Как китайцы съели Volvo
Когда пять лет назад во время мирового экономического кризиса китайская автокомпания Geely покупала у американцев убыточный бренд Volvo, многие поклонники марки опасались, что легендарные шведские автомобили потеряют свое лицо.
Как изменился Volvo за пять лет?
Российские продажи Volvo в этом году, как и у других автобрендов, пока оставляют желать лучшего: вслед за обвалом рынка покупателей в автосалонах стало значительно меньше. Продажи новой флагманской модели XC90, которые должны были начаться еще в марте, в итоге были отложены и стартуют только сейчас (точные сроки до сих пор неизвестны). Вместе с заметным снижением цен на модельный ряд, объявленным в конце апреля, это должно поправить дела компании в России. Вместе с тем несмотря на локальные проблемы Volvo, перейдя в китайские руки, демонстрирует в последние годы более чем приличные результаты, сумев сохранить старых клиентов и привлечь новых.
В 2010 году китайцы не просто приобрели первый попавшийся под руку европейский бренд. Они купили компанию, известную прежде всего технологиями безопасности. Именно с этим у китайских автокомпаний с самого начала существовали (да и сегодня остаются) серьезные проблемы: многие машины были абсолютно неконкурентоспособными с точки зрения европейских или американских стандартов.
Пять лет назад мировой экономический кризис вынудил американский концерн Ford избавляться от лишних активов, одним из которых и стало легковое подразделение компании Volvo.
Шведский производитель приносил убытки, и Ford в условиях кризиса не хотел инвестировать в компанию. В итоге американцы продали Volvo китайскому автогиганту Geely за $1,8 млрд. При этом в 1999 году американцам Volvo обошлась в 3,5 раза дороже — $6,5 млрд.
Когда Volvo перешла в руки китайцев, многие автоэксперты и поклонники бренда всерьез высказывали опасения, что Volvo растеряет имидж и что китайцы, воспользовавшись шведскими технологиями, не станут вкладывать в него серьезные средства.
Но новый владелец Volvo поспешил заверить, что бренду предоставят независимость в стратегической перспективе и возможность работать по собственному бизнес-плану.
«Сотрудничество со шведской маркой — это прежде всего технологии безопасности. У Volvo очень уверенные позиции в этом аспекте автомобилестроения, — заявил в конце апреля глава Geely Ли Шуфу. — Кроме того, сейчас мы сосредоточены на исследовательских и конструкторских работах по созданию новой модульной платформы CMA (для производства автомобилей C-класса). Седан С-класса пойдет в серию в 2017 году и станет первым автомобилем на новой платформе для малогабаритных моделей CMA, общей для Geely и Volvo. Эту же платформу получит преемник Volvo V40».
«На основе этой модульной архитектуры Volvo разрабатывает одни продукты, а Geely — другие, свои собственные, — уточняет Шуфу. — У них разные направления и совершенно разные характеристики, соответствующие позиционированию в своих сегментах».
Впрочем, тут стоит признать, что в Volvo изначально не рассчитывали на такой формат сотрудничества. Вскоре после сделки тогдашний гендиректор Volvo Стефан Джейкоби четко заявлял, что ни о каком техническом сотрудничестве с Geely не может быть и речи.
«Мы понимаем себя как часть финансового, а не промышленного холдинга, поэтому сохраняем независимость, которая для нас очень важна. Мы с Geely работаем в совершенно разных областях автомобильной индустрии, что делает сотрудничество по широкому кругу вопросов практически бессмысленным», — заявлял он.
Что ж, спустя несколько лет ситуация изменилась, и нетрудно догадаться, что китайцам все же удалось навязать шведам свое видение взаимного сотрудничества.
Для не хватающего звезд с неба Geely покупка Volvo открыла доступ к уникальным технологиям безопасности и другим разработкам. Но вместе с тем сделка позволила стать Geely первой китайской автомобильной компанией, развернувшейся не только на рынке Европы и США, но и в развивающихся странах, став глобальным брендом.
По крайней мере такие планы декларирует Ли Шуфу, которого называют «китайским Генри Фордом». В ближайших планах Geely — начать экспорт автомобилей шведской марки с заводов в Китае в другие страны. Среди направлений экспорта помимо США эксперты называют и Россию. Отгрузки будут производиться с завода в Чэнду на юго-западе Китая.
Шведская компания также не скрывает, что вполне довольна сотрудничеством. Главный критерий — растущий объем мировых продаж.
По признанию главы Volvo в Китае Ларса Даниэльсона, 2014 год был одним из лучших для Volvo Cars. «Продано более 466 тыс. автомобилей, всех моделей, — приводит данные Ларсон. —
Успешно шли дела и в Западной Европе — тоже важный для нас рынок. В США продано 56 тыс. автомобилей. В целом продажи были неплохими, наша прибыль повысилась на 17% и достигла 2,2 млн.
Однако маржа по-прежнему остается низкой.
Здесь нужно иметь в виду контекст. Мы очень много инвестируем, вкладываем в новую продукцию. Делать то же самое, что делает вся индустрия, было бы гораздо проще, и прибыли были бы иными. Но план такой, какой есть».
Китайский рынок для Volvo сегодня является самым крупным — его доля достигла в прошлом году 17% от общемирового объема продаж. На втором месте идет Швеция, США с 12% — на третьем. Далее идут Великобритания (около 9%) и остальные европейские страны — 7%.
«Я не думаю, что компания Volvo, став собственностью Geele, что-то могла потерять, — считает гендиректор радио «Страна», известный автоэксперт Игорь Моржаретто. — Скорее наоборот: бренд сохранил все свои позиции.
Да, у них были большие планы по развитию марки на китайском рынке, но заметных результатов пока на самом деле добиться не удалось.
Тем не менее тот факт, что шведский бренд присутствует и в Китае, и в Европе, и в США, уже хорошо. Тут можно привести в пример судьбу другого шведского производителя — Saab, который попросту обанкротился и перестал существовать».
По мнению эксперта, когда обе компании заявляют о совместных технических разработках, они носят весьма специфический характер.
«Для Geely покупка Volvo — это был кратчайший путь к получению современных технологий автомобилестроения. Своих наработок у них, по сути, не было. Поэтому говоря о совместных разработках двух марок, надо понимать, что всю техническую базу предоставляют только европейцы, а китайская сторона обеспечивает финансирование. Поэтому вполне логично, что объединенный технический центр двух компаний находится именно в Швеции», — отметил он.
Как отмечает гендиректор компании «ПодборАвто» Денис Еременко, восприятие марки российскими потребителями не изменилось с того момента, как она перешла под крыло китайской компании. «Если не меняется качество сборки автомобилей, дизайн и позиционирование марки в целом, то потребитель вообще не задумывается над тем, кто владеет брендом, — поделился с «Газетой.Ru» своим мнением Еременко. — Покупка китайцами Volvo — как раз такой случай, поэтому на спросе со стороны российских покупателей это обстоятельство никак не отразилось».
Пример Volvo — не единственный.
На счету китайцев — покупка компанией Dongfeng Motor Group 14% акций переживающего трудные времена французского концерна PSA, приобретение BAIC у General Motors технологий Saab. Нельзя не вспомнить и сорвавшуюся сделку по продаже китайцам бренда Hummer. Кроме того, недавно стало известно о том, что китайская государственная химическая корпорация ChemChina планирует приобрести шинную марку Pirelli за 7,1 млрд евро.
Но такую же тактику используют не только китайцы. Индийская Tata Motors уже не первый год владеет британским Jaguar Land Rover и делает все, чтобы никак не ассоциироваться с легендарной премиум-маркой у рядовых покупателей.