Смерть по «остаточному принципу»
В уфимской гимназии врачи не смогли спасти третьеклассника, которому стало плохо на уроке физической культуры. В Белгороде на уроке физкультуры, во время забега на 300 метров, умерла 12-летняя девочка. В Воронеже во время школьных занятий спортом умер восьмиклассник — у мальчика оторвался тромб. В городе Артем (Приморский край) во время пробежки 9-летний мальчик упал и потерял сознание. Школьный медработник попытался оказать ему первую помощь, была вызвана скорая, но спасти школьника не удалось.
Эти дети вошли в статистику смертей на уроках физкультуры, которую на днях огласила министр образования Ольга Васильева. Всего за минувший год умерло 211 детей. Цифра оглушительная. Уроки, направленные на укрепление здоровья, становятся опасными для жизни детей.
Министр считает, что причина здесь в том, что по закону о медицинском обслуживании сведения о состоянии здоровья детей для учителей физкультуры закрыты. Узнать о диагнозе или физических особенностях школьника учителя физкультуры могут только от родителей, если те сочтут нужным это сообщить. Сообщают единицы.
И на деле выходит, что ребенок оказывается совершенно беззащитным перед «быстрее, выше, сильнее», что вынуждает его вступать в состязание на каждом уроке физкультуры. Для чего, спрашивается, ребенку нужны эти состязания, регламентированные школьной программой, а не здравым смыслом? Для чего маленькому человеку бежать стометровку по секундомеру?
Абсолютно очевидно, что не для укрепления здоровья. Потому что здоровье укрепляют долгой, системной и индивидуальной работой, а не двумя уроками в неделю, превращающимися для большинства современных детей в стресс.
К слову сказать, дети, которые системно имеют физические нагрузки (а это учащиеся спортивных школ и балетных училищ, где нагрузки адовы), за редким исключением пополняют статистику внезапной смертности на уроках именно потому, что их организм адаптирован к физическим нагрузкам.
Но старая советская система, которая основывалась на том, чтобы каждый член общества был готов к труду и обороне, по-прежнему актуальна, и на уроках «физры» по инерции кует из астеничных, сколиозных и зачастую хронически больных детей полноценных членов общества.
Эти уроки по сути своей катастрофически устарели не только потому, что абсолютно исключают индивидуальный подход, но и потому, что в современной России учитель физкультуры в школе — это, как правило, или бывший спортсмен, или случайный человек с очень приблизительным представлением о физиологии ребенка и этапах его роста. Учитель физкультуры — это преподаватель «остаточного принципа» с соответствующей зарплатой и квалификацией.
«Быстро встал и побежал. Что значит «не могу»? Другие, значит, могут, а ты нет?» Почти каждый ребенок хоть раз слышал что-то подобное на уроках физкультуры от учителя. И чтобы не прослыть слабаком, не стать объектом насмешек, обреченно становился на линию старта, автоматически попадая в зону риска для жизни.
Специалисты по детской физиологии утверждают, что современные дети, отягощенные компьютерной нагрузкой и образом жизни в городской среде, не требующей серьезных физических усилий, неизбежно стали значительно уязвимее своих сверстников, живших 20—30 лет назад. Особенно это проявляется в период пубертата, когда происходит резкое изменение гормонального статуса и организм «не успевает» адаптироваться к росту. Почти две трети современных школьников имеют хронические заболевания, и, по-хорошему, для каждого из них нужна индивидуальная программа физических нагрузок. Сделать это нереально. Как нереально школьную ежегодную диспансеризацию превратить в качественное медицинское обследование.
Но выход есть. И он прост. Надо исключить из уроков физкультуры нормативы, выбросить секундомер, стереть на школьном стадионе разметку беговой дорожки, а после дать детям погонять мяч или попрыгать через скакалку. Баскетбол тоже сгодится, и даже лыжи я бы не предавала анафеме. Пользы будет значительно больше. И радости тоже.