? Что это – если не «архитектурные излишества»?
(На фото: Отделение биатлона в Белорецке)
Башкирский биатлон переживает нынче не самые простые времена. Но он живет и имеет в перспективе совершенно очевидные гарантии как на уровне спорта высших достижений, так и начальной подготовки. Мы говорили об «архитектурном постановлении» 1955 года. С точки зрения эволюции – неоклассическая архитектура уже была обречена на угасание. Не только СССР, а во всем мире. Разница в том, что во Франции или Италии она отмирала постепенно, а у нас – в директивном порядке. Отечественной архитектуре, и судьбе талантливейших архитекторов, это нанесло очевидный вред. Точно такой же вред отечественному биатлону (особенно биатлону в регионах) могут нанести попытки «прыжков через ступени». Уфа ведь тоже начиналась с простенького стрельбища на 12 щитов. Сначала школа, а потом сборная - Куклева, Чудов, Вилухина и другие заслуженные чемпионы проходили этот путь. Простая эволюция, без излишеств.
(На фото: Отделение биатлона в Октябрьском)